Она стояла в одном халате в холодном подвале мариупольского театра, покрытая белой пылью от осыпавшейся после взрыва штукатурки. Муж уговаривал ее идти и умолял не смотреть по сторонам.

Но Оксана Сёмина ничего не могла с собой поделать — и смотрела. И по сей день жалеет, что видела все это. Повсюду лежали тела, в том числе и погибших детей. У главного выхода на полу неподвижно лежала маленькая девочка.

Чтобы выбраться из здания, которое больше недели служило главным бомбоубежищем украинского города, Сёминой пришлось переступать через погибших. Кричали раненые. Кричали те, кто пытался найти своих близких. Сёмина, ее муж и еще около тридцати человек без оглядки бежали к морю почти восемь километров. Руины театра остались позади.

"Все люди до сих пор находятся там под обломками, потому что обломки все еще там — никто их не разбирает, — со слезами говорит Оксана. — Это одна большая братская могила".

Закладка
Поделиться
Комментарии