10 лет назад банкротством четвертого по величине инвестиционного банка мира Lehman Brothers с активами в 639 миллиардов долларов американский кризис перерос в мировую Великую стагнацию.

В Латвии кризис срезонировал со взрывом пузыря недвижимости и усилился крахом банка Parex. Благодаря трагическому стечению обстоятельств, страна оказалась одной из самых серьезных пострадавших в ЕС. Профессионализм политиков того времени вылился в облетевшую весь мир фразу министра финансов того времени Атиса Слактериса "Nothing special!" — ответ на вопрос телеканала Bloomberg, что происходит с латвийской экономикой.

Затягивание поясов на выживших предприятиях обернулось массовыми увольнениями и кардинальными сокращениями зарплат. Только сейчас Латвия потихоньку возвращается к докризисному уровню зарплат. Но эксперты снова звонят в колокола…

О том, как мировые финансовые гуру и эксперты МВФ били тревогу на экономическом форуме в Давосе, можно прочесть ЗДЕСЬ.

Портал Delfi собрал мнения латвийских экспертов.

Григорий Гусельников, мажоритарный акционер латвийского Norvik banka:

- Я бы обратил внимание на несколько вещей. Кризис — это циклическое явление. Без него невозможно, как без смены времен года. Рано или поздно он наступит. Откуда ждать? Поскольку мы в Европе, давайте посмотрим, что происходит с европейскими балансом и экономикой.

Европейская экономика последние годы не растет или растет очень вялыми темпами. А вот долги европейских стран растут гораздо более высокими темпами. Это не удивительно, ведь после кризиса-2008 вся финансовая система была перезарегулирована — деньги в экономику больше не вливаются. А деньги, вопреки ошибочному заблуждению, "печатают" не центральные, а коммерческие банки. Если коммерческие банки не вливают деньги в реальный сектор экономики, этот как в организме не снабжать мышцы кровью — они не растут. Так и тут — все "сосуды" заблокированы, и с 2008 года не происходит никаких позитивных экономических сдвигов.

При этом расходы бюджетов растут, их требует растущий политический популизм и социализм. Политики не могут честно сказать: мы тут перезажали экономику, поэтому сокращаем расходы — они финансируют свои щедрые обещания в долг. Проблема в том, что эти долги никто не отдаст. Но чудес не бывает. Да, за счет роста расходов бюджета и долгов происходит маленький экономический рост. Но это привело к тому, что Маастрихтские соглашения в еврозоне нарушают все или почти все. А что послужило причиной кризиса 2008 года? Триггером стало то, что формально хорошие долги с рейтингами AAA, оказались плохими.

Сегодня то же самое происходит с долгами европейских стран. Они формально хорошие. Если они на балансе банка, то это очень удобно. Если я выдал кредит предприятию в Лиепае, то я должен создать 10% резервов. У меня возникает нагрузка на капитал примерно 12% от суммы этого кредита. В зависимости от индивидуальных условий она может вырасти еще на 10 процентных пунктов от суммы кредита. То есть кредит съедает примерно на 20-30% суммы.

Если же я купил госдолг, допустим Италии, то давление на капитал банка — ноль. В результате этого большинство европейских банков, испытывающих системные проблемы с капиталом, накупили этих госдолгов и, вместо того, чтобы питать и развивать малый-средний бизнес в Лиепае, финансируют госдолги. А поскольку даже европейские банки не в состоянии все это держать и справляться, то большие долги в большей степени выкуплены на баланс Европейского центрального банка.

Тут начинается самое смешное. Этот долг, который может быть больше 100% ВВП (например, итальянский, размером в 2,5 триллиона евро) никогда не будет выплачен. Экономика просто не в состоянии его выплатить. А если послушать, что сейчас говорят политики, пришедшие к власти в Италии, то они уже открыто обещают не выплачивать эти долги. 2,5 триллиона евро — это огромная сумма. Это не какая-то там Греция. У Европы просто нет шансов поднять процентную ставку и стимулировать экономический рост.

ЕЦБ постоянно подчеркивает свою независимость. Вы с ними поговорите: они независимы ото всех вообще. Я вспоминаю, как 25 лет назад студентом писал курсовую работу на тему "Почему центральные банки должны быть независимыми?" Так вот, они должны быть независимы для того, чтобы у них не было необходимости печатать деньги на выкуп правительственных долгов, чтобы правительства не покрывали увеличение бюджетных расходов с помощью увеличения долгов и сбагривания их центральным банкам. Ничего не узнаете?

