Поскольку медикаменты подорожали настолько, что страны Европы более не в состоянии их закупать, возник вопрос: правомерна ли сумма, запрашиваемая производителями? В Эстонии люди жертвуют деньги для больних раком, курс лечения которых — от 50 до 100 тысяч евро, а эффективность его — под вопросом. В 2016 году Больничная касса выделила нуждающимся на лекарства против рака 11,5 миллионов евро, в этом — уже 39,3 миллиона.

По словам Яанниса Натсиса из европейской организации ЕРНА, представляющей интересы пациентов, настолько высокие цены уже давно не могут быть обоснованы разговорами, мол, научная работа — дорогостоящая. Особенно с учетом того, что проценты прибыли производителей — двузначны, а на рекламу и маркетинг уходит столько же — или даже больше — чем на науку и развитие.

Мы попросили обосновать дороговизну медикаментов, и, прежде всего, лекарств от рака, у эстонских представителей международных производителей. Сначала они заняли позицию, что не стоит развивать данную тему в таком ключе, но после недели дискуссий от некоторых мы получили объяснения.

Одна из фирм, действующих в Эстонии и занимающаяся по большей части лекарствами от рака — Hoffmann-La Roche. Для покупки их лекарств собирает пожертвования Фонд борьбы с раком ”Подаренная жизнь”.

Их оборот в прошлом году составил в общей сложности 50,576 миллиардов швейцарских франков. На научную дейтельность и развитие предприятие потратило в предыдущем году 9,915 миллиардов швейцарских франков, на маркетинг и сеть поставок — почти столько же: 9,007 миллиарда.

Представитель Roche Eesti Кадри Мяги обосновала скачок цен временем, необходимым на их разработку.

”Как известно, для получения разрешения на продажу лекарства необходимо в общем 10-15 лет. В фазе открытия просеивается 5 000 — 10 000 молекул, чтобы найти потенциального кандидата для решения какой-либо медицинской проблемы. В этой фазе тесно сотрудничают с университетами, НИИ и фирмами, занимающимися биотехнологиями. Приблизительно на фазу открытия уходит 21% ценообразования препарата, и длится она от трех до шести лет. К сожалению, не все лекарства доходят от клинических испытаний до регистрации. Сложнее — развитие в сфере онкологии. Только 34% лекарств от рака, прошедших третью фазу исследований, доходят до регистрации”, — объяснила Мяги.

Читайте подробности в Eesti Päevaleht.

Закладка
Поделиться
Комментарии