Госдума 22 февраля ратифицировала соглашения о „дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи“ между Россией и самопровозглашенными ДНР и ЛНР. Решение поддержали все 400 депутатов, присутствовавших на заседании (всего из 450). Документ стал одним из формальных (хотя противоречащих даже российским законам) обоснований для вторжения в Украину. Выборы депутатов, проголосовавших за эти соглашения, прошли в сентябре 2021-го — и у большинства россиян впервые за десять лет не было возможности наблюдать за ними в прямом эфире. Центризбирком РФ объяснил отказ от видеотрансляций с участков нехваткой средств; доступ к ним остался только у участвующих в выборах партий, кандидатов и самих избиркомов. Однако „Медузе“ удалось получить видеоархив с более чем девяти тысяч участков. Архив изучила группа независимых видеонаблюдателей — и пришла к выводу: на думских выборах могли вбросить до 17 миллионов голосов.

  • На выборах в Госдуму 2021 года у россиян впервые за десять лет не было возможности наблюдать за выборами по видеотрансляции (доступ к ней остался только у партий, кандидатов и самих избиркомов). Но в распоряжении „Медузы“ оказалось больше миллиона часов записей с камер, установленных в помещениях более девяти тысяч участковых и территориальных избирательных комиссий в 19 регионах.

  • Архив проанализировала группа независимых наблюдателей при помощи искусственного интеллекта (программа на базе нейронных сетей называется „Ревизор“). „Ревизор“ не умеет идентифицировать избирателей или определять, за кого те отдали свой голос, зато может посчитать по видео количество людей, проголосовавших на участке.

  • Для анализа подошли записи с 3505 участков. На многих из них, по оценке „Ревизора“, были допущены нарушения. Так, по официальным данным, на этих 3505 участках проголосовали 3 миллиона 200 тысяч человек. Но на видео — только чуть больше двух миллионов избирателей. То есть примерно треть голосов на этих участках была сфальсифицирована.

  • Если предположить, что такая же закономерность верна и для общего числа проголосовавших на выборах, то можно говорить о краже уже 17,1 миллиона голосов.

Что это за архив? И как он оказался у „Медузы“?

В декабре 2021 года к „Медузе“ обратились сотрудники избирательных штабов нескольких кандидатов, участвовавших в осенних выборах.

Они пожелали сохранить анонимность и передали редакции записи с видеокамер, установленных в помещениях 9252 участковых и территориальных избирательных комиссий в 19 регионах. С 17 по 19 сентября россияне выбирали депутатов Госдумы и региональных парламентов, а в некоторых субъектах — еще и глав регионов. Общий размер архива — более миллиона часов.

Возможность наблюдать за ходом выборов онлайн у россиян появилась десять лет назад. Тогда после уличных протестов из-за массовых фальсификаций на выборах в Госдуму 2011 года — и в преддверии президентских выборов — премьер-министр РФ Владимир Путин предложил ввести на участках видеонаблюдение. С таким поручением он обратился к Центризбиркому:

Я предлагаю и прошу ЦИК установить веб-камеры на всех избирательных участках страны, их у нас 90 с лишним тысяч. На всех. И пусть они работают круглосуточно — днем и ночью. Вывести все в интернет, чтобы страна видела, что происходит у конкретного ящика. Чтобы снять напрочь все фальсификации.

Для партий, кандидатов и избиркомов работали трансляции с возможностью обратной перемотки. У тех, кто наблюдал за публичными трансляциями (доступ к ним мог получить любой желающий), такой возможности не было. Но при помощи специальной программы можно было записать трансляцию — а потом пересмотреть нужный фрагмент. Также доступ к архивной записи с конкретного участка можно было получить, оставив заявку на сайте „Госуслуг“.

„[По запросу] давали видео с участка длиною в полчаса. И люди делали 24 запроса, чтобы получить 12 часов работы комиссии, с восьми до восьми. И таким образом вручную собирали определенные массивы“, — вспоминает один из независимых наблюдателей, анализировавший архив, который получила „Медуза“.