Получается, что независимость ЕЦБ, центробанков европейских стран и всех европейских регуляторов — она во всем независимость, кроме того, для чего изначально идеологически эта независимость предназначалась. Потому что страны продолжают увеличивать долги, эти долги без давления на капитал скупают банки, а потом их покупает ЕЦБ. Таким образом, ЕЦБ в достаточной мере профинансировал бюджетные дефициты, а свою независимость он потратил на другое.

Нарушение фундаментальных экономических принципов и декларация того, что не отвечает действительности — это лучшие причины для следующего не маленького, а циклического и масштабного кризиса. Трудно прогнозировать, когда именно случится этот кризис, потому что это зависит от совокупности факторов, и невозможно предсказать, что именно станет последней каплей. Это как в ситуации с "банковским скандалом" Латвии: 20 лет страна занималась отмывкой денег, никто ничего по этому поводу не делал, ну или только делал вид, что борется. И вот какая-то капля стала последней.

Петерис Страутиньш, экономист латвийской Luminor Group:

- Очень важно понять, что мы подразумеваем под словом "кризис". Сегодня это слово, в первую очередь ассоциируется с событиями 2008-2009 года, которые не были кризисом в обычном понимании, как нижней точки экономического цикла. Это была экономическая катастрофа, особенно для Латвии. Со времен Великой Депрессии в мирной ситуации ни одна страна со средними и высокими доходами населения не пережила такое глубокое и стремительное падение как Латвия десять лет назад. Это была не экономическая рецессия или депрессия — ВВП упал более чем на 10%, надолго оставшись ниже предыдущей верхней точки. В сравнении с такими событиями, обычная рецессия, образно выражаясь, как легкая усталость после усердной работы. Кратковременное и небольшое уменьшение ВВП, умеренный прирост безработицы, которые большая часть общества даже не почувствует.

Я объясняю это, потому что, обсуждая риск кризиса, который существует всегда и везде, люди и компании сознательно или неосознанно начинают думать о сценариях бедствий. Экономика развивается циклично, но это не означает, что надо все время быть готовыми к худшему из возможных сценариев. Конечно, очень хорошо быть готовым к этому, но эту цель надо сбалансировать с другими. Инвестиции в развитие связаны с финансовым риском, но это не единственное, о чем надо думать. Даже слишком медленное развитие — это риск, особенно при так быстро меняющемся рынке труда, как наш.

Такой огромный крах был возможен из-за крупнейшего за 70 лет мирового финансового кризиса, который совпал с моментом, когда в нашей стране раздулся один из самых безумных пузырей недвижимости в мировой истории. Если бы глобальный кризис произошел на 4-5 лет раньше, это было бы настоящим благословением, которое спасло бы нас от нашего собственного безумия.

Нет 100% гарантии того, что подобный глобальный кризис не повторится, но мы должны попытаться оценить вероятность такого события — на мой взгляд, она сегодня низкая. Именно о вероятности надо вести речь. Потому что даже шансы на падение метеорита на землю никогда не нулевые. Я вижу два процесса, которые могут вызвать серьезные проблемы в глобальном масштабе.

Самые большие опасения у меня вызывает Италия, чей долг сегодня составляет около 2,6 трлн евро или около 130% ВВП этой страны. Ни одна страна в мире не заимствовала так много валюты, что столько не напечатаешь. Долг Японии еще больше, но это иена, которую центральный банк страны может генерировать в неограниченном количестве, удерживая процентную ставку по 10-летнему займу близким к нулю. Есть риск того, что реальная стоимость государственных ценных бумаг будет снижена за счет инфляции в будущем, но сценарий "быстрой смерти" исключен. Италия же может столкнуться с финансовой паникой, потеряв доступ к рынкам, а возможности Европейского центробанка помочь ей юридически ограничены.

Часто размышляю и о том, чем закончится долгосрочный инвестиционный бум в Китае. Если он прервется резко, то даже правительство этой страны не сможет предотвратить резкое замедление роста, что может стать серьезным ударом для стран-экспортеров, включая Россию.

