По задумке интервью должно было проходить на русском языке — сам Алар Карис обещал его вспомнить, однако эксперимент удался лишь наполовину — получить ответы на русском языке от избранного президента Алине не удалось — в итоге вопросы звучали по-русски, но отвечал господин Карис на родном, эстонском.

- Алар, вы обещали, что будете разговаривать на русском языке. Вот что вы хотите сказать русскоязычным жителям Эстонии?

- Говорить на русском, да, обещал, однако на таких интервью, тем более будучи президентом, язык должен быть хорошим. Для этого необходимо потренироваться. Я думаю, через некоторое время я смогу дать корректное интервью на русском языке.

- А как вы будете тренировать свой русский язык? Наймете учителя? Или, когда вы собираетесь уже начинать?

- Я думаю, что в Таллинне можно много, где услышать русскую речь и поговорить на русском языке, также на различных визитах, например, в Ида-Вирумаа или любом другом месте. Русский язык потихоньку вернется, если слушать его и немного говорить. Однако это две разные ситуации. Одно дело интервью или публичное выступление, а другое, когда ты говоришь с конкретными с людьми. Если они не знают эстонский язык, тогда будет разумным высказывать свои мысли и идеи на русском и также подчеркивать, что, живя в Эстонии важно понимать эстонский язык. Это в интересах самих людей. Это создает для них больше возможностей для получения образования или работы, особенно в государственном секторе и так далее.

- Как думаете через какое время уже так натренируетесь, что сможете интервью давать на русском языке?

- Ну это гипотетический вопрос. Этого не могу сказать. Возможно, через месяц, возможно, через три года. Я не знаю.

- Когда вы в последний раз говорили на русском языке?

- На русском языке, конечно, приходилось говорить, а вот когда это было в последний раз вспомнить трудно.

- Для русскоязычных жителей Эстонии очень важен вопрос об образовании. Я понимаю, что вы, конечно, не влияете на эту ситуацию. Но все же, как вы относитесь к тому, чтобы русскоязычные жители Эстонии получали образование на русском языке?

- Конечно, часть образования остается на русском языке, но как я и говорил ранее, что в интересах людей учить эстонский язык и начинать следует с ранних лет, т. е. с детского сада, где дети осваивают эстонский язык, а не учат. Я знаю это по своей дочери, которая выучила голландский язык за полгода. Но вернувшись в Эстонию обратно она также быстро его забыла. Это также мой ответ на прошлый вопрос — язык очень быстро забывается, если не практиковаться. А касаемо образования, я считаю, что, конечно, следует начать оттуда и стоит найти пути, каким образом дополнить это образование, не просто давать образование или учить, а найти способ каким образом учить. И возможно возможности нашего э-государства создадут какое-то технологическое решение, чтобы ребенок был заинтересован в изучении эстонского языка. У меня нет конкретного ответа, как это точно сделать. Но и решение это не такое простое, что завтра мы просто начинаем все учиться на эстонском языке. Весь класс на русском языке, учителя еще тоже не обучены учить на эстонском языке. Это так не работает. И я думаю, что уровень образования в этом случае тоже упадет. Это непростая задача. Мы видим, что за 30 лет мы не продвинулись далеко. Однако я считаю очень важным, чтобы гражданин Эстонии говорил на эстонском языке. Это даст нам намного больше возможностей.

- И последний вопрос. Также для русскоязычных жителей Эстонии очень важны отношения с Россией. Вот Керсти Кальюлайд встречалась в Владимиром Путиным в Москве, вы готовы с ним встречаться и пригласили бы его в Эстонию?

- Ну, конечно, если визит в первую очередь будет хорошо заранее подготовлен, обстановка благоприятствует этой встрече и что самое важное — какая цель у этого визита, чего мы хотим там достичь. Если просто поедем туда поговорить, то эта встреча даст нам какой-то сигнал, но в длинной перспективе это не имеет какого-то большого влияния. Это стоит обдумать и конечно же надо сперва пообщаться с соседями. В наш музей привезено несколько выставок из Петербургского этнографического музея. Контакты в сфере культуры очень важны. И я считаю, что культурную дипломатию никак нельзя недооценивать. За всем надо наблюдать и неважно в каком политическом контексте происходит.