По-прежнему по числу полученных голосов лидируют центристы, избирательные союзы и реформисты. Только их поддержка уменьшилась на 2-3 процента и составила в 2021 г. соответственно 24.4, 24.3 и 17.3 процентов. При этом поддержка Isamaa практически не изменилась и сохранилась на уровне 8 процентов. Однако в 2 раза выросла поддержка EKRE — до 13 процентов, и в 2 раза уменьшилась поддержка социал-демократов — до 5 процентов. Также на ринге появился новый игрок — Eesti 200, получивший 6 процентов голосов избирателей. А вот явка осталась стабильной и составила в среднем по Эстонии 54,7 процентов (была 53.3). Не изменились и позиции ”чемпионов”: максимальная явка была зарегистрирована в Йыгевамаа — 59.3 процента (не изменилась), самая низкая в Ида-Вирумаа — 47.3 процента (было 47.4). В Таллинне проголосовало 54.5 процентов избирателей (было 53.5).

Но самой яркой новацией прошедших выборов стала борьба за голоса русскоязычных избирателей между центристами и консерваторами. Казалось бы, партия семьи Хельме проповедует ценности, совершенно чуждые русским жителям Эстонии: национализм, мононациональное государство, исключение русского языка из публичной сферы, территориальные претензии к России. Тем не менее, консерваторы решили сыграть на критичном отношении русскоязычного населения к Евросоюзу, ЛГБТ-бракам и либеральной идеологии. Воодушевлённые мнением социальных сетей, в которых русские комментаторы проклинали центристов и хвалили консерваторов, лидеры EKRE пытались даже штурмовать цитадель центризма — Нарву. Однако довольствовались здесь скромными 4 процентами. В русскоязычном Маарду консерваторы также выдвинули свой список, но как и в Кохтла-Ярве и в Силламяэ, не смогли пройти в состав Горсобрания. Другая история случилась в Таллинне, где консерваторы рассчитывали нарастить свою поддержку среди жителей Ласнамяэ. Это им отчасти удалось, EKRE приложили титанические усилия и получили здесь 3 тыс. голосов вместо 1.7 тыс. на предыдущих выборах. По популярности среди жителей Ласнамяэ консерваторы обошли реформистов, но значительно уступили центристам.

Почему это произошло? Да просто потому, что русский избиратель ещё более консервативен, чем эстонский. За примерами ходить далеко не нужно. Достаточно посмотреть на Россию, где перед каждыми выборами общество угрожает наказать власть за низкие доходы, повышение пенсионного возраста, за плохие дороги и некачественную медицину. Однако каждый раз на выборах побеждают представители партии власти. Так и в Эстонии: накануне выборов русскоязычные избиратели ругали центристов, обещали поддержку консерваторам. Но обещать — не значит жениться. В итоге русские выбрали верность традиции, отдав голоса Центристской партии.

Хотя накануне местных выборов Центристская партия оказалась в крайне тяжелом положении. Рейтинги партии были низкими, череда коррупционных скандалов, былой союз с EKRE и отставка правительства Ратаса сделали свое дело: поддержка центристов среди русскоязычных избирателей значительно сократилась. В Ида-Вирумаа можно было говорить об обвале рейтинга. Это позволило политологам спрогнозировать, что Центристская партия не сможет получить большинство в Таллиннском городском собрании и потеряет власть в нескольких городах Ида-Вирумаа. Так и случилось. Причинами этого, конечно же, были и некомпетентное управление во многих городах, которым руководит Центристская партия, кумовство и коррупция. Но потери центристов оказались не столь сокрушительными, как предсказывали, а появление на политическом поле Eesti 200 не позволило Центристской партии получить монопольное большинство в столичном горсобрании. Катаклизм случился в Нарве, где поддержка центристов снизилась в 2 раза. Но это связано с острым конфликтом в рядах местных центристов и с борьбой амбиций между Яной Тоом и Михаилом Стальнухиным. В результате избиратели Нарвы тоже оказались расколоты и многие из них отдали голоса альтернативному союзу Катри Райк.

