Подкаст:


Ведущий — Виталий Бесчастный: Должен ли город взять ответственность за уборку тротуаров?

Евгений Криштафович, Партия реформ: Наша позиция такова — да. Не все домовладельцы с этим справляются. Люди поскальзываются, ломают конечности, получается, у нас больницы переполнены не только больными коронавирусом, но и пациентами с травмами. И всегда зима приходит неожиданно. Это тот вопрос, который должен быть решен уже давно. Почему этого не сделали, для Партии реформ загадка. Это наш приоритет.

Виталий Бесчастный: Вадим, вы не отвечаете за эту сферу, но в курсе происходящего, я уверен.

Вадим Белобровцев, Центристская партия: Я думаю, здесь все очень просто. Если государство будет готово финансово это поддерживать, то мы найдем силы и с этим делом справимся.

Раймонд Кальюлайд, Социал-демократическая партия: Я в курсе этой темы. Мы занимались законопроектом на тему уборок тротуаров. Тоже самое делали и политики из Isamaa. Сейчас есть два законопроекта, которыми занимается экономическая комиссия. Реформисты тоже поддерживают идею, что уборкой должны заниматься местные самоуправления.

Виталий Бесчастный: Государство не будет давать деньги?

Раймонд Кальюлайд: До этого дело даже не дошло. Опять же, у нас в коалиции две партии. Центристы блокируют эти законопроекты. Они хотели сразу их отправить в мусорный ящик. Удалось сделать так, чтобы они остались в повестке. Правда, сейчас они не двигаются дальше. Для меня очень странно, что законопроекты тормозит министр экономики, бывший мэр Таллинна Таави Аас. Он должен точно знать, что тротуары не убирают, люди падают, несколько сотен человек в месяц получают травмы. Почему они это блокируют? Единственное, что я могу предположить: они не хотят, чтобы это было инициативой других партий. Хотя, может, в будущем сами выйдут с этой идеей.

Евгений Криштафович: Партия реформ против того, чтобы это все делалось за государственный счет — в случае с городм Таллинном. Опять же, у Таллинна есть деньги, здесь живут богатые налогоплательщики. Таллинн тратит деньги на то, на что не должен тратить, а должен он тратить на благосостояние местных жителей. Из госбюджета должны финансироваться бедные самоуправления — Кохтла-Ярве, Муствеэ, где у жителей объективно нет таких денег. Это принцип солидарности. Государство не может покрывать все эти дыры, которые создаются неэффективным таллиннским руководством.

Вадим Белобровцев: Думаю, таллиннским избирателям будет приятно услышать, что они должны оплачивать уборку в Муствеэ. Но, к сожалению, я в словах Евгения замечаю ту самую проблему, которая на протяжении многих-многих лет была в риторике Партии реформ.

Идея заключается в том, что Таллинну ничего давать не надо. Сколько проектов проходило мимо Таллинна, сколько европейских денег проходило мимо Таллинна только потому, что у Таллинна и так все хорошо, они богатые. Хотя, на самом деле, самые богатые люди живут не в Таллинне, а вокруг города. Их налоги идут не в Таллинн, а нашей инфраструктурой они пользуются постоянно. В Тарту, видимо, настолько бедные люди живут, что не могут себе ничего позволить. Их тоже надо содержать.

Почему Таллинн должен всех содержать — я не очень понимаю. С точки зрения таллиннского налогоплательщика мне эта логика непонятна.

Виталий Бесчастный: Раймонд, вы согласны с Вадимом или нет?

Раймонд Кальюлайд: У нас очень маленькая страна. У нас одна столица, где сейчас производится 50% нашего ВВП. Задача Таллинна и Харьюмаа, чтобы здесь были хорошие дороги и современный общественный транспорт. Это в интересах всей страны. Давайте не будем мечтать, что через пять лет огромный поток денег будет поступать из Йыхви. Говорить о том, что Таллинну не нужно выделять деньги — это абсолютно неправильно. Да, то что в Таллинне какие-то деньги используют неправильно — в этом есть своя правда.

Евгений Криштафович: Тут большая разница. Выделять деньги на инфраструктурные проекты, например, на дорогу от вокзала до аэропорта, это одно. Выделять деньги из госбюджета на то, чтобы владельцы домов в Нымме убрали снег у домов — это совсем другое.

Раймонд Кальюлайд: Не об этом речь.

Евгений Криштафович: Именно об этом. Другие самоуправления отличаются от Таллинна.

(…)

Виталий Бесчастный: Евгений, на что Таллинн не должен тратить деньги?

Евгений Криштафович: Первое — городская пропаганда. Это первое, откуда мы можем деньги забрать.

Раймонд Кальюлайд: Это три миллиона. На эти деньги особо не уберешь тротуары.

Евгений Криштафович: Больше. Да, только этого не хватит.

