Недавно была 350-летняя годовщина со дня рождения Петра Первого. У нас появилась новая концепция истории под это дело?

Мне кажется, это - не самое важное, что сейчас было. Уже давно мы видим, как Владимир Путин использует свои какие-то исторические представления или факты для поддержки или оправдания своих базисных решений в области геополитики. Поэтому Петр, как мне кажется, был информационным поводом для того, чтобы впервые объявить о целях этой войны, которая ведется на территории Украины. А дискуссия про Петра и про то, была ли эта территория или не была [исконно русской], никакого отношения к исторической науке не имеет. Это имеет отношение к ныне текущей политике. А в политике этой была сказана фраза „мы возвращаем то, что нам принадлежало“. И уже нет никакой речи о денацификации, демилитаризации, защите населения Донбасса, химических и биологических лабораториях, придвижении границ НАТО. Есть очень четкая задача, которую сформулировал президент на встрече. Когда речь шла о Северной войне, он сказал: „Петр тогда возвращал земли, мы сейчас занимаемся тем же самым“. Я на этом бы закончил анализ его речи. Напомню, что после взятия Нарвы через два года был несчастный прусский поход. Северная война на самом деле штука не такая линейная. А то, что он говорит про возвращение территорий - это отношение его к той настоящей цели, которую он на более чем сотом дне озвучил.

Также после того, как он несколько раз упомянул Нарву, российский посол был вызван в эстонский МИД, где ему было сделано представление. Я посмотрел население Нарвы за прошлый год - там 87 процентов людей, которые называют себя русскими, 5,6 процентов эстонцев. Но есть и другая раскладка - граждан Эстонии там проживает 48 процентов, а граждан России - 36 процентов. Понятно, почему заволновались эстонские политики. То есть, фраза Путина про Нарву и заход, что „мы возвращаем то, что нам принадлежало“, это не просто поток сознания. В этом случае Путин всегда хорошо понимает, какие сигналы он дает.

Но для того, чтобы „вернуть“ Нарву, нужно влезть в НАТО.

Как кто-то недавно сказал: „Ты пока себе Северодонецк забери, прежде чем все остальное“. Нужно разделять видение (то, что было „нашим“ когда-то, должно вернуться), цели (каким образом это сделать) и возможности их достижения - здесь я бы сказал „легче Финляндию, чем Эстонию“.

Закладка
Поделиться
Комментарии