Леонид Альшанский, аналитик финансовых рынков (последнее место работы — банк ABLV):

- Ситуация в Латвии сегодня выглядит достаточно стабильно, но мы живем в открытом глобализированном мире. А в этом мире ситуация в малых и более слабых экономиках, каковой является и латвийская, сильно зависит от ситуации в мировой экономике. А как показывает практика, кризисы в мировой экономической системе происходят регулярно. Предыдущий кризис 2008-2009 года, который ближе всех подошел к масштабам американской Великой депрессии 1929 года, достаточно сильно ударил по Европы. При этом Латвия оказалась среди главных пострадавших — ее ВВП упал на 25%, потому что глобальный процесс совпал с нашей внутренней бедой — раздутым до предела пузырем недвижимости.

Сейчас новых пузырей в Латвии не наблюдается, но есть неприятный момент: до кризиса 2008 госдолг Латвии составлял порядка 10% ВВП, а сейчас он — около 40%. Это значит, если государству снова придется помогать экономике — вливать деньги — ситуация может развернуться куда плачевнее. Увеличение долга может привести нас к ситуации, возникшей после 2008-го года в Греции, Италии или Испании, у которых госдолг больше ВВП или близок к нему.

Я бы назвал два главных фактора риска, откуда сегодня можно ждать беды:

1. Огромные долги развитых стран — Япония (240% ВВП), Греция (170% ВВП), Италия (130% ВВП) и даже США (порядка 100%), что угрожает мировому экономическому процессу куда больше, чем торговые войны и протекционизм.

Эти страны очень разные. В Японии все более-менее спокойно, и, судя по всему, здесь существует негласный договор между инвесторами и государством, что никто не раскачивает лодку. В Европе и США такое соглашение практически невозможно — если возникнет недоверие к долговому рынку, начнется активная продажа бумаг и, возможно, повторение долгового кризиса 2010 в еврозоне, когда все началось с Греции. Но если Греция тогда давала всего 3% европейского ВВП, то кризис доверия к долгам таких мощных стран, как Италия или США, намного опаснее. Он может подтолкнуть сначала продажи соответствующих долговых активов, а потом и массовые продажи активов во всей мировой системе, с резким падением цен и возникновением проблем у банков, что отразится и на экономике.

Трудно оценить, кто пострадает больше всех. Позиции у нас лучше, чем в Италии, но если кризис мировой — последствия и для нас будут крайне негативными.

2. Вторым риском в системе является наличие огромного количества фиатных — ничем реально не обеспеченных — денег, напечатанных ведущими ЦБ. Если когда-то все деньги были обеспечены золотом, то в современной ямайской валютной системе, к которой мы перешли в 70-х годах, золотое обеспечение полностью отменено. Деньги держатся на доверии к государству. Борясь с последним кризисом Центробанки Америки, Британии, Японии, и еврозоны увеличили объем напечатанных денег в 4-5 раз, а в еврозоне (и Японии) они продолжают печататься, чтобы Центробанк выкупал государственные долги. Будет плохо, если в какой-то момент участники системы решат, что это ненадежно и попытаются избавиться от этих денег. Это может вызвать мировой валютный кризис и гиперинфляцию. Впрочем, пока не видно, куда выйти из этих денег — более надежных активов в системе пока нет.

С другой стороны, мы видим, что мировая финансовая система до сих пор умудрялась приспосабливаться к вызовам времени — есть у нее хороший запас прочности. К тому же сегодня активно рассматриваются возможности регулирования системы, чтобы сделать ее более стабильной.

Сроки нового кризиса назвать не возьмусь — 1, 2,5, 10 лет… Но надо осознавать, что кризис всегда рядом. Это данность, заложенная в систему, к которой надо всегда готовиться, не дожидаясь грома. В случае Латвии, это не наращивать долг и делать накопления, подушку безопасности (Россия кризис 2008-го года, благодаря накопленным резервам, прошла легче большинства стран, правда, после кризиса 2014 с падением рубля и введением санкций, ситуация там не намного лучше латвийской).

