История началась десять лет назад. В январе 2008 года Вера подключилась к семейному пакету от Elisa и приобрела для сына телефон, за который сразу и заплатила. Спустя две недели СИМ-карты все еще не были активированы и Вера связалась с оператором. Выяснилось, что данные карт и телефонные номера были разными, и женщину попросили прийти в представительство.

Поскольку Вера работала и большую часть времени проводила в Финляндии, до Elisa она дошла лишь в мае, когда приехала в Эстонию. В связи с приближающимся Днем матери консультант предложил Вере по выгодной цене подключиться к другому специальному пакету. В новом договоре было написано, это к этому пакету нельзя подключиться, если клиент пользуется семейным пакетом. Но Веру подключили. Ей сказали, что с заключением нового договора старый аннулируется.

Новым номером стала пользоваться дочь Веры. Сама Вера вообще решила отказаться от эстонских номеров. Заключенный в мае договор был прекращен, по ее данным, в сентябре того же года, когда дочь переехала в Австралию. Также Вера полагала, что таким образом все ее отношения с Elisa прекратились.

Но она заблуждалась. По мнению Elisa, Вера задолжала им за август, сентябрь и октябрь. Хотя последний счет Вера оплатила в сентябре, это был счет за июль. В ноябре Elisa решила выставить Вере итоговый счет на общую сумму чуть более 15 000 крон, то есть почти 1000 евро.

По пояснению фирмы, в счет вошла также стоимость приобретенного по льготной цене телефона, поскольку, согласно договору, СИМ-карта должна была находиться в использовании 18 месяцев. Та сама карта, которая после заключения договора на первый пакет не работала. Та самая карта, договор на которую был прекращен и которая позже была заменена на другую. Вера до сих пор не понимает, почему задолжала Elisa.

Через два года оператор передал долг инкассо-фире, которая в марте 2011 года обратилась в суд. К тому времени сумма увеличилась до 2000 евро. По данным суда, женщина получила все бумаги в июне 2012 года, но сама она утверждает, что это были пустые бланки, из которых ничего не было понятно.

Стоить отметить, что летом 2008 года на мотоцикле разбился бывший муж Веры, с которым они еще в браке построили в Виймси дом. После развода в 2007 году раздела имущества произведено не было, но имелось соглашение о том, что дом останется женщине.

Согласно крепостной книге, дом и принадлежит Вере, поскольку когда в конце 1990-х супруги приобретали землю, иностранцам (а ее муж был финном) землю в Эстонии покупать не разрешалось. После распределения наследства половина дома отошла двум сыновьям бывшего мужа от первого брака и литовке, с которой он поженился за четыре недели до смети. У дома стало четыре владельца.

Несмотря на наличие нотариально заверенных документов, данные о новых владельцах по какой-то причине в крепостную книгу занесены не были.

В январе 2015 года инкассо-фирма ходатайствовала через суд о выдаче общеевропейского разрешения, поскольку Вера к тому времени была занесена в регистр народонаселения Финляндии. В начале февраля суд удовлетворил ходатайство и к делу подключился судебный исполнитель.

Вера говорит, что ничего об этом не знала, а в ноябре 2015 года на пороге ее дома в Виймси появился молодой человек, представившийся оценщиком недвижимости. Он сказал, что прибыл по поручению судебного исполнителя Картин Веллет, сделал фотографии дома и испарился. Вера стала звонить исполнителю, но телефон весь день был занят.

Спустя две недели Вере позвонил сосед и сообщил, что судебный исполнитель выставил ее дом на принудительную продажу. ”Мой мозг отказывался что-либо понимать”, — описывает женщина свой шок.

Друзья Веры решили ей помочь и общими усилиями наскребли 5000 евро, но к тому времени долг вырос уже до 8000 евро. Вера пыталась поговорить с исполнителем, но безуспешно. ”Она не показывала никакого интереса, даже ни разу не оторвалась от компьютера. Nothing! ” — рассказывает женщина.

