На условном верхнем ярусе ДНР богатые предприниматели, руководители силовых структур, военных и всевозможных госпредприятий (ГП), ниже государственные служащие с приличными заработными платами, еще ниже бюджетники с просто регулярно и вовремя получаемыми зарплатами, хуже них себя чувствует бывшая ”гвардия труда” — шахтеры и металлурги, которым в своей массе в нелегитимной действительности деньги дают порциями
и с опозданием месяца в три, причем с ними за ”этаж” уже конкурируют ”успешные” пенсионеры. Успешные — это семьи с пенсионерами-шахтерами, у которых большие пенсии, да еще и ”регресс” — это выплаты за утрату здоровья в шахте. Часто такие пенсионеры не жалеют денег на оплату поездок на остальную территорию Украины и получают две примерно одинаковых больших пенсии — в рублях и в гривне.

В частных разговорах часто выплаты в рублях от Пенсионного фонда ДНР называют ”помощью России”, а ”заработанная пенсия” она, соответственно, только украинская. При таком раскладе получать две пенсии совсем не стыдно. А хуже всего тем пенсионерам, кто по разным причинам прекратил поездки на подконтрольную Украине территорию, и получает одну и минимальную
пенсию — в рублях.

Никаких ”эпидемий”

Все эти люди взаимодействуют, меняются ”этажами”, выстроили (за семь-то лет) свои собственные иногда довольно комфортные схемы выживания, которые для некоторых кардинально поменялись за прошедший 2020 год. По данным местной официальной статистики в ДНР проживает 2,2 млн человек, из которых на 6 февраля 2021 года выявлено Covid-19 примерно у 1% — у 21 532 людей. К данным местной статистики, где все реальные показатели строго засекречены как стратегические сведения, даже в Донецке принято относиться с улыбкой, но то что пандемия коронавируса не сильно повлияла на внутренний режим жизни в самопровозглашенной республике — это факт. Здесь с самого начала эпидемии под запретом слово ”карантин”, а в рамках мер объявленного специальным указом ”режима повышенной готовности”, не было введено ограничений на работу ни единого предприятия, платящего налоги.

На неподконтрольных Украине территориях и так был и сохраняется жесткий комендантский час и в любом месте передвижение могут ограничить новые блокпосты, но кафе, парикмахерские, общественный транспорт, фабрики и заводы как работали, так и работают, разумеется, с оглядкой на строгий масочный режим. На дистанционное обучение уходили школы и вузы, летом одно время ограничивали въезд в два доставшихся ДНР курортных села на побережье Азовского моря и весной закрывали въезд в один ”стратегический” городок вокруг важной для жизнедеятельности территории Кураховской ТЭС.

Новогоднее представление для детей в Донецком цирке

Но в остальном — в Донецке были немыслимые для Москве или Киева новогодние корпоративы, в местный цирк перед Новым годом массово водили детей без выстраивания какой-либо рассадки с соблюдением ”социальной дистанции”, рестораны и кафе в своей работе были ограничены только комендантским часом. Главное и самое существенное изменение в жизни обычных граждан ДНР — перекрытие с марта 2020 года автомобильных
Контрольных пунктов въезда и выезда (КПВВ) на Донбассе. Теперь ездить из Донецка в Харьков и Киев приходится через Ростов-на-Дону и Белгород, долго и дорого.

Документы — это уже для выживания

Пандемия Cоvid-19 стала формальной причиной уже практически полной блокады линии соприкосновения на Донбассе со стороны ДНР, ежемесячные миллионные перетоки гражданских через фронт прекратились вместе с сопутствовавшими им денежными и товарными потоками. Этот длящийся уже больше 11 месяцев искусственный эксперимент отторжения территорий от остальной Украины проявил и развил многие дотоле незаметные тенденции, сейчас стало очевидно, что жизнь в самопровозглашенной республике перешла
в новую особую реальность. Причем, уже не временную ”пока идет война”, а такую себе особую жизнь рядом с Украиной и вне России. В этой реальности для большинства населения нет места лояльности России или Украине, а есть совокупность сложившихся практик ежедневного выживания и идеология своеобразной ”витальности, вопреки всему”, когда все вопросы войны и мира вынесены за скобки, а цель — более-менее комфортная жизнь
собственной семьи. Не больше, но и не меньше. Средний успешный дончанин сейчас имеет бумажный (это важно!) внутренний паспорт Украины с местной пропиской, украинский заграничный биометрический паспорт, паспорт ДНР и паспорт гражданина России. Более успешный имеет еще заграничный российский паспорт или/и дополнительный старый ”не биометрический” украинский для ”трепания” на русско-украинских пограничных переходах. Совсем успешный умудрился оформить российское гражданство в обход ”республиканской” программы паспортизации, где-нибудь рядом с родственниками в Пскове, на Алтае или во время работы на металлургическом комбинате в Липецке — с местной российской пропиской!

