В только что вышедшей книге Олега Самороднего ”Бремя полуверок. Особенности русской политики в Эстонии” этому очень известному в 90-е годы, можно даже сказать, харизматичному политику, отцу-основателю Представительной ассамблеи русскоязычной общины Эстонии посвящено немало страниц.

Книжку составляют в основном цитаты из публикаций в СМИ, одна такая открывает и главу ”Крах русских партий” — в декабре 1999 года Юганцов дал прогноз: ”Национальная карта перестанет играть, и к 2005 году старые русские партии, которые усиленно разыгрывали эту карту, исчезнут. Им на смену придет одна русская партия, причем с четко выраженной правой идеологией”.

Delfi поинтересовался у Николая Александровича, верит ли он сегодня в появление в нашей стране такой русской партии? ”Хотелось бы верить, — ответил он. — Но сейчас люди заморочили себе головы тем, что технический прогресс якобы отменяет многие философские принципы. Занимаясь хай-теком, высшей математикой, они начинают напрочь забывать букварь и арифметику. А ведь, например, та же парламентская деятельность дальше арифметики и не движется: сумма или разница — в голосах”.

По словам Николая Юганцова, в начале 90-х все в русской политике в Эстонии было задумано правильно: ”Некий германский вариант времен правой партии Штрауса, которая была маленькой гирькой в большой игре. Никто у нас тогда не ставил задачу участвовать в делении бюджета, еще в чем-то таком. Нужно было просто шаг за шагом эстонскими же партиями, торговлей за голоса в парламенте, а не криками с трибун, решать свои вопросы.

У нас все было для того, чтобы стать такой гирькой в эстонской политике (даже шесть русских депутатов в Рийгикогу), но, к сожалению, не оказалось тех, кто смогли бы это реализовать. Те депутаты тоже не потянули, понятно, что горы они свернуть не могли, но ведь и работы не было совершенно. В результате избиратель разочаровался в таких русских политиках. А русская карта и сейчас разыгрывается — только без нас, без участия русских партий”.

Как отметил Юганцов, государство не даст ничего ни русским, ни эстонцам, ”потому что оно уже отделилось от народа и существует как отдельная субстанция”. Но что дает основания для веры в новую русскую правую политическую силу? ”Во-первых, мне кажется, грядет переломный момент в сознании эстонцев, когда они немного переосмыслят ситуацию в стране, — пояснил Юганцов. — Подпитка для националистических идей о русской угрозе и т.п. совершенно исчезла, любому хуторянину понятно, что все это полная ерунда. Во-вторых, произошла дискредитация такой изначально хорошей партии, как Партия реформ. Во времена Калласа я был на их стороне, они вели правоцентристскую политику, и все было хорошо. А потом они стали действительно какие-то…”

По Юганцову, ”маленькая гирька”, которой могла бы стать русская партия, никуда не исчезла: ”Электорат-то есть, есть на что опираться, и это не какие-то там 3-5 процентов населения. Партия должна быть одна, сформированная на одном принципе — опоры на собственные силы. Но повторяю, делать серьезную политику в Эстонии сейчас не с кем. Я и сам-то ушел из политики поэтому”.