В июне 2011 года молодой городской чиновник соцдем Ивар Онксион обнаружил, что может со своего компьютера читать переписку своего однопартийца Ханнеса Румма — тогдашнего депутата Таллиннского горсобрания, осенью 2011 года начавшего подготовку президента Тоомаса Хендрика Илвьеса к победе на выборах. Ныне Румм занимает пост руководителя Эстонского отделения Еврокомиссии. Онксион позвонил генсеку центристов Прийту Тообалу и депутату Рийгикогу Лаури Лаази и сообщил о том, какое оружие попало к нему в руки.

Но приоритетом центристов якобы была не информация, касающаяся президентской гонки, а сохранение единоличной власти в Таллинне. Они не хотели допустить повторения ситуации 2004 года, когда небольшой перевес в голосах помог противникам ”протащить” вотум недоверия и сместить Сависаара с трона.

Так молодой и амбициозный Онксион стал шпионом центристов в стане соцдемов. Это вся доступная к нынешнему моменту информация о том, что привело к уголовному делу, которое стоило Тообалу и Лаази депутатской неприкосновенности, которой их лишили в марте этого года.

Информация, до сих пор недоступная общественности, стала известна газете Eesti Päevaleht благодаря оказавшимся в распоряжении редакции запросам государственного генпрокурора Нормана Ааса, в которых он предлагает канцлеру права Индреку Тедеру лишить Лаази и Тообала депутатской неприкосновенности. На основании собранных улик, генпрокурор утверждает, что похищение писем Румма не было только работой Онксиона, как он заявил, когда скандал разгорелся.

Следователи КаПо выявили, что 455 страниц с распечатанными электронными письмами из почтового ящика Румма, которые они обнаружили в конторе Центристской партии во время обыска в январе 2012 года, не попали туда случайно. А именно — Онксион неоднократно обсуждал тему писем с Тообалом и Лаази.

Выясняется, что Тообал еще в апреле 2011 года склонял Онксиона к тому, чтобы молодой человек собирал информацию о том, что связано с темой объявления вотума недоверия Сависаару, с денежными делами соцдемов и отношениями между членами партии. Онксион согласился передавать информацию центристам.

Данные, полученные в ходе следствия, говорят о том, что Ханнес Румм активно пользовался своим электронным почтовым ящиком, хорошо делал свою ”работу” и Онксион, потому что к центристам поступали даже самые свежие письма Румма.

Так, например, было одно письмо, которое Румму отправили 30 июня 2011 года. Онксион распечатал его, отсканировал и отправил на электронный рийгикогуский адрес Лаази. По какой-то причине Лаази посчитал письмо настолько важным, что около полуночи отправил его дальше — Эдгару Сависаару.

Eesti Päevaleht спросил у Лаази, помнит ли он, что было в том письме, но он не смог вспомнить. Он заверил, что даже если отправил что-то Сависаару, то точно не читал писем Румма.

При этом два года назад, когда скандал разгорелся, на пресс-конференции Сависаар сказал, что знал о содержании писем Румма, а обзор содержания переписки делал для него Тообал. Тогда Сависаар сказал: ”Мне Тообал рассказал о содержании этой пачки, и я похвалил его за то, что он принял решение о том, что их (письма — прим. ред.) нет смысла публиковать в газете, как какие-то материалы Wikileaks”.

Ни Сависаар, ни Тообал, ни Онксион не ответили на вопросы Eesti Päevaleht, поэтому на данный момент неясно — зачем центристам нужны были эти письма.

Стоит отметить, что в период, когда переписка была украдена, Румм находился в летнем отпуске, новое заседание горсобрания должно было начаться через два месяца. Поэтому, предположительно, переписка не была рабочей, но могла быть связана с партийными делами. К тому же, в тот период новым генсеком соцдемов стал Индрек Саар.