Те паспорта, что оформляют в миграционной службе ДНР и выдают в пунктах получения российского гражданства в Ростовской области, прописки не имеют и не дают права на российскую пенсию, получение материнского капитала или оформление государственной медицинской страховки РФ. То, что они в России граждане особого, не второго, но и не первого сорта, хуже ростовчан, но выше бесправных гастарбайтеров из Средней Азии, в Донецке понимает каждый обладатель нового российского паспорта. Но при этом правительство России еще в марте 2020 ”по гуманитарным соображениям” выделило жителей Донецкой и Луганской областей Украины в особую группу — представителям ее можно в карантин, не глядя на коронавирус, беспрепятственно пересекать границу Украины и России, они могут как въезжать в РФ со стороны Донецка, так и выезжать потом из России через границу в сторону Харькова или Киева.

Важно понимать, что пропускают через границу российские пограничники по актуальному документу, удостоверяющему проживание на Донбассе. Для этого и нужен украинский бумажный паспорт с соответствующей пропиской или паспорт ДНР. Это важно — с российским паспортом без особой уважительной причины могут не выпустить из России и не пустить потом на Украину, потому что карантин! С паспортом ДНР на украинской границе могут и задержать — потому что налицо факт ”сотрудничества с террористической организацией” — таковой там считают все структуры ДНР. С украинским паспортом без донецкой прописки жестко не пускают в ДНР — корреспондент ”Спектра” сам наблюдал на пограничном переходе ”Новоазовск” депортацию обратно в Россию матери погибшего в ополчении ДНР бойца, которую с паспортом с харьковской пропиской не пустили ”посмотреть на памятник сыну”.

Опять же те местные граждане Украины, у которых от многократных проверок на блокпостах и границах рассыпались бумажные паспорта, уже получают в украинских паспортных столах взамен бумажных модерновые пластиковые ID- карты со странной бумажной справкой формата А4 о прописке типа мандата времен Гражданской войны (полевые блокпосты на Донбассе и российские пограничники, разумеется, не оборудованы системами для считывания информации о месте проживания с чипов этих карт). Так вот с этими бумажками и украинскими пластиковыми ID-картами российские пограничники не пропускают в свою страну на большинстве пограничных переходов. Опять же, имеешь выдаваемый только с 2016 года новый пластиковый украинский паспорт — в Донецке для любого местного силовика это признак нелояльности ДНР. Значит для передвижения по России и личной безопасности внутри республики нужно получать паспорт ДНР. А на него очередь только на сдачу документов на полтора года вперед! И потом, после сдачи документов, его изготавливают от трех до шести месяцев.

С украинской ID картой россияне пускают к себе только на пограничном переходе вблизи поселка Меловое в Луганской области Украины. Но для попадания в Меловое нужно перенести страшную, разбитую донельзя дорогу по Луганской области. ”Каждый блокпост, каждый украинский военный этот мой паспорт мусолили- мусолили, мусолили-мусолили, пока он не рассыпался! — рассказывал „Спектру”, объезжая яму за ямой убитой луганской трассы, водитель видавшей виды „Шкоды Фабии” Сергей. — Вот веришь, я под конец начал им уже орать почти: „Чего ты там смотришь?! Я страничку со словом „СЕПАР” еще в 2014-м
оттуда вырвал!” Теперь вот езжу к внукам в Донецк через Меловое с этой карточкой и бумажкой”.