Нужно отметить, что информационное содействие Центристской партии оказали центральные телеканалы России. На каналах шла телереклама центристов и для участия в передачах в прайм-тайм были приглашены русскоязычные политики Центристской партии, баллотирующиеся в Таллинне. Они с удовольствием разоблачали ”загнивающий Запад”. Это дало русскоязычному электорату возможность понять, кого в Эстонии поддерживает на этих выборах Кремль. Думаю, если бы у кандидатов других партий были возможности оппонировать Яне Тоом на этих каналах, может, и результаты выборов в органы местного самоуправления в Эстонии были бы иными.

Еще одна слагаемая успеха центристов — отказ других партий от борьбы за голоса русскоязычных избирателей. Например, Воотеле Пяй, бывший реформист, советник по СМИ парламенской фракции Партии реформ, обвинил лидеров партии в пассивности в работе с русскоязычным избирателем. Опросы показывали, что от 7 до 10 процентов русскоязычных могли проголосовать за кандидатов Партии реформ. Но отказ реформистов разыгрывать ”русскую карту” обернулся снижением поддержки реформистов в Ласнамяэ и потерей Партией реформ нескольких мандатов в горсобрании Таллинна.

Проиграли на этих выборах также социалисты, хотя их кандидат в мэры Раймонд Кальюлайд активно участвовал в мероприятиях Русскоязычного объединения, организованного соцдемами. Но когда началась избирательная кампания, усилия социалистов, для того чтобы получить русскоязычные голоса, были достаточно скромные. Это напомнило о настроении неформального лидера социалистов Евгения Осиновского, сомневающегося, что русский избиратель так же благосклонен к социал-демократам, как и к центристам. Но в результате поддержка социалистов в преимущественно русскоязычном Ласнамяэ снизилась в 1.7 раза, и они получили в 2 раза меньше голосов, чем консерваторы в Ласнамяэ. Видимо, потому обидевшиеся социал-демократы, вступившие в коалицию с центристами в Таллинне, не предложили русскоязычных политиков на должности вице-мэров.

Но то, что за русскоязычный электорат можно и нужно бороться, показала партия Eesti 200. Уже на парламентских выборах в 2019 г. партия сделала ставку на активную работу среди русскоязычных граждан Эстонии. В партийный список включили массу русскоязычных кандидатов. Тогда Eesti 200 не сумела попасть в парламент. Но на выборах в местные органы власти в 2021 г. партия сосредоточила усилия на самоуправлениях с высокой долей русских, одновременно мобилизуя эстоноязычный электорат. Результаты оказались неплохими для политического новичка: представители Eesti 200 вошли в городские советы Таллинна, Тарту, Виймси, Нарвы и других самоуправлений.

Прошедшие выборы подтвердили выводы экспертов, что электоральная активность среди русскоязычных жителей Эстонии стабильно низкая. Политическая пассивность русскоязычных избирателей связана с доминированием социальной апатии и пессимизма: недостаточное владение эстонским языком, низкооплачиваемая работа, слабое представительство русских в исполнительных и законодательных органах власти. С одной стороны, политическая апатия мешает самоорганизации русских избирателей для создания, например, ”Русской партии”. С другой стороны, обуславливает стабильную поддержку Центристской партии за неимением альтернатив.

Слабое место центристов — это патернализм и вождизм. Пока у центристов есть кумиры избирателей в лице Сависаара или Кылварта, наделённые качествами ”отца родного”, им гарантированы голоса ”русской улицы”. Но если в партии случится раскол по примеру Нарвы, центристы могут потерять поддержку ”своих русских”. Поэтому, пока Хельме и Ко могут забыть своё заигрывание с русскоязычными избирателями как неудачный флирт. Русские, исповедующие принцип ”хоть плохой, да свой”, во время скачек коня на шляпу менять не будут.

Закладка
Поделиться
Комментарии