Янис Платаис, финансовый консультант правительства по проектам госфинансирования управления и финансовой статистики правительства, связанным с МВФ и Всемирным банком:

- Рыночная экономика характеризуется циклическим развитием и чередованием хороших и плохих времен в экономике. Периоды, когда царит общий оптимизм, бизнес и семьи делают инвестиции, активно пользуются кредитами и тратятся, сменяются периодами, когда потребление и инвестиции сокращаются или откладываются на потом. Ведущие экономисты в мире сегодня более пессимистичны, чем раньше, поскольку экономика растет в течение длительного времени, но резервы для политического маневра очень ограничены, главным образом потому, что правительства накопили очень высокие госдолги, а центральные банки не могут поддерживать экономическое развитие, снижая процентные ставки по кредитам или увеличивая покупательную способность. Риски усугубляются ограничениями международной торговли, которые обусловлены политическими последствиями. Есть и другие локальные риски, которые могут иметь широкие международные последствия.

Сегодня ситуация в Латвии намного лучше, чем накануне предыдущего финансового кризиса, хотя к торговым ограничениям и возможному снижению спроса в наших основных странах-партнерах стоит отнестись с большой осторожностью. В финансовой сфере обеспокоенность вызывает то, что правительство Латвии в течение нескольких лет находится в режиме фискальной экспансии и не может создать подушку безопасности, сократив накопленную в условиях прошлого кризиса задолженность. В условиях ухудшения экономического роста, возможно, придется сократить бюджетные расходы, что станет особенно болезненным во время, когда и в частном сектор царит недостаток оптимизма.

Иева Вея, заместитель главы отдела макроэкономики департамента народного хозяйства Министерства финансов:

Для рыночной экономики, в целом, характерно циклическое развитие, когда за фазой подъема идет снижение. В рамках экономического цикла происходит колебание многих экономических показателей: валового внутреннего продукта, безработицы и инфляции. Циклическое развитие экономики — естественное явление, но государство реализует фискальную и монетарную политику, чтобы сгладить колебания в рамках цикла. Во время подъема осуществляется сдерживающая политика, а во время спада — стимулирующая. Если это регулирование осуществляется недолжным образом, то снижение экономики может стать очень резким и сильным, превращаясь в экономический кризис.

Последний мировой экономический кризис, особенно в Латвии, был связан с тем, что во время стремительного подъема осуществлялась стимулирующая политика, когда низкие процентные ставки способствовали резкому развитию кредитования как в мире, так и в Европейском союзе, и особенно в Латвии, когда после присоединения страны к ЕС у инвесторов резко выросла уверенность в безопасности вложений в страну.

К сожалению, из-за неправильной экономической политики, капитал поступал преимущественно в секторы, не связанные с производством, породив серьезный дисбаланс в экономике и зависимость от притока зарубежных кредитных ресурсов. Структурные проблемы были усилены процикличной фискальной политикой, допускавшей дефицит госбюджета в условиях стремительного прироста ВВП, что вызвало перегрев экономики и понизило ее устойчивость к внешним шокам. Стремительный прирост зарубежного заемного капитала, особенно в секторе недвижимости, стал причиной резкого роста цен на недвижимость, инфляции, роста оплаты труда, очень высокого дефицита текущего счета и общего перегрева экономики.

В 2008 году с началом мирового экономического кризиса поступление иностранных кредитных ресурсов в Латвию резко прекратилось, это вызвало кризис платежного баланса. Из-за стремительного снижения доходов госбюджета и возникновения финансовых проблем у одного из крупнейших банков Латвия была вынуждена просить помощи у международных финансовых организаций.

Сейчас структура экономики в Латвии и в мире сильно отличается. Нет оснований ожидать повторения экономического кризиса сходного по тяжести. В Евросоюзе в качестве реакции на кризис 2008 года создан механизм надзора за экономическими дисбалансами. Ведется мониторинг макроэкономических показателей во всех странах ЕС, чтобы сигнализировать о возможных дисбалансах и предупреждать о возможных кризисах. Среди этих показателей — изменение цен на жилье, баланс текущего счета, кредитный поток, показатели внешней конкурентоспособности стран, внешний госдолг и другие. Если в какой-то из стран ЕС фиксируют несоответствие этих показателей определенному желательному уровню, начинается углубленное изучение страны, она получает рекомендации для устранения проблем.

Надо особо отметить, что Латвия — одна из немногих стран ЕС, у которой не выявлены такие экономические дисбалансы, чтобы требовалось углубленное изучение и рекомендации.