Битва с культурным наследием набирает обороты. Недавно при Госканцелярии была создана специальная комиссия по монументам, состав которой засекречен. Известно лишь одно: возглавил комиссию Аско Кивинук, тот самый, про которого мы знаем, что он интересуется знаками отличия и в свое время возглавлял Noored Kotkad, молодежную организацию Кайтселийта. Комиссия, о составе которой ничего не известно и компетентность руководителя которой вызывает сомнение, будет действовать вразрез с нормами демократии. Поскольку перед комиссией поставили задачу „организовать снос расположенных в общественном пространстве монументов или надгробных памятников с символикой оккупационной власти или заменить их на нейтральный вариант“, то, по сути, начался процесс, направленный на то, чтобы избавиться от советских скульптур и подвести черту под нашим историческим многообразием. Как-то не верится в то, что начнут избавляться и от монументов в честь других завоевателей, например, от установленного в Тарту памятника королю Швеции Густаву II Адольфу, основавшему Тартуский университет. Или начнут соскребать гербовые эпитафии, символику епископов, Ливонского или любого другого ордена. Нет никакой разницы, какой исторический период хотят стереть из памяти. Демонстрируемый ныне подход в любом случае является односторонним и отрицающим историческое многообразие.

Еще в 2010 году историк Кристьян Лутс подготовил 600-страничное исследование „Eesti sõjaajaloo teejuht“ — „Путеводитель по военной истории Эстонии“, включающий 500 объектов. Разумеется, в этой книге собрано не все наше наследие, но она дает хорошее представление о нем. В книге, кроме Мухуского городища (Мухуского древнего города), орденского городища Тоолсе, мавзолея Барклая де Толли, воевавшего против Османской империи, Швеции и Франции, памятника в Синимяэ в честь датских, норвежских и фламандских добровольцев, воевавших в составе дивизии SS, указано немало общих могил и монументов. Мы ведь не считаем, что ангары для гидросамолетов в Летной гавани, которыми гордится Таллинн, были построены в ходе строительства Петром I Морской крепости и что значительная часть территории Пыхья-Таллинна, где действовали судоверфь Ноблесснера, „Руссо-Балт“ и порт Беккера, по сути, являлись частью военной машины Российской империи, а вовсе не способствовали поддержанию эстонского духа.

Закладка
Поделиться
Комментарии