– Как вы оказались в Эстонии?

– Я 21 год прожил в Финляндии, моя супруга — 15 лет. Она родом из Эстонии, и в какой-то момент мы решили всей семьей переехать в Таллинн. Единственное, я волновался, как на переезд отреагирует мой работодатель. Я работаю в Hanken&SSE Executive Education — совместное предприятие двух ведущих бизнес школ Финляндий (Hanken School of Economics) и Швеции (Stockholm School of Economics). Но когда я у них спросил, они ответили: ”Нам, в принципе, все равно, откуда будет вылетать твой самолет — из Хельсинки или из Таллинна”. Так что препятствий с их стороны не было никаких, и семь лет назад мы переехали.

– А как у вас появилась идея заняться восстановлением старой Нарвы?

– Моя жена — из Нарвы. И как-то она мне сказала: ”А ты знаешь, что раньше в Нарве был такой же красивый Старый город, как в Таллинне?” Я не знал. И в этом плане мне было очень жаль: что в Таллинне это уже много лет — туристический магнит, а в Нарве — сравняли бульдозерами с землей и забыли. А потом я прочитал в газете мнение Лаури Вахтре, где он задавался вопросом: ”А почему бы нам не восстановить Старую Нарву?” Меня заинтересовала эта идея. И вообще, вопрос ”А почему бы и нет?” для меня как для преподавателя экономики и менеждмента, он зачастую очень важен. И вообще, я обожаю невозможные задачи.

Сложности и препятствия

– Эта задача относится к невозможным?

– Поначалу да, казалось, что это будет очень сложно. Найти подходящий участок, заручиться поддержкой городских властей, объяснить свою идею жителям Нарвы, чтобы они поддержали, найти спонсоров, продумать все детально… Но сейчас мы вместе с единомышленниками, Александром Опенко и Вадимом Орловым, видим, что эта идея — вполне осуществима. Участок мы нашли, там сейчас заброшенный детский сад и пустырь, где постоянно сидят алкоголики и распивают разные напитки. И, поверьте мне, вы бы там не хотели оказаться одной даже в светлое время суток. Катри Райк уже неформально выразила нам свою поддержку и сказала, что восстановление Старой Нарвы — очень хорошая идея. Горожане тоже согласились — мы под своей петицией уже собрали 1100 подписей, и теперь ждем первого созыва нового горсобрания Нарвы, чтобы этот вопрос оказался в повестке дня. Так как подписей много, мы имеем право требовать обсуждения идеи восстановления Старой Нарвы также в одной из комиссий при Рийгикогу.

– Но это, очевидно, очень дорогой проект?

– Да. Допустим, что на данный момент, в зависимости от периметра, речь идет о 50 млн евро. Но в ходе обсуждения мы решили, что городу это не будет стоить ни копейки. Проект будет реализован за счет частных инвесторов. Согласно нашей идее, в Старой Нарве будет несколько десятков домов, фасады и крыши которых будут визуально идентичны тем, что были в 1840 году. А внутри инвесторы могут делать то, что они захотят. Хотят — бассейн, хотят — кинотеатр, или ресторан, или музей, или кафе. Что угодно. Мы изначально думали о том, чтобы восстановить дома и изнутри такими же, как они были в 1840 году, но потом отказались от этой идеи. Потому что дома того времени не будут соответствовать нынешним требованиям пожарной безопасности, а если делать там квартиры, то никто в такой недвижимости, скорей всего, жить и не захочет — маленькие комнаты, и планировка тогда тоже была не очень.

– И вы планируете найти одного инвестора на все 50 млн евро?

– Нет. Мы хотим поделить проект на отдельные участки, один участок — один инвестор. И тогда проект кажется уже не таким неподъемным. Входной билет уже не настолько дорогой, порядка 500 000 евро.

Мифы и предубеждения

– Что думают по этому поводу жители Нарвы?

– Многие поддерживают. Но есть и те, кто полон предрассудков и даже не хочет ничего слышать. Например, они говорят: ”В Нарве и так не хватает денег, а вы хотите еще Старый город отстраивать”. Но мы не просим из бюджета города Нарвы ни копейки. То есть городским властям это не будет стоить ровным счетом ничего. Еще один предрассудок: ”Вы снесете наши хрущевки, чтобы отстроить Старый город”. Нет, мы не будем трогать хрущевки. Они останутся на своем месте, и люди в них будут по-прежнему жить. Или вот: ”В Нарве — и так достаточно проблем, лучше сначала их решить”. Говоря о проблемах, жители города имеют в виду безработицу, маленькие зарплаты и низкую экономическую защищенность. Дети уезжают, регион в упадке. Понятно, пирамида Маслоу: как мы можем говорить о высоком, когда наши базовые потребности еще не удовлетворены? Но наш проект косвенно решит и эти проблемы тоже. Будут созданы дополнительные рабочие места. Старая Нарва станет туристическим магнитом, сюда будут приезжать люди из разных стран. Следовательно, в Нарву потекут деньги, потому что туристы будут где-то останавливаться, где-то есть, покупать сувениры. Жизнь в регионе станет в целом лучше.

– То есть город не должен будет вкладывать в этот проект ни копейки?

– Нет. Мы не будем просить у них финансирования. И ситуации, когда из-за восстановления Старой Нарвы пенсионеры сидят без денег, люди замерзают на обочинах, а учителя бастуют, — точно не будет! Единственное, что мы ждем от городских властей, — это чтобы нам выделили этот участок и изменили детальную планировку, дабы было возможно искать инвесторов и продвигать этот проект дальше. Старая Нарва будет отстроена именно за счет инвесторов. И если Рийгикогу нам выделит тоже небольшое финансирование — будет отлично! Ведь восстановление Старой Нарвы — это в интересах всей страны. Дополнительный туристический объект, который может вытащить Ида-Вирумаа из сложного положения и создаст новые рабочие места с неплохими зарплатами.

– Какие еще были идеи в ходе обсуждения проекта?

– Кто-то из горожан говорил: ”Зачем строить старое, давайте построим лучше что-то новое и современенное?” Но новое — не туристический магнит, у него не будет такой аттрактивности, как у стилизации под 1840 год. А тут у домиков будет такой же фасад, вид и контур крыши, как тогда. Мы воссоздадим часть исторического достоинства. Кто-то при этом кричит: ”Да ну, понятно же, что это будет новострой”. Ну и что? Дом Черноголовых в Риге — тоже новострой, но возле него толпятся туристы и активно там фотографируются. Так же может быть и в Нарве.