Со временем получать доступ к архивным записям стало сложнее. А в июле 2021 года ЦИК сообщил и об отказе от публичных трансляций. Решение зампред Центризбиркома Николай Булаев объяснил нехваткой средств, не пояснив, во сколько обходится организация трансляций.

На осенних выборах 2021-го независимые наблюдатели, а также некоторые партии записывали видео с участков. Однако собрать обширный архив не получилось. „В этом плане, — отмечает собеседник „Медузы“ из группы видеонаблюдателей, — массив [полученный „Медузой“] уникален“.

А это точно записи с участков?

„Главное доказательство подлинности архива — это его объем, — говорит один из наблюдателей, изучавший архив, полученный „Медузой“. — Там такое количество часов, что невозможно придумать какое-либо другое происхождение [видео], кроме трансляции с участков“.

В подтверждение своих слов он приводит в пример данные о кинопроизводстве в США и Канаде:

В самый продуктивный для киноиндустрии год, предковидный 2018-й, было выпущено 873 фильма. Будем считать, что это произведения продолжительностью по два часа. В массиве полные записи с 7378 УИК (и это не считая неполных). Если бы это были постановочные видео, съемка велась бы на 7378 площадках минимум по 72 часа на каждой. То есть для производства видео, оказавшегося у „Медузы“, потребовалось бы 304 года непрерывной работы киностудии Голливуда и их канадских коллег. Либо 304 Голливуда со всеми его площадками, актерами и массовкой, чтобы провести такие съемки за год.

Кроме того, отмечает собеседник „Медузы“, на записях видны два миллиона человек. „Мне представляется невероятным, что работа 304 Голливудов осталась бы не замеченной человечеством, равно как и работа двух миллионов актеров“, — резюмирует собеседник „Медузы“.

Еще один аргумент, подтверждающий подлинность массива: изображения с избирательных участков схожи с теми, что были в видеотрансляциях прошлых лет. ЦИК помечает видео с выборов специальными таймстемпами — они расположены вверху кадра и включают в себя дату, время, часовой пояс, букву Р (она означает „регион“), номер региона, а также буквы К («комиссия“) и Н («номер камеры“, первая или вторая). Такие таймстемпы есть во всех роликах, оказавшихся в распоряжении „Медузы“.

О том, что массив не подделка, свидетельствует и то, как организована работа избирательных участков и комиссий. „Например, характер помещений. Чаще всего это холлы, спортзалы, очень часто можно заметить детали, говорящие, что это школа. Информационные стенды, флаги, полицейские (незаконное ношение формы карается) и прочее, — объясняет наблюдатель за выборами. — Когда посмотришь сотни записей, легко узнаешь знакомые признаки“.

Группа, анализировавшая массив „Медузы“, сравнила его с изображениями на десяти записях, случайно выбранных из 16 тысяч видео, которые сохранились у видеонаблюдателей с выборов президента 2018 года. Семь участков оказались в одних и тех же помещениях. Еще три, предположительно, были перенесены в другие помещения.

Также наблюдатели сравнили полученный „Медузой“ архив с материалами, опубликованными в 2021 году на „Карте нарушений на выборах“. Для этого они случайным образом выбрали 30 участков, сообщения о нарушениях с которых были приняты командой проекта (и в которых есть видео или фото). Из них в архиве, полученном „Медузой“, обнаружилось 17 участков, но верифицировать удалось только 16 — в видео из одного сообщения не попало помещение для голосования. Как минимум 11 из 17 нарушений, о которых сообщали с помощью „Карты“, подтвердились — они есть в видео „Медузы“.

В массиве, полученном „Медузой“, также обнаружились записи, совпадающие с теми, что были опубликованы наблюдателями за выборами 2021 года до того, как мы получили архив. Например, видео с 120-го УИК Краснодарского края, в котором видно, как женщина вбрасывает бюллетени, пока члены избирательной комиссии заслоняют ее от присутствующих на участке.