Сергею 65 лет, он бывший дальнобойщик и перед самой войной купил себе ”под пенсию” на скопленное хороший дом под дачу в селе Новоандреевка — это всего в 15 километрах от Донецка. Теперь живет в этом своем доме рядом с линией фронта, а жена с детьми и внуками в Донецке, и между ними в среднем 1600 километров и двое суток в пути в объезд через Россию. За ”коронавирусный” 2020 год на своей машине он сделал пять ходок, каждый раз с полным багажником, туда и обратно. Попутчиков он берет примерно за 100 евро в один конец.

Поскольку у его машины украинские номера, то через границу с Россией и обратно он проезжает без проблем, но зато в ДНР его с ними останавливает для проверки каждый человек в форме. Его ”Фабия” 2004 года выпуска пригнана прямо из Праги, где уже обустроился зять и скоро планирует перевезти к себе из Донецка жену и детей. Все вместе — типичная для Донецкой области причудливая история выживания. Сергей получает две пенсии, украинскую и ”русскую” в ДНР, к тому же обеспечивает регулярное снятие украинской гривны с пенсионной карты своей жене и раньше успешно отбивался за нее от проверок украинских социальных служб, подтверждая себе и жене статус ”переселенцев”, без которого не платят пенсию. Зять при этом на заработках за пределами ДНР, семья терпеливо ждет его на месте до лучших времен или переезда — что наступит раньше. И каждая копеечка — в дом!

Над центральной площадью имени Ленина в Донецке единственная в своем роде довоенная реклама украинской дочки «Сбербанка России» — сейчас «Сбербанк» в Украине потерял слово «Россия».

”Какая же я дура!”


Экономическое существование ДНР со стороны выглядит своеобразным аналогом реанимации — все зависит от искусственной вентиляции воздуха, режимов подачи кислорода. Было бы ошибкой утверждать, что этот ”кислород” в виде пенсионных и бюджетных рублей сюда ежемесячно закачивает только Россия. Как неоднократно озвучивала министр социальной политики Украины Марина Лазебная, украинские пенсии сейчас получают 660 тысяч пожилых людей с пропиской на неподконтрольных территориях Донбасса — деньги им переводятся на карты украинских банков, 3,5 млрд гривен (это 103 млн евро по текущему курсу) ежемесячно!

Добавим, что, по данным министра, на начало войны пенсионеров на неподконтрольных территориях оставалось примерно 1,2 миллиона человек, 1 миллион обращался за пенсиями, о судьбе примерно 150 тысяч украинский Пенсионный фонд ничего не знает. Эти сотни тысяч пожилых людей бьются за свои деньги и формируют ежемесячный поток в 100 миллионов евро, которые тоже сами себя не потратят — банковской системы в ЛДНР нет, деньги из украинских карт надо как-то снять, привезти наличными на неподконтрольную территорию, оплачивая по ходу этого пути услуги перевозчиков, обналичивающих фирм, контор по обмену валют, закрытые глаза особо бдительных таможенников и пограничников.

Борьба за деньги вокруг пенсий и пенсионеров в ЛДНР — большой, трудный и прибыльный квест. ”Ой, какая же я дура!” — закутанная в платки бабушка съезжает на ногах на обочину и валится навзничь на лед. Мы, ее попутчики, с ужасом смотрим на ее объемный рюкзак и большую сумку, которую надо как-то приторочить к тачке на колесиках — сами еле-еле держимся на ногах под мелким зимним дождем, сразу же превращающемся в тонкую, скользкую ледяную корку под ногами. Холодно, темно, ветрено, безумно скользко, да еще и впереди разгружается автобус с такими же ”туристами” в сторону Украины — их еще как- то надо обогнать!

На невысказанный вопрос об огромных сумках наша бабушка вдруг кричит: ”Да пирожки там с картошкой, на все дни рассчитаны, вода и постельное белье в общий вагон!” Ее классический экономный варианта пути из ДНР на подконтрольную Украине территорию включает еще и киевский поезд до города Борисполя, полных двое суток пути … Попутчица просит звать себя Алексеевной. Она из города Тореза, а едет в Борисполь потому что там под Киевом в 2014 году как теперь оказалось неудачно (далеко!) зарегистрировалась как ”переселенка” у подружки. Алексеевна очень волнуется, боится лихих людей — она потенциально очень богатая пенсионерка, у нее с марта 2020-го накопилось на счетах аж 16 тысяч гривен (чуть меньше 500 евро)!

