Какую административно-территориальную единицу вы возглавляете?

У нас проходит реформа децентрализации власти. На первом этапе были созданы объединенные громады (территориальная единица, введенная в рамках административно-территориальной реформы, — прим.). Сейчас идет второй этап — это укрупнение районов. До Нового года здесь, на линии разграничения, был Попаснянский район, сегодня он вошел в состав Северодонецкого, в нем находится шесть громад. И уникальность этого района в том, что все шесть громад — это городские громады. На сегодняшний день я возглавляю Северодонецкую районную государственную администрацию.

Какие проблемы, помимо войны, еще есть в вашем регионе?

Основная проблема — это занятость и создание новых рабочих мест. Не хватает определенных кадров. Высокий уровень безработицы, нам сложно найти медиков и педагогов. Есть проблемы экологического характера, связанные с шахтами, есть вопросы задолженности по зарплате на наших угольных предприятиях. Никто не отменял пандемию, вирус распространяется. Мы на очередной волне ухудшения этой ситуации. В целом ситуация сложная, как и во всей стране. Определенный пласт проблем все же связан с вооруженным конфликтом, войной с Россией.

Какая обстановка на фронте сейчас?

Главные вопросы связаны с взаимодействием подразделений вооруженных сил Украины, которые несут службу здесь, на линии разграничения. В последнее время зафиксированы случаи повреждений в населенных пунктах, пострадали дома местных жителей. Но, как правило, бои идут за границами населенных пунктов. После разведения войск в районе КПВВ (контрольный пункт въезда — выезда, — прим.) ”Золотое” ситуация накаляется. Также перестрелки фиксируются в районах Троицкого и Новозвановки.

Roman Vlassenko

С чем связано обострение ситуации?

Скорее всего, с геополитическими моментами — тот же самый визит президента [Владимира Зеленского] в США. У нас есть знаковые даты: День независимости, 9 мая — это такие, чувствительные моменты, они, как правило, сопровождаются обострением ситуации на фронте.

Как вы оцениваете работу Киева по предотвращению военных действий?

Это, конечно, очень сложный вопрос. Я и не хочу, и не буду давать какую-то оценку. У нас есть общепринятые принципы — те же Минские соглашения. У нас есть договоренности по линии разграничения — отведение войск. Я думаю, что украинская сторона соблюдает все эти нюансы, мы готовы к реинтеграционным вопросам. Возвращаясь, например, к вопросам КПВВ, — в "Золотом" и "Счастье" они готовы к открытию, но та сторона все блокирует. Я думаю, украинская сторона делает максимум для уменьшения военного напряжения, продолжается решение реинтеграционных проблем и вопросов.

Какой плюс от открытия КПВВ?

Это возможные экономические улучшения в тех громадах, где они находятся. Это непосредственно в Счастье, в Золотом, в Горске. У нас в Луганской области нет автомобильного КПВВ станицы. "Золотое" подразумевает автомобильный [контрольный пункт] и "Счастье", по-моему, тоже автомобильный. В логистическом плане это может облегчить ситуацию.

Не дай Бог, если ситуация вновь обострится и боевые действия вспыхнут здесь, в городах, — на этот случай у вас есть план действий?

В 2014 году я это все пережил. Я был главой Попаснянской администрации. Самая горячая пора была зимой 2015 года, когда проходила дебальцевская кампания. В городе, где раньше было 15 тысяч человек населения, осталось 2–3, то есть город был практически пустой. Каждый день обстрелы, утром планерка, вечером подведение итогов. И каждый день все по новой. Определенный опыт работы в такой ситуации есть. В принципе, мы понимаем, что нужно делать, есть инструментарий ТБНС (комиссия по вопросам техногенно-экологической безопасности и чрезвычайных ситуаций, — прим.). Надеемся, что ужесточения не будет. Если будет, то начнем действовать в соответствии с опытом и законодательством, нашими нормативными документами.

Roman Vlassenko

Расскажите подробнее, что здесь происходило в 2014-2015 годах.

В 2014 году Попасную и города-сателлиты Золотое, Тошковка, Новотошковка освободили, а город Первомайск остался на оккупированной территории. Надо было присоединять эти территории к Попаснянскому району, подключать жителей к пенсионному и социальному обеспечению. Нам пришлось забирать сеть бюджетных учреждений — школы, садики, клубы. То есть, всю эту инфраструктуру по-новой подключать к финансированию. В октябре–ноябре 2015 года у нас уже была налажена работа на этих территориях.

Декабрь, январь, февраль — это было самое горячее время, когда началась дебальцевская кампания, плюс пророссийские боевики пытались захватить Попасную. Все-таки им был интересен наш город — велись обстрелы танками, "Градами" и минометами. За это время погибло порядка 50 мирных жителей только в городе Попасная. Я уже не говорю о Троицке, о сельской местности, Горском, Золотом-4, Новотошковке и так далее.

