Правила содержания ни в одном из мест временного лишения свободы не регулируют заключение туда условно осужденных уклонистов. Такую "дырку" Би-би-си обнаружила в законах и инструкциях, которые регулируют работу СИЗО, изоляторов временного содержания и спецприемников.

Навального после "продления задержания" отвезли в СИЗО "Матросская тишина" и поместили в расположенный на его территории спецблок федерального подчинения (так называемый ”Кремлевский централ”). Об этом политик сообщил в "Инстаграме".

Посетившему его адвокату Вадиму Кобзеву сам Навальный сказал, что условия пребывания там "в сто раз круче, чем в спецприемнике", где Навальному раньше приходилось отбывать административный арест. В спецблоке находится всего сто человек (в "Матросской тишине" — несколько тысяч). Решения о помещении туда, как и в ”Лефортово”, принимаются специально по каждому заключенному.

При этом после вынесения постановления Химкинского суда защитники Навального не были уверены, что политик попадет именно в СИЗО, а, например, не в ИВС, сказал Би-би-си адвокат Навального Вадим Кобзев.

Даже если суд счел, что Навальный действительно уклонялся от контроля (сам он и его защита это отрицают), в законе вообще не указано, что условно осужденных в таких случаях можно задерживать (Би-би-си уже писала об этом).

"Судья должна была вернуть представление начальнику УВД без рассмотрения, поскольку ставить такой вопрос перед судом он не мог", — сказал адвокат. Вопрос, куда следует направлять таких задержанных, также не урегулирован, отметил он.

При этом в любом СИЗО по закону 103-ФЗ, регулирующему содержание под стражей, должны находиться "подозреваемые и обвиняемые" по уголовным делам, за совершение которых их можно посадить на срок более трех лет -и только если суд после задержания избрал им меру пресечения в виде заключения под стражу.

У Алексея Навального статуса подозреваемого или обвиняемого по делу об уклонении от контроля ФСИН нет — он условно осужденный. Ни о какой мере пресечения в постановлении Химкинского суда речь не идет.

Из утвержденного минюстом распорядка работы СИЗО также следует, что туда не может попасть человек, которого не подозревают или не обвиняют в совершении уголовного преступления. Ни один из пунктов этих правил не регулирует размещение в СИЗО условно осужденных уклонистов.

Для содержания под стражей "задержанных" по тому же закону 103-ФЗ предназначены изоляторы временного содержания (ИВС). Они входят в систему МВД, но содержат задержанных "по подозрению в совершении преступлений" на короткий срок — максимум 72 часа. Еще меньше времени — до 48 часов — задержанный может провести непосредственно в полиции.

Уклонение от контроля ФСИН — не преступление, а нарушение условий исполнения приговора, при этом 30-дневный срок задержания Навального многократно превышает предусмотренный для ИВС. То есть в ИВС политик тоже находиться не может.

В течение 30 суток граждан можно содержать в спецприемниках, которые тоже управляются МВД, но туда помещают лишь тех, кто по решению суда подвергнут административному аресту.

Уклонение от контроля ФСИН, которое якобы совершил Навальный, административным правонарушением не является.

Наиболее четко в случаях с уклонившимися от контроля ФСИН закон регламентирует задержание осужденных к исправительным работам. Находиться до суда по изменению им условий исполнения наказания они должны не в СИЗО, а в помещении для нарушителей исправительных центров (ИЦ), созданных для содержания таких осужденных.

В Москве исправительный центр создан в Зеленограде. Фактически это общежитие с более мягкими по сравнению с другими учреждениями ФСИН условиями пребывания.

Существуют также спецучреждения временного содержания иностранных граждан, куда сажают мигрантов и апатридов (лиц без гражданства), а также центры временного содержания несовершеннолетних нарушителей. К этим категориям Алексей Навальный не относится так же, как к подозреваемым, обвиняемым или осужденным к исправительным работам.

"Почему в СИЗО, а не в вытрезвитель?"


”С одной стороны, закон о содержании под стражей позволяет содержать в СИЗО задержанных за преступления, — говорит руководитель правозащитной группы "Агора" Павел Чиков. — С другой, если закон в принципе не позволяет задерживать условно осужденных, то и содержание их где-либо предусмотрено быть не может".

