В последнее время в Нарве наблюдается тенденция, когда депутаты перебегают из одной фракции в другую. С чем это связано?

Демократия предполагает, что человек выбирает, где он должен быть. Когда меняются какие-то принципы и позиции, человек определяет, куда он пойдет. Всегда были коалиции, которые формируются разными способами. И один из них — это когда приглашают людей из другой фракции. Это нормальная практика, которая существует в том же Рийгикогу.

Можно ли сказать про этих депутатов (в том числе и про вас), что они хотят остаться ”у кормушки”?

Эти разговоры, которые ведутся вокруг того, что депутаты что-то делят у кормушки, мне вообще не нравятся. Это плохая тенденция, которая существует у нас в стране. Любая должность, даже общественная, как депутатство, накладывает, прежде всего, определенную ответственность. Когда человек становится даже членом какого-то совета, он ведь отвечает и своим имуществом за то, что там происходит, если что-то случится. Кроме того, иногда приходится принимать и не очень популярные решения.

Из-за таких разговоров начинают говорить: ”Они пилят бюджет”. Вообще я не понимаю эту фразу. Я прекрасно понимаю, что люди, которые попадают в коалицию, должны на себя брать большую ответственность.

Но когда человека лишают работы или ставят под сомнение его деятельность, то это страшная практика. Этого быть не должно. Депутаты не должны быть под прицелом. Эту практику у нас ввела именно Катри Райк (мэр Нарвы — прим. RusDelfi). Именно после ее прихода начали определять, кто должен работать, а кто нет.

Вы ушли с должности заместителя директора Молодежного центра. Это как-то связано с приходом к власти Катри Райк?

Я пробыла на этой должности 15 лет. Ушла по собственному желанию. Это не из-за того, что меня вынудили. Я вышла на пенсию и надо было решать, где работать. У меня было полставочки замдиректора Молодежного центра и полставочки замдиректора в ”Ругодив”.

А почему из ДК ”Ругодив” ушли?

А отсюда меня ”ушли”. Выборы мэра состоялись 30 декабря. Я спокойно работаю, у меня тут четыре часа в день. Надо концерт — значит концерт, надо что-то сделать — значит что-то делаю, какие-то идеи мы тут придумывали. Да, время уже ”ковидное”, но работа все равно была. Я прихожу на работу, и мне директор говорит: ”С тобой велели расторгнуть трудовой договор”. Я спрашиваю, на каком основании? А основание такое: сокращение штата. Хотя бюджет еще не был принят, то есть деньги на мою зарплату были выделены. Я предложила доработать до конца месяца, потому что надо было еще что-то сделать, мы уже готовили некоторые мероприятия. Она говорит: ”Да, давай! Я попрошу, чтобы трудовой договор расторгли с 1 февраля”. Я прихожу на работу 21 января, мне говорят: ”Все, дорогая, собирай свои вещи, ты отработала последний день”.

Чье это решение было?

Видите, как все всегда хитро делается. Кто-то решил, дал команду, директор исполнил. Получается во всей этой ситуации кто виноват? Директор. Она же уволила со дня. Но, я видела, когда сидела у нее в кабинете, как ей шли настоятельные звонки: надо срочно посчитать, выдать документы. Я думаю, что это была показательная политическая ”порка”, чтобы побоялись депутаты в учреждениях местного самоуправления, что они тоже могут со дня остаться без работы. Я думаю, что здесь надо выразить благодарность Татьяне Стольфат (руководитель Нарвского центра социальной работы — прим.) и Виктории Лутус — руководителю отдела культуры. Наверно, они о чем-то договорились с Райк. Райк потом объявила в газете, что якобы у меня в ”Ругодиве” была политическая должность, и я не ходила на работу. Совершенно бездоказательно, зато очень удобно.

Интервью полностью можно прочитать ЗДЕСЬ.

Все актуальные новости от RusDelfi можно прочитать в Telegram: подписывайтесь и будьте в курсе событий страны и мира.