Второе — это эффективность городского управления. У нас раздутые штаты, у нас очень много лишних чиновников, у нас шесть вице-мэров — оставим три. Плюс всевозможные невыгодные для Таллинна договора, где мы платим лояльным Центристской партии бизнесменам большие суммы. Это все позволит высвободить очень большое количество средств. Это не только я так говорю. Даже Административный суд подтверждал, что город не имеет право требовать такие большие деньги от государства, потому что вы слишком много тратите.

Вадим Белобровцев: Пропаганда — это моя любимая тема. Партия реформ в Горсобрании очень долго говорила о том, что нужно закрыть Таллиннское телевидение и потратить эти деньги. Потом показывали огромный список, на что их потратить, как будто Таллиннское телевидение сделано из золота. Хотя если просто посмотреть на цифры, там и четвертой части от предложенного не удалось бы сделать.

У нас действительно есть некоторые информационные каналы, которые доставляют горожанам информацию на эстонском и русском языках. С одной стороны, нам говорили во время пандемии, что нужно активнее информировать людей, особенно русских. С другой стороны, нам говорят, что мы занимаемся пропагандой, а не информированием.

Раймонд Кальюлайд: 60 человек работают в этих структурах. Все городские СМИ — это распил бюджета от Центристской партии. Один пример. Весной мэрия приняла решение, что в предвыборный период не будут показывать кандидатов в городских СМИ. Недавно открыл я главную страницу stolitsa.ee — там одни кандидаты по спискам Центристской партии. Эта вся система существует только для продвижения интересов одной партии.

Риторика Партии реформ мне тоже непонятна. Они постоянно думают, как сократить бюджет. Как лишить денег учителей, спасателей, детей. Они сейчас хотят сократить финансирование кружков по интересам. Хотя у нас экономический рост и в бюджете много денег. В Таллинне, конечно, можно действовать эффективней, я согласен. Но в городе есть огромные проблемы, на решение которых нужны дополнительные ресурсы: муниципальное строительство, социальные услуги, здравоохранение. Говорить о том, что в бюджете Таллинна есть какие-то лишние сотни миллионов евро и их можно убрать из бюджета — неправильно.

Евгений, таллиннский бюджет — это открытый документ. Я понимаю, что вы на него никогда не смотрели. Прочитайте и напишите статью — откуда вы возьмете 30–40 миллионов из бюджета. Я бы хотел эти цифры увидеть.

Евгений Криштафович: С удовольствием!

Виталий Бесчастный: Супер. Мы с радостью опубликуем это на RusDelfi.

(…)

Виталий Бесчастный: Многие руководители городских структур баллотируются по спискам Центристской партии. А если к власти придут реформисты или социал-демократы? Понятно, что вы сейчас скажете, что такого не будет…

Вадим Белобровцев: Так это уже есть. Реформисты и соцдемы из городской системы спокойно баллотируются на выборах.

Раймонд Кальюлайд: У центристов в таллиннской системе работают 250 человек, которые нанимались для того, чтобы заниматься делами партии за счет городских денег. Я это знаю. Если смотреть список центристов на выборы, то там больше 100 человек получают деньги из таллиннского бюджета. Все публикуют фотографии, как они возле зеленым палаток занимаются пропагандой партии. Я знаю этих людей, они в это время должны быть на работе, работать муниципальными полицейскими и так далее. Конечно, по-человечески я их понимаю. Люди боятся, что будет новая коалиция и их уволят из мэрии. До какой-то степени эти страхи оправданы.

Вадим Белобровцев: Если бы люди, которые должны быть на работе, вместо этого занимались агитацией, то Раймонд первым бы написал жалобы в соответствующие органы. Он постоянно этим занимается.

Те люди, которые занимаются агитацией возле палаток, делают это исключительно после работы. Я, например, сам после 17 часов, когда заканчивается официальное рабочее время, общаюсь с людьми и узнаю их проблемы.

Что касается того, что люди баллотируются у нас в списках — это логично. Им нравится, как работает город, как устроена система, что было сделано в городе. А что касается партийной принадлежности — как я уже сказал, у нас работают в системе и социал-демократы, и реформисты, которые баллотируются. Я никогда не считал это проблемой.

Евгений Криштафович: Я согласен с Раймондом. Трудно не доверять его экспертизе. Думаю, многие из тех 250 человек были назначены туда, когда Раймонд Кальюлайд был в Центристской партии и активно занимался ровно тем же.

Мы не будем устраивать охоту на ведьм после прихода к власти. Но выдадим всем лопаты и метлы и отправим убирать улицы, а не заниматься чем-то непонятным. Все будут заниматься чисткой сараев, своим прямым делом.