Пока мы всю ночь едем из Ростова-на-Дону в сторону Белгорода бабушка понемногу выбалтывает все свои тайны — свою дорогу она досконально просчитала в рублях, но не посмотрела в календарь и оказалась на ростовском автовокзале в нечетный день, а автобусы по 1800 рублей ходят только по четным. Сколько с нее взял наш таксист, она не сказала — каждый из трех попутчиков получил свою отдельную цену, корреспондент ”Спектра” ехал за 4000 рублей, моряк Андрей за 5000, с пенсионерки очевидно взяли меньше. С собой у нее была заветная, сохранившаяся у соседки в Торезе, заемная купюра в 200 украинских гривен — за нее Алексеевна собиралась доехать в общем вагоне из Харькова в Киев, к своим долгожданным пенсионным деньгам в банке.

Деньги у нее заработанные, она ими дорожит, но, главное, на старости лет никогда не вникала в ”интернет-банкинг”, не завела в свое время смартфон и, соответственно, не загрузила мобильное приложение ”Ощадбанка”. ”К нам приезжают на район делки (так Алексеевна называет нелегальных финансистов — прим. „Спектра”)), пенсии отоваривать — надо отдать им карточку, пароль от нее, копии документов, и они через две недели привозят тебе деньги в гривне или уже, если хочешь, в рублях, но по курсу 2,4! (средний курс ЦБ РФ — 2,7).

И берут они за это как договоришься — от 15% до 20% от твоей пенсии!” — негодует Алексеевна. ”Ты ж понимаешь, я все вижу, — продолжает Алексеевна. — Этот пацан к нам раньше на „ИЖ-Комби” ездил, а сейчас у него машина „пятиэтажная”, я даже названия ее не знаю. С нас же все заработал!”.

Алексеевна вынуждена спасать свою пенсию через тяжкую поездку, большая часть остальных пенсионеров или отдает свои карты проверенным ”помощникам” или в ”обменниках” переводит деньги на счета в украинских банках доверенным людям финансистов из ДНР — те им отдают уже рубли, отобрав свои комиссионные и по немного заниженному курсу перевода гривны в рубль.

Деньги: На что живут дончане


Пенсии и заработные платы бюджетникам с 1 января 2021 года официально подняты в ДНР на очередные 20−28%, такие повышения с 2019 года стали регулярными и случаются дважды в год — всегда с 1 июля и с 1 января. Цель, озвученная синхронно местной властью в Донецке и Луганске, — довести заработные платы государственным служащим, бюджетникам и выплаты пенсионерам до уровня соседней Ростовской области РФ. Сейчас, после последнего повышения, самая распространенная минимальная пенсия в ДНР будет на уровне 5600 рублей (59 евро), заработные платы государственных служащих уровня майора полиции, начальника департамента правительства, начальника отдела местного госбанка перевалили за 35 тысяч рублей (около 370 евро), рядовые госслужащие получают около 14−16 тысяч (150−170 евро).

”Нас в ноябре сделали полноценными государственными служащими, а в это новогоднее повышение заработной платы мы, получается, в выигрыше — я получала раньше 12 тысяч рублей, сейчас буду получать 14, — говорит „Спектру” Татьяна, сотрудник городской администрации одного из „нестоличных” городов ДНР. — Дети выросли, муж работы не имеет, а пенсия у него 7 тысяч — ее и моей зарплаты хватает буквально впритык”. Почему Татьяна в выигрыше от повышения? Повышение заработных плат, по объявлению местных властей, плановое и должно коснуться всех, как госслужащих, так и просто ”бюджетников”. Вот только тем же медработникам и учителям базовые ставки повысили, а надбавки за ”ночные”, тяжелые условия труда и прочие активности сняли — кое-где денег на руки стали получать и меньше, а где заработные платы повысились всего на 3%. ”Бюджетники” по сравнению с ”госслужащими” в очевидном проигрыше — на них стали экономить.