Как именно анализировали видео? (Помог искусственный интеллект)

Публичные трансляции с участков, появившиеся на президентских выборах 2012 года, рассказывает собеседник „Медузы“, дали возможность подтвердить нарушения, о которых и раньше рассказывали наблюдатели на выборах. Например, массовые вбросы, „карусели“ и расхождения по явке, то есть ситуации, когда количество проголосовавших избирателей и количество бюллетеней в урне не совпадает.

В 2018 году во время выборов президента сразу несколько организаций, объединяющих наблюдателей за выборами — движение „Голос“, Ассоциация наблюдателей Татарстана, общественное объединение „Наблюдатели Петербурга“ и проект „Считаем вместе“, — провели „УИКДокФест“, первую попытку массового анализа трансляций с выборов, записанных волонтерами. К тому моменту, по данным ЦИКа, видеокамерами были оснащены 46 тысяч участков (из более чем 97 тысяч). В рамках „УИКДокФеста“ была сделана запись с восьми тысяч участков (с 16 494 камер).

Полученный массив изучали с помощью волонтеров. „Они сидели и считали, сколько человек [на участке] подошло к урне и опустили в нее бюллетень. Затем сравнивали получившееся число с официальными данными. Так родилась методология, когда волонтеры находили фальсификации, не видя самого акта преступления“, — рассказывает наблюдатель за выборами, анализировавший массив „Медузы“.

Подобная методика позволяет определить масштаб фальсификаций: „Мы не можем подсчитать, сколько бюллетеней в той пачке, которую они [нарушители] в урну запихнули. Зато мы можем посчитать людей, подошедших к урне и проголосовавших, а потом сравнить их количество с официальными цифрами, указанными в протоколе. Если мы не видим той тысячи человек, которая указана в протоколе как проголосовавшая на участке, значит, либо были люди-невидимки, либо произошло преступление“.

При обработке большого видеомассива вручную у группы наблюдателей возникла идея автоматизировать подсчет при помощи нейронных сетей. „Это rocket science, но это очень распространенный rocket science, — говорит один из них. — У [добровольческого поисково-спасательного отряда] „ЛизаАлерт“ есть такой проект: вертолет летает над лесом и ищет человека. Сделать это среди кучи листьев, деревьев — проблема, но ее как раз решают нейронные сети“.

Возможность наблюдать за выборами с помощью ИИ появилась в феврале 2020-го. Программу на базе нейронных сетей назвали „Ревизор“.

В архиве, который получила „Медуза“, содержатся видео с 9252 территориальных и участковых избирательных комиссий. На записях с 7378 из них нет пауз, которые превышают шесть часов за три дня голосования. Но для подсчета с помощью „Ревизора“ подошли видео только с 3505 участков в 12 регионах: они достаточно хорошего качества для машинной обработки и отражают почти все время голосования (максимальный пропуск на записи с каждого участка за три дня — полторы минуты).

Что показал „Ревизор“?

На осенних выборах 2021 года в Государственную думу прошли пять партий:

  • „Единая Россия“, набравшая 49,82%. С учетом одномандатников получила 324 места в нижней палате парламента, то есть конституционное большинство;

  • КПРФ —18,93%;

  • ЛДПР — 7,55%;

  • „Справедливая Россия — За правду“ — 7,46%;

  • „Новые люди“ — 5,32%.

Явка избирателей, по данным Центризбиркома, составила 51,72%. Нарушений, по словам главы ЦИК Эллы Памфиловой, на выборах было „на порядок меньше“ по сравнению с предыдущими, а сама российская избирательная система за последние годы, по ее утверждению, стала „одной из самых, если не самой прозрачной в мире“.

Видеонаблюдатели, изучившие полученный „Медузой“ архив, с такой оценкой ЦИК не согласны. Из 3505 участков, видео с которых проанализировал „Ревизор“, на 1770-х были допущены нарушения, связанные с явкой избирателей.

