Ежегодно в преддверии Масленицы появляется множество публикаций, рассказывающих о ”настоящем” происхождении всем известной поговорки. Основной тезис таких текстов одинаков: нужно говорить не ”ко́мом”, а ”кома́м” — так в старину называли медведей, у которых как раз во время Масленицы заканчивалась спячка, а наши предки подкармливали животных блинами. Отсюда же якобы и ”исконное” название праздника — Комоедица. Некоторые даже делают из этого заключение, что слова ”кома” и ”коматозный” также происходят от старого русского слова со значением ”медведь”. Иногда авторы подобных публикаций также утверждают, что до нас поговорка дошла в сокращённом виде: полностью она якобы звучит как ”первый блин комам, второй знакомым, третий дальней родне, а четвёртый мне”. Тексты такого содержания особенно любят издания в регионах, например в Ростовской, Пензенской и Томской областях, а также на Ямале. Аналогичные разъяснения можно встретить на сайте сети книжных магазинов ”Читай-город” и компании Bonduelle.

Для начала нужно разобраться, действительно ли в старину поговорка ”первый блин комом” писалась иначе и, следовательно, могла иметь иное значение. Один из самых известных дореволюционных сборников пословиц и поговорок составил Владимир Даль, автор знаменитого словаря. В изданном в 1862 году труде ”Пословицы русского народа” он приводит такую формулировку: ”Первый блин, да комом”. В похожей форме это выражение использовали и ранее: например, Пушкин в письме Вяземскому в 1831 году сообщал: ”Яковлев издаёт к масленице альманах "Блин". Жаль, если первый блин его будет комом”. Как видим, вот уже как минимум 200 лет с медведями фраза никак не связана. Впрочем, якобы ”полная” версия поговорки и того моложе — впервые эти слова прозвучали в песне из фильме ”Вот моя деревня” 1972 года. Ни с Масленицей, ни с медведями слова этой композиции никак не связаны.

Впрочем, Масленица — праздник старинный, и горизонта в два столетия вряд ли хватит, чтобы разубедить сторонников этого лингвистического предположения. Обратимся к аргументу о том, что пробуждающийся из спячки медведь (ком) дал уже забытое название Масленицы — Комоедица. Об этом празднике сообщал в начале XX века этнограф и фольклорист Павел Шейн. В труде о жизни белорусов он со ссылкой на священника Симеона Нечаева рассказывает о необычной традиции в одном из районов Борисовского уезда: ”Праздник этот всегда бывает накануне Благовещения Пресвятой Богородицы и посвящён в честь медведя. В этот день приготавливаются особые кушанья, именно: на первое блюдо приготавливается сушёный репник в знак того, что медведь питается по преимуществу растительною пищею, травами; на второе блюдо подаётся овсяный кисель, потому что медведь любит овёс; третье блюдо состоит из гороховых комов, отчего и самый день получил название "комоедица". После обеда все — стар и мал — ложатся, не спят, а поминутно самым медленным способом перекатываются с бока на бок, как можно стараясь приноровиться к поворачиванию медведя”. В той же работе Шейн поясняет, что комы — это постные шарики из гороха или других бобовых, которые ”подавали в конце еды, иногда по выходу из-за стола, чтобы похлустить (то есть позабавиться)”. Таким образом, Комоедица к Масленице не имеет никакого отношения, а ком — это вовсе не медведь.

Лингвист Светлана Гурьянова связывает появление ошибочной народной этимологии с известным советским историком Борисом Рыбаковым, который профессионально языкознанием не занимался и чьи труды по истории Древней Руси и славянскому фольклору в профессиональной среде не раз подвергались критике. Рыбаков писал, что ”к 24 марта у белорусов приурочен праздник "комоедицы" (аналогия греческим "комедиям" архаичного времени) — праздник пробуждающегося медведя. Медведь (комос) был зверем Артемиды, соответствовавшей русской богине Ладе”. Никаких ссылок на источники, подтверждающие подобные утверждения, историк не приводит. Как уже говорилось, Комоедице дало название блюдо из гороха, а вот слово ”комедия” действительно происходит от греческого корня ”комос”, вот только означает он ”гуляние, весёлое шествие”. Медведь по-гречески и вовсе звучит как ”арктос”.

Возвращаясь к упомянутой Далем формулировке ”первый блин, да комом”, Гурьянова соглашается, что мы понимаем эту поговорку не совсем так, как наши предки, но медведи здесь всё-таки ни при чём. В этой фразе важно вовсе не слово ”комом” — куда большую роль играет то, что блин именно первый. Символически он предназначался предкам и умершим родственникам, поэтому испортить его было особенно обидно. Так и появилась поговорка, которая с уходом соответствующей традиции потеряла и связь с ритуалом.

Наконец, самое логичное объяснение тому, почему никакие блины медведям на Масленицу не носили, — это просто-напросто было опасно. Причём страх наших предков перед этими животными был не только практическим, но и символическим. Лингвист Есения Павлоцки напоминает: медведей боялись настолько, что даже не называли их в явном виде. Само слово ”медведь”, дошедшее до наших времён, — это эвфемизм, образованный от слов ”мёд” и ”есть”.