Как рассказал ”Спектру” высококвалифицированный врач отделения реанимации одной из местных клинических больниц, до января заработная плата со всеми надбавками у него была в районе 20 тысяч рублей (214 евро) в месяц, где 16 тысяч — было ставкой, а остальное — доплатой за суточные дежурства и другие профессиональные вредности. ”Нам объявили про
повышение, как и всем бюджетникам, но в своей „табульке” я обнаружил, что ставка у меня теперь не 16, а 13 тысяч, а все доплаты сохранены. Я слышал, что в других больница ставки подняли, но доплаты срезали и в итоге тоже на руки меньше получилось. Почему так — нам никто не объяснил”, — рассказал ”Спектру” доктор, на условиях строгой анонимности.

Для справедливости стоит отметить, что три года назад, осенью 2017 года, ставки у врачей этого отделения были на уровне 7,5 тыс. рублей, а общие заработные платы — около 12 000. Выплаты последние годы реально увеличивались, вот только нынешнее повышение все ”бюджетники” воспринимают с ропотом — оно скорее свидетельствует о начале экономии
средств на фоне всеобщего подъема цен. ”Нам повысили оклады на 17% — это чистые оклады, без классного руководства, без „тетрадей”, без всех надбавок, — рассказывает „Спектру” учитель из Макеевки Тамара. — У меня оклад был 8000 рублей, сейчас подняли до 9360, на классное руководство и проверку тетрадей тоже добавили 17%, но у нас была доплата, которую тут называют „напряженка” — это за работу в условиях войны. У меня она была 3000 рублей — это 40% от голой ставки, а теперь „напряженка” кому как — от 10 до 15%. Мне повысили ставку на 1360, на тетрадях и классном руководстве там тоже копейки добавились, а с „напряженки” лично у меня сняли 1500 рублей. В общем получается, что у нас часть коллектива не то что в повышении, а в минусе на заработной плате — особенно те, кто загружен не на полную ставку. Я работаю на полторы — мне буквально чуть-чуть получка добавилась, а вся коммуналка говорят на 30% подрастет, а цены на продукты каждый день подрастают, вчера зашла за маслом растительным, а оно уже 140 рублей, а было 70! Все у нас возмущены просто, все это повышение — только чтобы по телевизору сказать”.

Средние заработные платы учителей в школе, где работает собеседница ”Спектра”, на уровне 11−12 тысяч рублей (118−128 евро), она зарабатывает иногда до 15 тыс. (160 евро)
за счет переработки, которую себе могут позволить только учителя дефицитных специальностей. Например, учителей русского языка и литературы после обязательной переподготовки всех бывших украинских филологов, в ДНР переизбыток. Им часов
на всех как раз не хватает.

При этом ”получки” шахтеров, металлургов, работников кабельного завода и других промышленных предприятий в ДНР совсем не подросли, более того — они задерживаются в среднем на три месяца и никогда не выдаются полностью. ”У меня товарищ все время грозится в Норильск уехать, а сам регулярно за Марьинку (выработки шахты заходят за линию соприкосновения — прим. „Спектра”) под землей ходит — на шахте имени Абакумова работает, — рассказывает „Спектру” Сергей, житель Донецка, сейчас работающий вахтовым методом в российском Ростове-на- Дону. — Вот они в декабре 25% за август получили, да еще жена кресло в салоне под услуги маникюра арендует — приносит тысяч 5, его обычные 25% от зарплаты ГРОЗа (горнорабочий очистного забоя — прим. „Спектра”) это тоже 7−8 тысяч. Жилье свое, коммуналка никакая, долги на шахте когда-то обещают отдать, у товарища высшее образование, но он под землю шахтером пошел, потому что у них зарплаты приличные и когда частями дают все равно это существенно. Ну, деградируют же люди!”

Вся крупная промышленность в ДНР отобрана у хозяев ”под внешнее управление” под зарегистрированное в Южной Осетии ЗАО ”Внешторгсервис”. 19 января 2021 года на крупнейшем в городе Донецком металлургическом заводе (ДМЗ) люди по команде начальства написали заявления об увольнении и приеме на работу в новое ООО ”ДМЗ” — ЗАО ”Внешторгсервис” вывело из-под своего контроля два уже нерентабельных ”филиала” — ДМЗ и Енакиевский коксохимпром. Генеральный директор ЗАО ”Внешторгсервис” бывший вице
губернатор Иркутской области Владимир Пашков одновременно вице-премьер правительства ДНР, а его советник в ЗАО Александр Ананченко уже два года одновременно премьер-министр ДНР — получается, что два завода переходят из подчинения Владимира Пашкова к Владимиру Ананченко, или наоборот, кому как нравится.

