Продают ли в Эстонии "левый" товар под маркой известных брендов?

 (10)

"МК-Эстония" предприняла рейд по столичным бутикам и опросила специалистов, чтобы узнать, где у нас есть риск купить подделки, которые обычно называют фейками, от английского fake — поддельный, фальшивый.

В Таллинне разгула фейков, подобно московскому, нет. И самых подделываемых в мире марок — Louis Vuitton, Gucci, Dolce&Gabbana, Prada, Chanel — тоже. На рынках и в небольших боксах немногих торговых центров (один такой работает в WW Passaaz), иногда в комиссионках продают майки, джинсы, кошельки, сумки и ремни с логотипами популярных брендов или с похожими логотипами. Рыночные торговцы сказали, что подделками давно не торгуют, потому что за подобную торговлю могут получить большой штраф, а кому оно надо? Выход один — торговать похожим на фирменный товар. Смотришь — вроде известный логотип, а всмотришься — не "Гуччи" и не "Луи Виттон". В боксе WW Passaaz продавец ответила мне так: "Хозяйка привозит с выставки в Китае, мы продаем". Речь шла о кошельках с логотипом Gucci.

Кто лучше самих продавцов, директоров бутиков и их владельцев расскажет о происхождении товара? Конечно, их собраться по цеху. Наш опрос с обещанием анонимности показал, что в торговле фейками, выдавая их за подлинники, подозреваются таллиннские Аlеksander Boutique и Don&Donna.

Александр Аваков, владелец первого "подозреваемого", спокойно отреагировал на вопрос о подделках: "Я уже 15 лет на рынке. Вчера у меня клиент купил товара на 147 000 крон. Как ты думаешь, он разбирается, где оригинал, а где подделка?"

Аваков добавил, что в ситуации, когда товар итальянского бренда произведен в Китае или Турции, виновата глобализация. "Я сам практически не вылезаю из Италии, разыскивая вещи с надписью Made in Italy, коих в самой Италии очень мало. Но клиенты хотят сделанного именно в Италии", — поделился своими профессиональными закупочными секретами хозяин бутика.

Захожу в бутик Don&Donna. Нахожу блузку и пальто с лейблами R.E.D. Valentino. Обращаюсь к единственному человеку на территории бутика с вопросом: "Это оригинал?" Женщина (бейджика с именем у нее не было), явно оскорбленная вопросом, эмоционально рассказывает, что весь фирменный товар закупается непосредственно у фирм-производителей, что лично она занимается закупками и дважды выражает готовность продемонстрировать бумаги. Сетует на то, что одежда уже как второй год висит на вешалке, хотя цена снижена до предельного минимума, но наши люди все равно не принимают таких цен, поэтому товар раскупается в основном иностранцами, например, норвежцами.

Национальность любителей дорогих брендов меня смущает, но это дело десятое. Женщина в бутике намекает мне, что непорядочно ходить по магазинам коллег и узнавать насчет подделок. Тут я признаюсь, что не имею никакого отношения к торговле, а всего лишь журналистка. Тут все и начинается: "А зачем? Я не хочу. Я вообще не имею права ничего говорить. Обращайтесь к хозяйке. Ее сейчас нет, когда приедет, говорите с ней, может, она сочтет нужным показать вам бумаги".

Владелец бутика Fashion Palace, являющегося официальным представителем в Эстонии нескольких известных брендов, Йоханнес Виенчес утверждает, что в Таллинне много магазинов, торгующих подделками, но называть их он не станет. "Стоковые вещи вообще сложно контролировать, — говорит бизнесмен, — потому что там продаются вещи из старых коллекций. Заказ свежей коллекции — это заказ минимум на десятки тысяч евро".

Таллиннский универмаг и Stockmann, и Винчес это знает, торгуют исключительно оригинальными вещами. "Репутация для таких торговых сетей стоит на первом месте, — говорит Йоханнес. — Они не станут рисковать, иначе их бизнес разрушится, поэтому Boss, Armani, Moschino, Burberry там подлинные". Тем более что есть и специальные службы, в обязанность которых входит отслеживать подделки, которые выдаются за оригинал, в торговых точках во всех странах мира. И проштрафившемуся пощады не будет.

Йоханнес, долго работавший на многие модные дома Европы и Америки добавил, что во время его работы на Armani в Германии десятки людей звонили ежедневно и спрашивали, оригинальные ли вещи они продают. И в таких вопросах, по его мнению, нет ничего предосудительного.