"Свобода — это правило, любое лишение свободы — это исключение. Когда мы говорим о лишении свободы, закон должен быть четким, предсказуемым и защищенным от любого произвола. Условие, что содержание под стражей возможно исключительно на основании закона, есть и в Конституции, и в системе Европейской конвенции по защите прав человека. Главный критерий лишения человека свободы — это законность. Даже если суд считает это обоснованным — мы сейчас это не обсуждаем, — он должен четко сослаться на норму, которая должна использоваться для лишения человека свободы", — сказала Би-би-си адвокат Ольга Цейтлина.

"В законе должно быть четко прописано, куда и за какое нарушение должен быть помещен условно осужденный. Если это четко черным по белому не прописано, такой закон не может использоваться для помещения человека в СИЗО или любое иное место лишения свободы — это незаконно и может быть основанием для обращения в Европейский суд по правам человека, — считает адвокат. — На основании "кривого" закона лишать человека свободы нельзя. Непонятно, почему такого человека нужно отправить в СИЗО, а, например, не в вытрезвитель".

В случае с Навальным, по словам Цейтлиной, нужно разобраться, что применено в его деле: "Если судья продлила задержание, значит, она не могла применить к нему ”меру пресечения". С такой точки зрения задержанный должен продолжать сидеть в полиции. Но там для этого условий нет, рассуждает адвокат. Она отметила, что такая проблема возникает в уголовном судопроизводстве, поскольку при решении вопроса о мере пресечения суд по ходатайству защиты может продлить срок задержания до пяти суток. В этой ситуации тоже непонятно куда отправлять задержанного. Практика сложилась так, что увозят в СИЗО, но это хотя бы соответствует статусу подозреваемого и связано с мерой пресечения, говорит юрист.

Законность определяется качеством закона, он должен быть понятным и исключать несколько толкований, объясняет Ольга Цейтлина: "Если все настолько не регламентировано, нечетко и непредсказуемо, законодательство настолько "кривое", что ни сам осужденный, ни юристы, ни журналисты, ни общество в целом не могут понять, на основании какого конкретного нормативного акта человек лишен свободы — это нарушение конституционных и международно-правовых принципов".

Ряд опрошенных Би-би-си юристов считает, что судья Морозова применила к условно осужденному Навальному нормы законов, позволяющие задерживать на 30 суток уклоняющихся от отбывания других видов наказаний, "по аналогии". Суды в России применяют такую практику преодоления пробелов в законодательстве, хотя регламентирована она только в гражданском кодексе, а в уголовном праве такой нормы нет.

Адвокаты Ольга Цейтлина и Анна Ставицкая в разговоре с Би-би-си подчеркнули, что применение закона "по аналогии" возможно только в сторону улучшения положения осужденного, а лишение свободы его положение ухудшает.

Как Навальный оказался в СИЗО


Навального задержали сразу после того, как он вечером 17 января приземлился в Шереметьево. После этого политика доставили в химкинское отделение полиции. Там днем позже и состоялся суд, по итогам которого оппозиционера увезли в "Матросскую тишину".

На задержании Навального изначально настаивала ФСИН. Служба считает, что он уклонялся от контроля во время испытательного срока по делу "Ив Роше", и в связи с этим объявила его в розыск. Ведомство обещало добиться того, чтоб Навальный был задержан до заседания суда, на котором будет решаться, заменить ли условный срок в 3,5 года на реальный.

Однако задерживали Навального полицейские, а с просьбой о "заключении под стражу" Навального 18 января обратилась не ФСИН, а начальник УВД по городу Химки Игорь Янчук, следует из постановления Химкинского суда. Представители ФСИН в заседании вообще не участвовали.

Судья Елена Морозова в итоге вынесла решение не о "заключении под стражу", а о "продлении задержания на 30 суток" — то есть, с формальной точки зрения сделала не то, о чем ее попросил полицейский.

Ссылок на нормы законов, разрешающих такое задержание, в постановлении Химкинского суда нет.

Пленум Верховного суда России указывал, что суд, проверяя, действительно ли условно осужденный скрывался от контроля 30 дней, должен "проверять полноту" мероприятий по его розыску и установлению причин уклонения, проведенных уголовно-исполнительной инспекцией. В частности, ФСИН была обязана опросить родственников и соседей Навального, а также других граждан, которым могло быть что-либо известно о его месте нахождения. При этом, "если проведенных мероприятий для вывода о том, что осужденный скрылся от контроля, недостаточно, то суд отказывает в удовлетворении представления" ФСИН, говоритcя в постановлении пленума.