Но у работавших на ДМЗ долги по зарплатам в полгода, год заводом не платились налоги, алименты и отчисления в пенсионный фонд, а теперь его вывели под какое-то ООО ”ДМЗ”. И люди чувствуют, что ”заводских” тоже делят на классы — тех кому не платить заработную плату будут реже и тех, кому ее тоже не платить будут чаще. У всех предприятий под контролем ЗАО ”Внешторгсервис” проблемы с выплатами заработных плат, у тех заводов от которых отказывается из-за нерентабельности даже вездесущее ЗАО, очевидно лучше с деньгами не станет.

”Северный ветер” — как в ДНР называют всеохватное влияние России на все процессы в самопровозглашенной республике — полностью изменил жизнь населения этих территорий и задает ему все новые тренды выживания. И люди здесь плохо понимают причины и суть передачи местным ”государством” заводов и шахт в разные ООО и ЗАО, но они вполне могут посчитать деньги в своих карманах: больше и вовремя платят ”служивым” — госслужащим
и военным, ”бюджетников” кормят, но держат в черном теле, а вот работающих в промышленности, получается, медленно, но верно подталкивают к выезду на заработки в Россию, чтобы иметь возможность хоть как-то кормить свои семьи.

Народ в ДНР остался в своем большинстве дисциплинированный, куда направляют — туда и двигается. На этом фоне государственные служащие ДНР теперь стали сродни новой элите. А еще явно формируется новый водораздел — между ”сидящими без денег дома” и выезжающими на заработки в Россию.


Госслужба, как путь к успеху или камере СИЗО

Только в ЛДНР можно на каждом столбе встретить объявления с предложениями о посредничестве при даче взяток на КПВВ, пограничных переходах, в Пенсионном фонде и украинских паспортных столах, только здесь отрыто рекламируются и работают фирмы, которые ”обходят” российскую и украинскую банковскую системы или предлагают, например, ”сделать украинский ID- паспорт за 10 000 рублей, не выезжая из ДНР”. Причем, грань между ”бизнесом” на коррупции и той же подделкой документов минимальна.

Рядом с посредническими конторами по организации получения паспорта на украинской территории работают конторы, которые на месте производят вклейку в бумажные украинские паспорта новых фотографий по достижению 25 и 45 лет — без этого паспорт становится недействительным. Довольно много таких ”фирм” берут деньги не за организацию коррупционных схем в украинской миграционной службе, а за банальную подделку документов в виде аккуратной вклейки фотографий прямо в Донецке.

Бывший министр юстиции ДНР Елена Радомская даже выступала с публичными разъяснениями — паспорта с ”доморощенной” переклейкой фото не попадают в электронные базы данных и с ними, как отсутствующими в базе, потом задерживают российские пограничники.

При отсутствии какой-то внятной идеологии и острого ощущения временности происходящего коррупция не кажется чем-то стыдным или неприемлемым — каждый пытается защитить будущее своей семьи хотя бы деньгами, добывая их любым способом.

Примат частной собственности на территории ДНР не действует, большинство крупного и не очень бизнеса произвольно взято под ”внешнее управление” различными министерствами, госпредприятиями или просто ”смотрящими”. Это создает очень причудливые конфигурации — к примеру, копать могилы в ДНР имеет право только государство! Все похоронные бюро были в свое время национализированы и объедены в единое ГП ”Ритуал”, которое объединяет под себя все — и бюро похоронных услуг, и кладбища, и все магазины по торговле венками и гробами при них. Так же ”национализированы” как источник наличных все рынки под ГП ”Рынки Донбасса”, которое с помощью полиции и государственных служащих местных администраций совместно борются с любимыми проявлениями ”стихийной торговли”.

Логично, что могильщики и рыночники не самостоятельны в своих госпредприятиях, а вместе с национализированными отелями входят в целую государственную корпорацию, которая носит имя ”Донецкие технологии”.