„По официальным данным, на эти 3505 участков пришли и проголосовали три миллиона 200 тысяч человек, — говорит видеонаблюдатель, участвовавший в анализе архива. — А мы увидели больше двух миллионов проголосовавших. То есть треть голосов нарисована. Аппроксимируя эти данные на официальную явку в целом по России — 56 484 685 человек, — мы получим 17,1 миллиона сфабрикованных голосов“.

„Конечно, такая аппроксимация может вызвать вопросы. Но эти вопросы легко может снять ЦИК, предоставив скрытые от общества записи“, — добавляет собеседник „Медузы“. Он отмечает, что в видео также попали нарушения, не связанные с явкой, например случаи ночных подмен бюллетеней, хранящихся в УИК.

Для обработки при помощи „Ревизора“ подошли видеозаписи с участков из 12 регионов России. По официальным данным, во всех 12 на выборах победила „Единая Россия“. При этом „Ревизор“ не может указать, получила ли „лишние“ голоса именно „Единая Россия“, так как сравнивает только реальную явку и официальную.

На запросы „Медузы“ избирательные комиссии 11 регионов на момент публикации не ответили. Пресс-служба избирательной комиссии Санкт-Петербурга заявила, что „в соответствии с должностными регламентами сотрудники аппарата Санкт-Петербургской избирательной комиссии не являются лицами, уполномоченными комментировать результаты завершенных избирательных кампаний“.


Фальсификаций стало больше, чем раньше?

По оценке математика Сергея Шпилькина, постоянно анализирующего голосование в России, на президентских выборах 2018-го было порядка 10 миллионов сфальсифицированных голосов — а на думских их количество выросло практически до 14 миллионов.

Согласна с этим и команда, анализировавшая архив, полученный „Медузой“. Если в 2018 году искусственный интеллект обнаружил 615 „подозрительных“ участков, то в 2021-м — 1770. А количество голосов, которые предположительно были сфальсифицированы, выросло с 15,6 до 17,1 миллиона.

Росту фальсификаций на думских выборах, считает видеонаблюдатель, способствовал прежде всего „запрос власти“, чей рейтинг за последние несколько лет снизился.

При этом выявление фальсификаций, говорит собеседник „Медузы“ из группы видеонаблюдения, значительно осложнилось. Прежде всего, из-за закрытия „публичных трансляций“. „Даже у федеральных штабов политических партий было не более пяти рабочих мест для видеонаблюдения, хотя для наблюдения онлайн нужны тысячи людей, — рассказывает он. — Фальсификаторы поняли, что за ними никто толком не следит, и начали наглеть“.

Повлиял на это и переход на трехдневное голосование, продолжает он. Во-первых, волонтеров, готовых наблюдать за выборами, на участках стало меньше: „Если раньше волонтер шел [наблюдать] на выборы в воскресенье, то теперь ему нужно наблюдать в пятницу, субботу и воскресенье. Люди идут на это реже, к сожалению. Поэтому гражданский контроль ослаблен“.

К тому же многие „гражданские контролеры“ подверглись преследованию. Например, Минюст России объявил движение независимых наблюдателей за выборами „Голос“ „иностранным агентом“ (впоследствии „иноагентами“ были персонально признаны и некоторые участники организации). Получить аккредитацию для работы на выборах стало сложнее и журналистам независимых изданий.

Во-вторых, из-за растянутости голосования на несколько дней появились ночные вбросы. „Почему трехдневное голосование плохо? Проблема не столько в трех днях, сколько в двух ночах. Бюллетени за два дня голосования складываются в сейф-пакет и прячутся в сейф. Были истории, когда находили вскрытые сейф-пакеты. Или когда их подменяли на другие“, — рассказывает видеонаблюдатель.