Из этих населенных пунктов выехало около 50% населения. Мы организовывали системный выезд из Попасной на вокзал в Лисичанск. Поезда до Попасной ходить перестали, ближайший действующий железнодорожный вокзал был в Лисичанске. Мы раз в день, иногда два раза в день, отправляли в Лисичанск школьный автобус, чтобы просто вывозить людей.

Пришлось один раз организовывать эвакуацию людей из Троицкого — это тоже прямо на передовой. С ними практически не было связи, люди жили в подвалах несколько месяцев. Некоторых местных жителей расселяли по социальным объектам, потом всех желающих отправляли в Лисичанск.

Было время, когда здесь на улицах собак было больше, чем людей. Возили гуманитарку, постоянно приходилось стеклить окна в домах, менять кровли на жилых квартирных домах.

В каком-то смысле нам повезло с коммунальными службами. На месте оставались руководитель водоканала, газовики, энергетики. Нам удалось собрать команду людей, которые занимались восстановительными работами.

Особенно сложный период был до февраля, когда велись переговоры по Минским соглашениям. Они все-таки взяли Дебальцево, но эта тема закрылась. Где-то в середине марта мы запустили школы, садики, больницы. Люди начали потихоньку возвращаться. На сегодняшний момент в городе уже тысяч 10 населения.

В принципе, у нас уже восстановлена вся социальная инфраструктура, весь многоквартирный жилой фонд. Остались проблемы только по частному сектору — много брошенных домов. Мы не восстанавливали те дома, в которых люди не живут либо не вернулись.

На каких предприятиях заняты местные жители?

Если говорить про Попаснянскую громаду, то это город железнодорожников. У нас есть вагоноремонтный завод. В лучшие времена там было занято до 2000 людей, сейчас отрасль переживает не самые лучшие времена, у нас там где-то 600 человек работает. Около 3000 людей задействовано в железнодорожном транспорте.

Есть хлебокомбинат, швейный цех на 30–50 человек. А в основном, это малый и средний бизнес, школы, садики, больницы, плюс сельское хозяйство. Теперь же у нас громада в себя включает и Троицкое, и Комышеваху, и Врубовку. Это сельская местность, поэтому можно добавить еще и сельское хозяйство. Если взять старый район, плюс Золотое, то это шахты, там тоже было порядка 3000 человек. Лисичанск, Рубежное — это химпредприятия.

Какая средняя зарплата у людей в вашем регионе?

Попасная всегда отличалась высокой зарплатой, потому что шахтеры и железнодорожники всегда получали хорошую зарплату. Я боюсь ошибиться, но, я думаю, что в районе 10 тысяч гривен (325 евро). Плюс минус.

Roman Vlassenko

Как думаете, когда закончится война?

Думаю, что в данной ситуации центр принятия решения находится за пределами Украины. Победить в войне либо в каких-то дипломатических вопросах можно за 2–3 недели, если у временно оккупированных территорий не будет поддержки Российской Федерации. Как только поддержка Российской Федерации прекратится — это все закончится уже в течение недели, двух–трех. Я думаю, людям на той территории особо нет смысла бояться, если они не брали в руки оружие. Было много пропаганды в отношении тех городов, в которых Украина вернула свою власть, что там идут репрессии и так далее. Но уже доказано, что этого не происходит.

Готовятся определенные программы — закон о реинтеграции тех территорий, закон о переходном периоде. Мы готовы к реинтеграции в любом виде. Очень бы облегчило ситуацию, если бы та сторона, которая стоит за боевиками, эту всю поддержку прекратила.

Если ныне неподконтрольные территории удалось бы вернуть, то как бы вы поступили с жителями так называемых ДНР и ЛНР, которые получили российские паспорта?

Это сложная ситуация. Но я думаю, что Украина могла бы тоже пойти этим путем, и тем людям, которые готовы покинуть неконтролируемую территорию, можно было бы дать возможность получить украинское гражданство в облегченной форме. Мы понимаем, что там выросло уже целое поколение молодежи, которое и не знает, что такое Украина, они и не жили при Украине в осознанном возрасте. Но тем не менее, у нас работают вузы, есть желающие сюда переезжать, думаю, с такими людьми можно работать.

Что касается людей, которые получили российский паспорт, опять же, есть определенные процедуры, которые дают возможность от него отказаться. Когда в очереди проблем, с которыми мы сталкиваемся, это по актуальности будет вопрос номер один, думаю, будет возможность его решить.

У нас в Украине не признается двойное гражданство, но тем не менее некоторым людям не составляет проблемы иметь несколько паспортов. Почему люди на оккупированной территории должны быть ущемлены в этом отношении?

Поездка на линию разграничения, финансируемая Министерством иностранных дел Эстонии и программой США US Development Cooperation Partnership, организована MTÜ Mondo в сотрудничестве с ”Восток SOS”.