Ведающее пропагандой министерство информации ДНР ”взяло под контроль” газетную частную типографию ”Донбасс”, открыло при министерстве до двух десятков агитационных районных и городских газет, которые она создает, печатает на ”своей” типографии и под этот поток завозит через посредников из России газетную бумагу. Получается, что при внешнем финансировании направления агитации и пропаганды, на его месте создан никем не контролируемый закрытый государственный бизнес холдинг, завязавший на себя все — от изготовления макетов и печати газет до реализации. Финансирование телеканалов тоже идет через министерство информации. В ”золотое дно” в ДНР превращаются самые неожиданные направления. База чемпиона Украины ФК ”Шахтер” в поселке Кирша, стадион ”Донбасс Арена” поддерживается стараниями клуба в относительно пристойном состоянии, но кафе для фанатов на Арене и потрясающий музей клуба во время чемпионата мира по футболу в России были открыты и пущены в оборот. Тогда в ДНР на время игр отодвинули с 23:00 на пару часов позже комендантский час, и работа спортивных баров стала теоретически возможна. Под управлением чиновников работа кафе не пошла — сейчас ”спортивный бар” не работает.

А вот экскурсии по ”Донбасс Арене” проводятся и стоят они 150 рублей, посещение музея — 60 рублей. Уникальная экспозиция, включающая в себя в том числе и завоеванный ”Шахтером” в 2009 году Кубок УЕФА, переименована в ”Музей спортивной славы Донбасса”, на котором теперь зарабатывает министерство спорта ДНР.

Всевозможные министерства и ГП зарабатывают не только на монопольных позициях в бизнесе, выплата мзды за любые услуги государственных органов стала нормой. С коррупцией и злоупотреблениями с помощью арестов пытаются жестко бороться кураторы из России — в ДНР на время ”присесть” в камеру СИЗО может чиновник любого уровня.

В сентябре за ”коррупцию” был арестован глава государственного предприятия- монополиста ”Продвижение” Роман Головин — он в рамках министерства информации контролировал все рекламные площади Донецка, отжатые в свое время у украинских агентств наружной рекламы. Как утверждают источники ”Спектра”, в декабре Головин вышел из заключения под домашний арест. Но перед новым годом прошли новые громкие аресты за ”вымогательство” — в СИЗО были отправлены руководители ГП ”Вода Донбасса”, его глава Максим Лещенко в свое время был главой администрации руководства ДНР при Александре Захарченко, но конфликтовал со своим подчиненным Дмитрием Трапезниковым. Их конфликт стал широко известен после того, как Трапезников во время ссоры прострелил из пистолета начальнику бедро. После этого Лещенко ушел на лечение, Трапезников занял его место, а после убийства Захарченко он на целую неделю стал руководителем всего ДНР. Сейчас же он занимает кресло мэра российской Элисты.

Максим Лещенко же снова ”поднялся” при следующем главе ДНР Денисе Пушилине аж до руководства ключевого ГП и снова рухнул — сел в тюрьму за ”вымогательство”. Подобные сюжеты с громкими арестами в Донецке никого не удивляют. В конце ноября в публичную плоскость выбросили информацию о хищении 400 млн рублей в государственной компании (ГП) ”Рынки Донбасса” и о возбуждении против руководства одной из дочерних структур ГП уголовного дела по статье ”мошенничество”. В декабре был арестован руководитель ”Народных дружин” при местной партии власти — Общественном движении ”Донецкая республика” — бывший чемпион Украины по боксу и чемпион Европы по кикбоксингу Роман Трошин. Его обвиняли в сборе дани с коммерсантов за постановку ”крыши”, арестовало видного в республике человека УБОП МВД ДНР после жалоб пострадавших от силовиков предпринимателей, которых ”Народные дружины” от МВД почему-то не защитили.

Романа Трошина называли другом главы ДНР Дениса Пушилина, Максима Лещенко Пушилин лично ставил на пост, но реальность в самопровозглашенной республике проста — до конца ситуацию не контролирует никто.

Все актуальные новости от RusDelfi можно прочитать в Telegram: подписывайтесь и будьте в курсе событий страны и мира.