”Человек, который это написал (Мадис Юрген из Eesti Ekspress. — Авт.), говорил со мной минуты 2,5 — не больше. То, что он написал, это полная чушь. Из чего он сделал свои выводы, мне достаточно сложно сказать, потому что то, что он подразумевает, и то, с чем я сотрудничаю, две абсолютно разные вещи”, — пояснил Барсегян Delfi.

”Одно дело — состоять в штате, иметь трудовой договор, а другое — когда тебе звонят с Радио ”Спутник”, мягко говоря, раз или два в месяц и просят подготовить какой-то материал, — продолжил он. — То есть штатным сотрудником я не являюсь, никакого трудового договора у меня нет”.

Барсегяну известно, что ныне существует единый холдинг Радио ”Спутник”-РИА Новости. Однако Радио ”Спутник” и то, о чем рассуждают в Эстонии, то есть мультмедийная структура под названием ”Спутник”, по его словам, не одно и то же. И когда кто-то у него интересовался последней, например, BNS, он списывался с Радио ”Спутник” в Москве и ”просил дать электронные адреса людей, которые занимаются вопросами создания того, чего так сильно боятся в Эстонии”. Так Барсегян передавал людям контакты референта Киселева.

”А вот эти хабы, о которых идет речь и которые созданы сейчас, по-моему, в Белоруссии и Сербии, предполагают создание собственной радиостанции на территории страны и собственного интернет-ресурса на территории страны, которые вещали и писали бы на языке страны. Поскольку ничего подобного в Эстонии не зарегистрировано, с этим вопросом, насколько я знаю, никто из Москвы не обращался ни в наше Министерство культуры, ни в любые другие разрешающие органы, то ведь и быть сотрудником несуществующей организации нельзя”, — отметил Барсегян.

Он повторил, что более-менее плотно сотрудничает (в качестве автора) именно с радиостанцией ”Спутник” с ноября прошлого года. Это радиостанция существует уже более 80 лет. ”Раньше она называлась иновещанием, позже — ”Голосом России”. Мне просто позвонили и спросили, не могу ли я сделать для них какой-то материал. Ну, почему не сделать? Есть ли еще авторы из Эстонии? Скорее всего, нет”.

Материалы заказывает московская редакция. А такой заголовок текста за авторством Владимира Барсегяна, как ”Молодежь Эстонии уважает свободу слова. И нацизм”, — не пропаганда? ”Это не мой заголовок, это уже московская редакция поставила”, — ответил журналист. Он, дескать, понимает, что ”молодежь Эстонии” — понятие растяжимое.

С тем, что занимается на ”Спутнике” литературной компиляцией, Барсегян не согласился. ”Это не совсем так. Естественно, я тоже связываюсь с людьми, просто бывают одинаковые ответы”, — объяснил он.

Гонорары хорошие в Москве платят? ”Разные. Это не то, о чем многие мечтают в каких-то невероятных вожделениях. Совершенно не астрономические суммы и цифры. Вполне сопоставимо с тем, что получают люди в Эстонии. Думаю, даже меньше”.

Повторив, что к мультимедийному проекту ”Спутник” абсолютно никакого отношения не имеет, Барсегян не смог ничего рассказать по поводу того, почему структуры называются одинаково. ”Это не ко мне. Радио ”Спутник” вообще не ориентировано на Эстонию. Я сотрудничаю конкретно с русской редакцией, которая вещает для русских людей, живущих во всем мире. Концепция такого вещания не менялась уже почти в течение века”.

Быть может, было бы меньше путаницы и слухов, если бы москвичи откликались на многочисленные просьбы журналистов из Эстонии и проясняли ситуацию вокруг мульмедийного проекта ”Спутник”, а то ведь упорно молчат. ”Это, безусловно, неправильно, думаю, они должны отвечать на все вопросы”, — считает Барсегян.

О штатной работе на мультимедийном ”Спутнике” с ним, утверждает, никто не беседовал. ”На Радио ”Спутник” мне ответили, что это весьма гипотетическая возможность, что они не знают пока. Будет ли этот проект осуществлен, это вилами по воде писано. Лично я отношусь к этому чрезвычайно скептически. Каким образом можно основать средство массовой информации в стране, где заранее по поводу одной только вероятности его создания — такая негативная реакция? Нецелесообразно даже пытаться это делать. Подозреваю, что и зарегистрировать никто не даст. Впрочем, со мной на эту тему не консультируются, и я знаю об этом проекте, пожалуй, столько же, сколько и вы”, — подытожил Барсегян.