Сиди дома. Ты наказан

 (15)
Сиди дома. Ты наказан
Foto: Sputnik/Scanpix

Методы борьбы с терроризмом бывают разные. Глава комитета по безопасности Госдумы Ирина Яровая недавно предложила ввести в уголовный кодекс России новую статью, которая карала бы тех, кто совершил акт международного терроризма.

Идея, по ее словам, пришла ей в голову после ряда крупных терактов. В конце октября прошлого года над Синайским полуостровом был взорван самолет российской авиакомпании компании Metrojet, погибло 224 человека. Затем последовали ноябрьские теракты в Париже, в которых погибло 130 человек, более 350 были ранены. Последней каплей, переполнившей чашу терпения госпожи Яровой стали недавние террористические атаки в Брюсселе, унесшие жизни 31 человека (ранены были 300 человек). Ирина Яровая — кстати, бывший прокурор — не могла остаться равнодушной к этим трагическим событиям и внесла пакет из двух законопроектов, которые предлагают существенно ужесточить наказания за терроризм и другие опасные преступления.

Все это на первый взгляд — довольно логично. Но дьявол кроется в деталях. Первое, что бросается в глаза — это разница между наказанием за терроризм ”обычный” и ”международный”. Почему-то в последнем случае наказание, по мнению законодателей, должно быть тяжелее — как будто смерть россиянина в России от рук террориста менее трагична, чем смерть иностранца за рубежом. Но затем законопроект начинает удивлять еще больше. Например, он предлагает ограничивать право на выезд из страны для тех, кому правоохранительные органы объявят ”предостережение о недопустимости террористической деятельности”.

Несогласному с предупреждением гражданину предлагается самому обжаловать его в суде

Тут надо отдельно объяснить, что имеет в виду госпожа Яровая. Дело в том, что в российской юридической практике официально существует такое понятие как ”предупреждение о недопустимости нарушения закона”. Это происходит, если у правоохранителей не хватает материалов для возбуждения обычного уголовного дела с целью посадить предполагаемого преступника в тюрьму. Формально ”предупреждение” никак не влияет на жизнь ”предупрежденного”. Вернее, пока не влияет — депутаты намерены использовать сам факт вынесения предупреждения как основание для различных ограничительных мер в отношении ”предупрежденных”.

Учитывая, что предупреждение выносится без всякого суда — несогласному с предупреждением гражданину предлагается самому обжаловать его в суде — перед властями открывается новый простор для преследования тех, кто им не нравится.

В качестве такой ограничительной меры законодатели почему-то избрали запрет покидать Россию. Объяснение оказалось очень актуальным: оказывается, несколько тысяч россиян, поддавшись на пропаганду исламистов, уехали воевать в рядах ”Исламского государства”.

Теперь, если законопроекты госпожи Яровой станут полноценными законами, то такой ”террористический туризм” можно будет, по мнению законодателей, пресечь в самом начале. Достаточно будет просто объявить человеку, что он, по мнению соответствующих органов, потенциальный террорист — и все, Россию он в течение 5 лет покинуть не сможет. Предупреждение может быть вынесено не только тому, кого власти считают потенциальным террористам — достаточно, если у правоохранителей будет информация о том, что гражданин своей деятельностью может ”способствовать совершению террористического акта”.

Тут уже остается только догадываться о том, что же это за деятельность такая. Возможно, имеется в виду, что человек решил не сам надеть ”пояс шахида”, а, например, купил для такого шахида билет на самолет. Возможны и другие варианты, но даже самое поверхностное знакомство с российской судебной системой показывает, что оспорить в суде позицию прокуратуры или других силовых органов простому россиянину будет очень непросто. И на пять лет он станет ”невыездным”.

Однако все вышеописанное вряд ли должно было бы волновать большинство россиян. Теракты в России случаются, к сожалению, не так уж редко, как хотелось бы, так что население, скорее всего, инициативу депутатов поддержало бы. Но в законопроекте, помимо терроризма, упоминается еще и экстремизм — а тут количество потенциальных ”невыездных” возрастает в несколько раз.

Более ясного примера возрождения советской практики сложно даже придумать. Но законодателей это не смущает

Само понятие ”экстремистская деятельность” в том виде, в каком она описана в статье 282 уголовного кодекса настолько широко, что под него можно подвести практически любое высказывание в социальных сетях — например, перепост у себя в фейсбуке карикатуры или шутки, размещенной совершенно другим пользователем (такие случаи уже были). Теперь государство получит возможность не осложнять себе жизнь возбуждением уголовного дела, проведением судебных заседаний и тому подобной бюрократией. Можно будет просто вызвать такого потенциального экстремиста к прокурору, объявить ему официально предупреждение о недопустимости экстремистской деятельности — и потенциальный экстремист вместе с потенциальным террористом в течение 5 лет будет сидеть в России без возможности ее покинуть.

Более ясного примера возрождения советской практики сложно даже придумать. Но законодателей это не смущает — ”ситуация требует адекватного реагирования”. В реальности это означает, что, по мнению депутатов, само нахождение на территории России — это вид наказания. Возможно, с точки зрения какого-нибудь западного русофоба так оно и есть. Но вряд ли подобные мысли могут быть названы ”адекватными” в головах депутатов Госдумы.

Однако есть и существенные отличия нынешних инициатив Госдумы от методов, которые практиковались в советское время. Так, Советский Союз без особых колебаний лишал паспорта с серпом и молотом различных диссидентов — и после этого их немедленно высылал, как Солженицина или Бродского. Ирина Яровая также предложила в качестве одного из наказаний за терроризм и экстремизм лишать преступников российского гражданства. Однако если законопроект будет принят без значительных изменений — а шансы на то, что это произойдет в ближайший месяц, весьма велики — то в будущем может сложиться уникальная ситуация: в России появятся бывшие россияне, которые не смогут выехать из страны.

Мнение было опубликовано в газете Eesti Päevaleht.