У каждого сейф-пакета — уникальный номер, объясняет он. Но на выборах 2021 года были случаи — например, в Ханты-Мансийске, — когда фальсификаторы заказывали два сейф-пакета с идентичными номерами, но немного отличающимися шрифтами в разных фирмах и ночью меняли настоящий сейф-пакет на его копию с фальсифицированными бюллетенями. Похожим образом, говорит видеонаблюдатель, поступили фальсификаторы на одном из участков в Петербурге: „Одна из питерских ТИК заказала пары сейф-пакетов с длинными номерами, которые отличались только одной цифрой. Поэтому подмену было сложно отличить“.

„Когда мы увидели, что в массиве, полученном „Медузой“, есть ночные видео, мы подумали, почему бы нам не сделать грубую ловлю жуликов по ночам. Ночью у „Ревизора“ нет работы, некого считать, ведь никто не голосует, картинка неподвижна. Законная деятельность остановлена до утра, — рассказывает видеонаблюдатель. — Появилась идея дать задание искусственному интеллекту, у которого ночью не такое „четкое зрение“, реагировать на перепады освещения“.

Так удалось обнаружить подмену сейф-пакета в УИК 109 Краснодарского края: для этого члены избирательной комиссии вскрыли сейф, закрыв одну из двух видеокамер обычным веником.

Еще одно ночное преступление, рассказывает собеседник „Медузы“, произошло в УИК 16 в Петербурге: „В пять утра 18 сентября один из членов комиссии приходит на участок и плотно „работает с бумагами“, доставая их из сейфа. Этого оказывается мало, поэтому в тот же вечер [после закрытия участка] два члена комиссии остаются в „вечернюю смену“. В этот раз сейф не виден. Очевидно, его перенесли в отдельное помещение, в котором и идет тайная ночная работа. Сообщницы носят из кабинета в кабинет бумаги и печати. В какой-то момент им даже приходится играть в прятки с [пришедшим] полицейским, запираясь от него на ключ“.

„Медуза“ направила запросы в ТИК Абинская Краснодарского края, к которой относится УИК 109, и в ТИК 1 Санкт-Петербурга — на момент публикации они остались без ответа.

Что будет с архивом дальше?

„Ревизор“ может только вести подсчет людей, подошедших к урне. Иногда в этих подсчетах бывают погрешности. Также искусственный интеллект не знает, что такое „вброс“ и кто такой „карусельщик“. А потому анализ „Ревизора“ требует проверки людьми, отмечает видеонаблюдатель в беседе с „Медузой“:

Когда человек пересматривает [видео с избирательных участков], он вдруг обнаруживает одного и того же человека на разных участках. Если долго работать с видео, разбирать кадры, присматриваться к голосующим избирателям, начинается „профессиональная деформация“: идешь по улице и, например, автоматически замечаешь, какая у прохожих обувь. По обуви мы, кстати, очень часто начали ловить „карусельщиков“. Они даже начали переодеваться, менять куртки, надевать темные очки. Но обувь и штаны они, как правило, не меняют — неудобно на улице штаны переодевать.

Чего ждать от выборов 2022 года?

В сентябре 2022 года пройдут выборы 14 губернаторов, а также депутатов региональных законодательных собраний и муниципальных депутатов Москвы (в 125 из 146 районов города).

В семи регионах по решению Центризбиркома будет применяться дистанционное электронное голосование (ДЭГ). Речь о Калининградской, Калужской, Курской, Новгородской, Псковской, Томской и Ярославской областях. Также ДЭГ будет использоваться в Москве.

На выборах 2021 года дистанционное электронное голосование уже использовалось в Москве (ДЭГ здесь применялось и в 2019-м на выборах в Мосгордуму) и шести регионах: в Нижегородской, Мурманской, Ростовской, Курской и Ярославской областях, а также в Севастополе (после аннексии 2014 года — город федерального значения в РФ).

При этом московский вариант электронного голосования отличался от других регионов. Если в областях и в Севастополе систему готовил „Ростелеком“, то в Москве — департамент информационных технологий (ДИТ) мэрии. Непосредственно разработкой занималась близкая к властям компания „Лаборатория Касперского“. А общественный штаб по наблюдению за выборами возглавил (теперь уже бывший) главный редактор „Эха Москвы“ Алексей Венедиктов.

