Почему вы позволили назначить на должность уже которого подряд министра окружающей среды, который отрицает антропогенное изменение климата? Мог бы ли быть министром социальных дел, например, человек, который не верит в вакцины?

(Пауза.) Тогда вы должны делать это интервью с министром окружающей среды.

Вы ведь глава правительства.

Когда это коалиционные правительства, то всегда у каждой партии, исходя из коалиционного договора, назначена своя делегация. Я нигде не вычитывал, что он не верит в антропогенное изменение климата…

Он сказал, что он не убежден во влиянии человека.

… И это я больше здесь в интервью не анализирую. Это вы должны анализировать с ним. Но, несомненно, у антропогенного фактора в изменениях климата очень большая роль. Очень большая роль. Если посмотреть май и июнь прошлого года, то мы увидим, что температура в Европе была одной из наиболее высоких за все времена. Если оценивать, например, таяние снега в Гренландии в последние годы, то оно… (Обращается к фотографу.) Хватит этих фотографий, вы уже сделали достаточно. Оно происходит в более быстром темпе, и смелее также можно сказать, что в большем количестве. Это означает то, что уровень воды в океанах поднялся, что означает, что соленость воды в океанах уменьшилась, что означает также то, что на земном шаре белой поверхности меньше и солнечной энергии поглощается больше, что в свою очередь повышает температуру.

Так что я верю, что эта амбициозная цель, которая взята с Парижским климатическим соглашением и другими документами, правильная, чтобы температура не повысилась больше чем на два градуса по сравнению со временем до промышленной революции, но амбиция поднята еще выше, то есть1,5 градуса. Мы знаем, что [средняя температура на земном шаре] уже повысилась больше чем на градус, так что к климатической катастрофе мы, конечно, очень близки. И поэтому я считаю, что с точки зрения антропогенного фактора мы должны прилагать усилия — каждый как индивид, как общество. Взятие [роли] локомотива Евросоюза в Парижском соглашении, в части климатической нейтральности к 2050 году и в части уменьшения выбросов к 2030 году было очень правильным и заслуживающим благодарности.

Если мы знаем, что у нас сейчас курс трехградусного потепления климата, то вы как глава правительства не чувствуете, что и у Эстонии мог бы быть министр окружающей среды, которые понимает это базовое знание?

У Эстонии есть, я считаю, очень хорошие знатоки экологической и климатической политики, у нас очень хорошее соответствующее образование, специалисты как в третьем секторе, так и в министерстве. Так что ставит ли правительство Юри Ратаса под сомнение, что антропогенный фактор играет большую роль в изменениях климата — ответ таков, что не ставит.

Кстати, все актуальные новости от RusDelfi теперь и в Telegram: подписывайтесь и будьте в курсе событий страны и мира.