Вера обратилась в инкассо в надежде объяснить, что речь идет об ошибке. ”Обращайтесь в суд. Вы — должник, вы должны это понимать!”, — получила она в ответ.

Вера наняла адвоката и в конце 2015 года обратилась в суд, но потерпела фиаско.
По словам женщины, весной 2016 года она заплатила исполнителю еще несколько тысяч евро, но выяснилось, что и это суммы мало.

Судебные разбирательства обошлись женщине в еще несколько тысяч. Она просила адвокатское бюро составить график выплат, но получила лишь новое постановление суда. Оплатить долг она не смогла и начали ”капать” проценты.

В феврале этого года Веллет вновь выставила дом на продажу. Долг снова — более 8000 евро. Вера попросила составить график выплат, но исполнитель была непреклонна. Женщина опять заплатила сколько смогла (несколько тысяч), но и это опять не помогло.
В конце марта дом был окончательно продан за 157 500 евро.

Недавно Вера в очередной раз приехала в Эстонию. Поскольку официальные процессы еще до конца не доведены, дом пока все еще принадлежит ей. Женщина не понимает, почему судебный исполнитель ни о чем ей не сообщил и почему не мог начать с продажи движимого имущества (например, того, что находится в доме). По словам Веры, ей сказали, что это будет для судебного исполнителя слишком затратным. Также она не понимает, как на продажу был выставлен весь дом, когда ей принадлежит лишь половина.

Судебный исполнитель Катрин Веллет не согласна, что у Веры не было возможности предотвратить продажу дома, и говорит, что женщина могла оплатить долг до окончания торгов. ”Да, долг был уменьшен, но лишь частично”, — аргументировала исполнитель. По словам Веллет, иные возможности кредитору предоставлены не были, поскольку судебный исполнитель не является консультантом по долгам. ”Хотя мы консультируем тех людей, которые сами приходят и просят об этом, желая получить помощь”, — заявила она.

По словам Веллет, Вера — ”хронический должник”, который не способен вырваться из порочного круга своих обязательств. ”В отношении Веры Каллас-Мойланен в нашем бюро ведется несколько исполнительных производств”, — сообщила она.

Вера говорит, что сама всегда старалась помочь другим, например, вместе с мужем относила вещи бездомным, а теперь, когда ей самой нужна помощь, она не знает, где ее искать.

Что будет дальше, пока неясно. После продажи дома у Веры останется около 150 000 евро, но она не получит их прежде, чем освободит помещение. Однако, делать этого женщина не хочет и готова обратить в Европейский суд по правам человека.

По словам пресс-секретаря Палаты судебных исполнителей и банкротных управляющих Ристо Сеппа, если отсутствует иное имущество, исполнители имею право наложить требование на имущество вне зависимости от пропорций между стоимостью требования и имущества. ”В этом нет ничего криминального. Для исполнительного производства это совершенно нормально, что если у должника нет иного имущества, кроме недвижимости, то требование удовлетворяют за его счет”, — отметил Сепп. По его словам, недвижимость может уйти с молотка, даже если долг составляет всего сто евро.

”Если у человека нет денег, но есть недвижимость, то это не означает, что его долг можно списать в космос. Деньги нужно заплатить!” — подчеркнул он и добавил, что, если дом стоит 150 000 евро, а долг — всего сто, то остальная сумма возвращается должнику.

Специалист по связям с общественностью Elisa Таави Тедер сказал, что оператор оформил долг в связи с неоплаченными счетами. ”По нашим данным, в сентябре 2008 года клиент не заканчивал своего договора. Речь не может идти о человеческом факторе. По нашим данным, услугами сознательно продолжили пользоваться и в октябре. Если клиент прекратил договор, то почему не оплатил долг за август и использованные в сентябре услуги? Услугой пользовались и в октябре, и из-за долгов мы в начале октябре наложили на номера клиента ограничения”, — сообщил он.

Закладка
Поделиться
Комментарии