В Москве ДЭГ, как утверждают его организаторы, воспользовались около двух миллионов человек — почти половина избирателей, участвовавших в выборах 2021 года. При этом наблюдатели жаловались на невозможность проконтролировать корректность проведения выборов из-за сбоев в работе системы — а сами результаты выборов спровоцировали общественное возмущение.

До ввода в систему ГАС „Выборы“ данных электронного голосования во многих одномандатных округах Москвы (всего их 15) побеждали оппозиционеры, после — во всех округах победили административные кандидаты. Систему заподозрили в фальсификациях, но оспорить результаты не удалось.

В июне 2022 года команда оппозиционного политика Алексея Навального (на тех выборах она рекомендовала сторонникам стратегию „Умного голосования“) опубликовала собственное заключение о фальсификации выборов-2021 с использованием электронного голосования.

Проанализировав, как менялся процент голосующих за того или иного кандидата (у избирателей в Москве была возможность изменить свой голос один раз в три часа в течение 24 часов после голосования, но не чаще одного раза в три часа) за три дня выборов, соратники Навального обратили внимание на „аномальный рост голосов за кандидатов от власти при одновременном уменьшении количества голосов за оппозиционных кандидатов“ утром и днем 19 сентября во всех московских избирательных округах.

При этом данные по переголосованиям были недоступны наблюдателям — в избирательные комиссии их отправили в сводном виде (то есть уже где-то и кем-то подсчитанными).

Аномальное голосование на электронных участках, утверждают соратники Навального, наблюдалось не только за кандидатов по одномандатным избирательным округам, но и по партийным спискам. Таким образом, считает команда Навального, уровень фальсификаций на электронном голосовании в Москве составил 250 тысяч голосов: 120 тысяч по одномандатным округам (3,5% от всех голосов) и 130 (3%) — по партийным спискам.

Странности в голосовании наблюдались и в других регионах, где использовалось ДЭГ. Например, в Мурманской, Ярославской и Ростовской областях доля „Единой России“ при электронном голосовании выросла по сравнению с бумажным, а доля КПРФ, наоборот, упала. Доля других партий в сумме осталась фактически неизменной. Подобные результаты власти объясняли тем, что из-за пандемии призывали своих сторонников участвовать именно в электронном голосовании.

Такую возможность получили и жители самопровозглашенных ЛНР и ДНР, имеющие российские паспорта, — член президентского Совета по правам человека, исполнительный директор агентства „Россия сегодня“ Кирилл Вышинский сообщал, что к вечеру 19 сентября на выборах дистанционно проголосовали около 150 тысяч человек из Донбасса. За день до этого на анонимном ютьюб-канале „Выборы в ЛНР 2021“ появилось видео предполагаемого сотрудника одной из бюджетных организаций Алчевска (город в ЛНР), голосующего онлайн за других людей.

На выборах 2022-го, по предварительной оценке, проголосовать при помощи ДЭГ смогут около 10 миллионов избирателей. Голосование, как и в прошлом году, проводят на базе двух систем — московской от ДИТ и федеральной от „Ростелекома“ и Минцифры РФ. Организаторы электронного голосования обещают „усовершенствовать систему наблюдения“.

Но действительно ли на выборах 2022 года наблюдатели смогут следить за честностью голосования, неизвестно. Видеонаблюдатели, проанализировавшие архив, полученный „Медузой“, в этом сомневаются. А потому считают, что наблюдатели должны сконцентрироваться на бумажном голосовании: „Бумагу им все сложнее и сложнее подделать. Мы „на земле“ обеспечиваем честные выборы. И за счет них потом показываем гражданам, насколько „в небесах“, в электоральных облаках — выдуманные цифры, искажающие волеизъявление людей. Я думаю, что только так мы можем отстоять выбор граждан. По большому счету, другого способа у нас нет“.

Смотрите видео и графики в полном материале на сайте Meduza.

Закладка
Поделиться
Комментарии