Если прежде сети аптек принадлежали крупным холдингам, то с 1 апреля управлять аптекой в нашей стране может только провизор, человек с высшим фармацевтическим образованием. Ему может принадлежать вся аптека или ее наибольшая доля. Один провизор может владеть не более чем четырьмя аптеками, это касается городов с населением более 4000 человек. В одной из этих аптек провизор должен сам работать директором. А в населенных пунктах с населением менее 4000 человек провизор может открывать аптечные филиалы.

Аптека — не магазин

Такие правила были установлены, чтобы крупные фирмы, которые занимаются оптовой продажей лекарств и в то же время владеют аптеками, не могли больше контролировать рынок.

”Аптека должна быть прежде всего учреждением здравоохранения, а не работать, как магазин, поэтому Рийгикогу решил разделить розничную и оптовую торговлю лекарств и предоставить провизорам большую роль и ответственность в системе здравоохранения Эстонии, — объяснил год назад важность реформы министр социальных дел Танель Кийк, слова которого приводит Delfi. — Провизоры — это специалисты в области лекарств с широкими знаниями, но их знания и навыки в настоящее время в значительной степени не используются в здравоохранении. Чтобы вернуть провизоров в здравоохранение, без аптечной реформы не обойтись. Только за пределами деловых интересов фармацевтических оптовиков провизор сможет сосредоточиться на потребностях пациента и тесно сотрудничать, например, с семейными врачами”.

В этой связи ходило много разговоров о том, что большинство аптек попросту закроется — якобы провизоры не заинтересованы брать на себя управление аптекой, а крупные аптечные сети просто не могут взять и отдать свой бизнес в чужие руки. Входящие в Эстонское объединение сети аптек Apotheka, Benu, Euroapteek и Südameapteek даже закрылись в декабре на полдня, чтобы показать, что может произойти, если реформа дойдет до конца.

”У каждого решения есть свое последствие. Поскольку политики дали понять, что Эстонии будет достаточно 20 аптек, а 300 аптек можно закрыть и это никак не отразится на доступности услуги и лекарств, то они взяли на себя ответственность за это”, — говорил тогда руководитель Эстонского объединения аптек Тимо Данилов.

Клиенты аптек тоже переживали. В ”МК-Эстонию” несколько раз обращались читатели, которые боялись, что их аптеки возле дома, в которых они привыкли покупать лекарства и до которых не нужно далеко идти, будут закрыты. Особое беспокойство проявляли жители небольших населенных пунктов, для которых важно иметь аптеку даже не возле дома, а в принципе аптеку, до которой можно добраться.

Одни закрылись, другие открылись

Но вот прошло пять месяцев. Сколько аптек с тех пор закрылись? Остались ли люди без возможности купить лекарства? К слову, реформа случилась не сразу, был долгий переходный период, в течение которого аптеки должны были перейти во владение провизоров. Так по состоянию на 1 августа прошлого года из 492 аптек в Эстонии 200 частично или полностью уже принадлежали провизорам.

”1 апреля этого года, когда реформа завершилась, в Эстонии оставалось работать 469 аптек. В результате реформы закрылись 25 аптек в городах, где их и так достаточно. Пять аптек позже открылись, — комментирует заместитель генерального директора Департамента лекарственных средств Эстонии Катрин Кийск. — Кроме того, после 1 апреля открылись три

новые провизорские аптеки в местах, где раньше их не было. Три аптеки также сейчас закрыты, например, из-за капитального ремонта зданий. Таким образом, в результате реформы не произошло серьезных изменений в количестве и расположении аптек”.

Одна из целей реформы, добавляет Катрин Кийск, заключалась в том, чтобы оптовые продавцы фармацевтической продукции не владели аптекой и не управляли ею — теперь созданы предпосылки для того, чтобы сегодняшние владельцы могли более свободно принимать решения.

”Реформа завершена, и теперь важно сосредоточить внимание на развитии аптечной службы и роли фармацевта в лечении пациента, на ориентированности услуги на благо пациента, — отмечает заместитель генерального директора Департамента лекарственных средств. — Я знаю, что профессиональные ассоциации выступили с инициативами по сотрудничеству с университетом, и деятельность в этом направлении будет продолжаться”.

Все ради пациентов?

Сторонники реформы действительно видели в ней только положительные стороны: если крупные холдинги, поставляющие лекарства, перестанут держать под контролем подавляющее большинство аптек, это улучшит качество услуг и снизит цены на препараты.

”Аптека должна быть учреждением, сфокусированным прежде всего на здравоохранении и медицинских проблемах пациентов, а не бизнес-прибыли, — так высказывалась председатель правления Палаты провизоров Карин Аламаа-Аас, слова которой приводит BNS. — В интересах пациентов — прозрачность сферы медикаментов и предоставление независимой аптечной услуги повсюду. Это и поощряет аптечная реформа, тогда как сосредоточенность аптек в руках двух-трех оптовых продавцов лекарств подвергает снабжение пациентов лекарствами серьезной угрозе”.

По словам Карин Аламаа-Аас, в ходе реформы аптечная услуга должна освободиться от коммерческих интересов оптовых продавцов лекарств — это повысит конкуренцию между оптовыми продавцами медикаментов и позволит добиться максимально выгодных для пациента цен.

Получается, что со вступлением в силу реформы цены на лекарства должны были стать ниже. Но на деле все не совсем так.

”Предложение и доступность лекарств не связаны напрямую с аптечной реформой, хотя это и подчеркивалось во время ее проведения, — отмечает заместитель генерального директора Департамента лекарственных средств Эстонии Катрин Кийск. — Доступность лекарств во многом зависит от способности производителя фармацевтических препаратов изготавливать лекарства в соответствии со спросом. Точнее было бы говорить о доступности аптечных услуг, но поскольку в результате реформы большинство аптек в Эстонии продолжили работу, доступность аптечных услуг также не пострадала”.

Так если после реформы ничего толком не изменилось, аптеки не закрылись, как этого боялись, но и лекарства не стали дешевле, как об этом говорили, получилось ли достичь целей?

”Хотя после проведения аптечной реформы собственность аптек была отделена от оптовых продавцов, мы не считаем, что аптеки стали полностью независимыми, — констатирует Юхан Пылдроос, начальник отдела надзора Департамента конкуренции. — В частности, большинство аптек заключили различные соглашения о франчайзинге и другие соглашения о сотрудничестве с оптовиками, что по-прежнему довольно сильно связывает аптеки с конкретными оптовыми продавцами. В то же время такие соглашения не обязательно являются незаконными. Департамент конкуренции во время подготовки аптечной реформы неоднократно обращал внимание на такой риск”.