И вот уже прошло 30 лет со дня восстановления независимости Эстонии, но ситуация мало изменилась, и русские с эстонцами по-прежнему живут в параллельных мирах, каждый в своём языковом, культурном и политическом пространстве. Хорошо это или плохо? Конечно, плохо, потому что развитие экономики инновационного типа требует сокращения издержек на формирование атмосферы взаимопонимания и доверия, что служит смазкой для мотора человеческих отношений и двигателя прогресса. На гармонизацию отношений между русскими и эстонцами тратятся гигантские ресурсы, что для маленькой Эстонии — непозволительная роскошь. А результат минимальный. По-прежнему когда эстонцы говорят об интеграции, русские слышат слово ”ассимиляция”. По-прежнему любая попытка перевести русские школы на эстонский язык обучения воспринимается как покушение на русскую идентичность. По-прежнему когда одни празднуют День победы, другие скорбят о жертвах советской оккупации и депортации.

Но вот интересный вопрос: а есть ли в самом обществе запрос на формирование более тесных связей между русскими и эстонцами с перспективой создания единого народа, населяющего Эстонию? Я уже восьмой год наблюдаю жизнь Эстонии изнутри и могу сказать, что запрос этот очень слабый. И я думаю, что дело здесь не только в желании русских жить в Эстонии, но по своим правилам, которые написаны в России. Эстонцы, как мне представляется, тоже не особо заинтересованы в усилении интеграции с русскими. Да, конечно, эстонские политики постоянно клянутся в том, что хотят для русских только блага и мечтают, когда местные русские выучат эстонский язык, получат эстонское гражданство и перестанут обвинять правительство в дискриминации прав русскоязычного населения страны. Однако эти правильные лозунги остаются во многом словами, скрывающими отсутствие реальных дел. Я бы назвал призывы политиков имитацией бурной деятельности на почве интеграции.

Ведь совершенно понятно, что перевод русских школ на эстонский язык обучения не решит всех проблем. Да и срок, который отводится на этот перевод, слишком большой. Если Эстонское государство реально заинтересовано в интеграции русскоязычного сообщества в общегосударственный контекст, эту работу нужно было начинать уже вчера. И начинать не с перевода школ на эстонский язык обучения — хотя это правильный ход, но с введения единых стандартов преподавания гуманитарных и общественных дисциплин в школах Эстонии. Пока русские и эстонские дети изучают разную историю, у них будет разное прошлое, разделённое настоящее и не будет общего будущего.

Идеологические влияние Кремля на русские школы Эстонии очевидно и бесспорно. Инструмент влияния — российские информационные каналы и различные проекты по работе с молодёжью, которые курирует посольство России в Таллинне и организации, связанные с Конгрессом российских соотечественников, проживающих за рубежом. Под прикрытием различных культурных мероприятий, например, проведение дней памяти русского святого Александра Невского, пропагандируются милитаристские ценности России и превосходство России над соседними странами. Ангажированная пророссийскими активистами русскоязычная молодёжь Эстонии, воспитанная в духе преданности России, используется потом для участия в различных акциях и в борьбе с противниками путинского режима. Я сам был очевидцем, как группа русской молодёжи из ”Ночного дозора” пыталась сорвать митинги в поддержку Алексея Навального в Таллинне. А за их спинами прятались взрослые кураторы.

Русские лицеисты ничего не знают об истории гимназического движения в Эстонии и не знают о вкладе гимназистов Таллинна в Освободительную войну. Они вряд ли слышали о том, что случилось в казармах Тонди в декабре 1924 г. Но зато они ездят приносить клятву лицеиста в Царскосельский лицей под Санкт-Петербургом. Да, безусловно, это место, где учился Пушкин, свято для каждого русского человека. Хотя эту клятву можно также принести и у здания Таллиннской реальной гимназии, у памятника погибшим в годы Освободительной войны ученикам и учителям. Однако организаторы патриотических мероприятий Дней воинской славы России в Эстонии объясняют русскоязычным гимназистам, что никакой Освободительной войны вовсе не было, её придумал Март Лаар, который назвал ”войной” нападение эстонских крестьян на немецкий обоз. И пока пророссийские активисты занимаются идеологической работой среди русской молодёжи Эстонии, эстонские политики смущённо молчат. Ведь Эстония — либеральная страна, поэтому каждый имеет право высказывать собственное мнение! У меня вопрос этим стеснительным политикам: а когда из воспитанных в духе преданности России детей вырастают участники погромов и шпионы, типа Метсаваса, это просто издержки либерализма? Ведь на самом деле внутри эстонского общества происходит формирование групп, враждебных по отношению к ценностям свободы, правам человека и демократии. Конечно, не в каждой русской школе складывается такая драматическая ситуация. Но в каждой может найтись последователь идей, подрывающих независимость Эстонии.

У меня много мыслей, как исправить ситуацию и помочь русскоязычной молодёжи приобщиться к ценностям Эстонского государства. И одна из них: обязательное преподавание курса ”Национальная безопасность” во всех русских школах страны, начиная с 1 класса. Это можно сделать интересным и увлекательным учебным предметом, когда дети знакомятся с опасностями, которые могут угрожать им лично или целой стране, и учатся справляться с критическими ситуациями. К сожалению, современный мир полон самых разнообразных угроз, даже интернет или коронавирус могут стать оружием гибридной войны. Знать и понимать характер этих угроз — значит, быть готовыми их отразить. Культурное и языковое многообразие общества — это не препятствие для его единства, если есть общая цель и общие задачи по защите страны и её будущего. Параллельные миры должны стать одним целым миром.