Судья Меэли Каур пришла к выводу, что ”в процессе отбора истец не был дискриминирован по признакам национальности и возраста”.

Юрист Мстислав Русаков, представитель Середенко, считает решение суда поверхностным и противоречащим ранее сложившейся практике рассмотрения трудовых споров. Вместе с тем Русаков отметил, что речь идет о прецедентном процессе, а по уже сложившейся традиции выносить прецедентные решения судам первой инстанции — ”не по чину”.

”Прежде всего я хочу отметить, что этот процесс — не личное дело Сергея Середенко, а прецедентный процесс, — заявил Русаков. — В этом деле нас интересовало создание сразу нескольких прецедентов. Во-первых, установление самого факта дискриминации. Во-вторых, решение вопроса о том, вправе ли работодатель уклоняться от расследования дискриминации, прикрываясь необходимостью защиты личных данных. В-третьих, установить хоть какие-то правила переговоров о приеме на работу, потому что зачастую работодатели просто не отвечают на присланные им заявления и русским соискателям остается только гадать о том, почему работу, для которой они идеально подходят, получает в итоге молодой эстонец”.

По словам Русакова, ни одна из этих задач пока не решена, а после прочтения решения уездного суда остается впечатление, что Середенко сам наделал ошибок, работодатель же вел себя безукоризненно.

”Суд решил, что ”ответчик при выборе руководителя проекта не нарушил принципа равного обращения, требования, предъявляемые к кандидатам, были ясными, а процесс выбора — прозрачным”, но при этом в деле нет ни одного доказательства того, что какой-то отбор вообще имел место. Каждому заявлению ответчика суд верит на слово, а в отношении Середенко решил, что ”его отличное знание английского языка не доказывают ни свидетельство об окончании средней школы, ни дипломы о высшем образовании, ни свидетельство об окончании курсов”. Интересно, а чем, по мнению суда, можно доказать свое знание английского — справкой от английской королевы?” — возмутился юрист.

Суть дела такова, что год назад Сергей Середенко участвовал в конкурсе на замещение вакансии руководителя проекта в НКО ”Эстония без коррупции” — эстонского отделения Transparency International. Тогда коллега Мстислава Русакова получил ответ, что Середенко ”был сильным кандидатом и удовлетворял всем требованиям”, а через год вдруг перестал удовлетворять требованиям в части знания английского языка.

Подозрения в дискриминации возникли тогда, когда выяснилось, что место получил молодой эстонец без профильного образования. По мнению пресс-секретаря московского офиса Transparency International Андрея Звирблиса, Середенко не взяли на работу из-за его ”избыточной квалификации”.

Закладка
Поделиться
Комментарии