Раймонд Кальюлайд: Есть конкретный пример — Пеэтер Ярвеляйд, бывший старейшина Пыхья-Таллинна. Ему дали теплое место в городской системе. Когда он уходил, он так и сказал, что хочет сосредоточиться на предвыборной компании.

И второй пример. Из ведомства Вадима Белобровцева пару месяцев назад ко мне обратился уважаемый учитель, который работает в Таллинне. Он сказал, что на него давят мои бывшие коллеги, хотят, чтобы он баллотировался по спискам центристов. Он не хочет этого делать. Спросил, могут ли его уволить за это. Я ответил, что никто уволить его не может, нужно просто им отказать. Человек до сих пор работает, надеюсь, так и будет.

Был еще один случай. Я нанимал руководителем Salme человека по конкурсу, он был хорошим специалистом. Сразу после того, как я ушел, его уволили и назначили туда человека, который сейчас баллотируется по спискам центристов.

Коррупция в этой системе просто безумная.

Вадим Белобровцев: А теперь новая рубрика — перевернутые факты и ложь господина Кальюлайда. Я удивлен, как ты соскакиваешь с темы на тему. Когда я попросил факты, что у нас люди работают в рабочее время в палатках — ты не ответил.

Раймонд Кальюлайд: Сейчас идет расследование!

Вадим Белобровцев: Расследование идет совершенно не об этом, а об использовании рабочей машины, не о работе в палатках.

Получается, люди в палатках в рабочее время не стоят— это ты придумал. Едем дальше. Использование машины. Насколько мне известно, у полиции нет претензий к Пеэтеру Ярвелайду, он освобожден от всех расследований и обвинений.

Если на кого-то давили, то этот человек должен идти в компетентные органы и говорить, что на него давят, пытаются заставить баллотироваться. У нас такого быть не может. Когда мы общаемся и предлагаем баллотироваться, а человек говорит, что ему это неинтересно, то мы не давим на него. Я сам часто общаюсь с людьми.

Раймонд Кальюлайд: Вадим, вы признаете, что вы как вице-мэр, начальник Департамента образования предлагаете людям баллотироваться с центристами? Вы же не говорите им: "Я сейчас общаюсь с вами не как вице-мэр, а просто как представитель партии". Вы не видите в этом давления?

Вадим Белобровцев: В этом нет никакого давления. Я сказал, что я иду не как вице-мэр, а как представитель партии от Пыхья-Таллинна.

Виталий Бесчастный: Мне тоже кажется, здесь есть некий конфликт интересов.

Вадим Белобровцев: Хорошо, скажите мне тогда, что я не имею права разговаривать с людьми на какие-то посторонние темы, потому что я вице-мэр, а они учителя или директора. Получается интересная ситуация, что я не могу говорить человеку о выборах.

Виталий Бесчастный: От вас зависит его карьера.

Вадим Белобровцев: Я бы хотел, чтобы хотя бы один человек подошел и сказал, что его уволили или начали от него избавляться из-за его отказа баллотироваться.

Евгений Криштафович: Я только пришел с других дебатов, там тоже посчитали, сколько директоров школ баллотируется. В списки взяли всех, кого только могли. На что Яна Тоом ответила: все учительские коллективы могли бы выйти и участвовать в выборах. Не ручаюсь за точность цитаты.

Я думаю, слишком большие надежды возлагает ЦП на работников подотчетных органов. Не стоит этого делать. Необходимо провести исследование, чтобы понять — нам только кажется, что есть этот конфликт интересов или это происходит на самом деле.

Вадим Белобровцев: У нас 57 школ. Это сколько директоров должно баллотироваться, чтобы большая часть была в наших списках? При этом Тоомас Крузимяги баллотируется по спискам реформистов.

Евгений Криштафович: Он возглавляет Английский колледж, а не русскую школу.

Вадим Белобровцев: Русских школ у нас 24. Получается, 24 директора должны баллотироваться, а это не так.

Это вторая часть дебатов на RusDelfi. Первая была про русскую школу и детские сады. Слушайте нашу дискуссию целиком:

Темы выпуска:

1:04 Русское образование, закрытие гимназий в Ласнамяэ, отмена платы за место в детском саду, коалиционный договор.

18:26 Развитие Пыхья-Таллинна, пляжный дом на Штромке, трамвай в Пельгуранд и электричка до Копли.

28:30 Уборка тротуаров. Таллинн — самый богатый, поэтому ему не нужны деньги от государства?

36:32 Где город должен урезать бюджет? Проплаченные бизнесмены. Городские СМИ — пропаганда?

41:35 Муниципальные работники активно баллотируются в списках центристов, агитация в рабочее время, конфликт интересов.

51:31 Возможная коалиция в Таллинне — реформисты и центристы уже договорились? Совместная оппозиция.

1:01:25 Блиц.

Слушайте наш подкаст в Soundcloud, Google podcasts и Apple Podcasts.