Депутат Госдумы Хинштейн признал, что российские власти намеренно замедляют YouTube. Ранее они это отрицали
![Председатель думского комитета по информационной политике Александр Хинштейн](https://images.delfi.ee/media-api-image-cropper/v1/3542c225-d8bb-4d7d-8824-eaf598b1cea3.jpg?noup&w=1200&h=711)
Председатель думского комитета по информационной политике Александр Хинштейн сообщил, что с конца этой недели скорость загрузки YouTube на стационарных компьютерах может упасть на 40%, а к концу следующей — уже на 70%. При этом ранее пресс-секретарь Кремля заявлял, что у российских властей „не было планов“ по замедлению YouTube в России, а в „Ростелекоме“ уверяли, что скорость загрузки роликов на видеохостинге может снижаться из-за износа оборудования, пишет русская служба Би-би-си.
В посте Александра Хинштейна в телеграм утверждается, что „замедление“ YouTube коснется только „десктопных“ версий. До конца этой недели скорость загрузки роликов на видеохостинге „может снизиться до 40%, а к концу следующей — уже до 70%“, написал депутат.
Он уверяет, что „деградация“ YouTube — „вынужденный шаг, направленный не против российских пользователей, а против администрации иностранного ресурса“, который якобы игнорирует российское законодательство.
Пока замедление YouTube не коснется мобильных устройств, пообещал Хиштейн.
Это первое подтверждение со стороны российских представителей власти, что они намеренно замедляют работу видеохостинга в России.
Несколько недель назад „Ростелеком“ заявил, что скорость загрузки роликов на YouTube и их качество может упасть из-за „технических проблем в работе оборудования, принадлежащего компании Google“.
В пользу версии о технических проблемах высказался и директор „Общества защиты интернета“ Михаил Климарев (также признан „иностранным агентом“). По его словам, с тех пор как Google ушел из России, компания перестала поставлять в страну новое оборудование и обслуживать старое.
Речь идет о технологии Google Global Cache, которая позволяет загружать видео-контент из серверов, находящихся непосредственно в регионе пользователя. Эта технология применялась для ускорения работы YouTube и в России. Однако в мае 2022 года Alphabet, головная компания YouTube и Google, приняла решение уйти из России и перевести своих сотрудников за пределы страны. В 2023 году российская „дочка“ корпорации подала заявление о банкротстве — после того, как суды неоднократно взыскивали с нее штрафы и компенсации, в том числе по искам от российских телеканалов. Кроме того, Google отключил некоторые сервера в России, а те, что остались, не обновлялись.
Однако директор Роскомсвободы (проект внесен властями России в реестр „иностранных агентов“) Станислав Шакиров в разговоре с Русской службой Би-би-си обращал внимание на то, что деградация технического оборудования происходит медленно, а не в определенную дату. Поэтому, по его мнению, заявление „Ростелекома“ было похоже на попытку оправдаться за то, что делают российские власти: „Простите, это не мы, это Google сам“.
Представитель Кремля Дмитрий Песков тогда решительно отвергал предположения о том, что российские власти собираются ограничивать доступ к YouTube. „Нет, планов таких не было“, — ответил он журналистам на соответствующий вопрос. По его словам, Кремлю известно из заявлений „соответствующих компаний, что речь идет о проблеме с оборудованием, которое уже более двух лет никак не обновляется“: „Других объяснений здесь быть не может“.
Хинштейн в своем посте утверждает, что „дальнейшая судьба YouTube в России зависит исключительно от него самого“. Если видеохостинг в сложившейся ситуации ничего не предпримет, в России „альтернативные площадки (Rutube, VK Видео) развиваются сейчас более чем активно“, уверяют депутат-единоросс.
В действительности, несмотря на попытки российских властей с 2022 года представить собственные альтернативы YouTube, ни один российский сервис не приобрел существенной популярности. Напротив, аудитория YouTube и рекламный рынок в России только растут.
Помимо этого YouTube остается для россиян одной из последних незаблокированных площадок, где публикуются в том числе и крупные оппозиционные блогеры и политики. Многие из них были признаны „иностранными агентами“ после начала войны из-за их контента.