На Восточном фронте без перемен

 (51)
Забывчивость и невежество

Полемика вокруг 300-летия фактического присоединения Эстляндии и Лифляндии к России свелась к одному единственному вопросу: зачем нам вообще нужно отмечать эту нелепую дату?

Очевидно, что сама дата в самое ближайшее время станет весомым аргументом в информационной войне между Эстонией и Россией. Крайне неубедительным был комментарий известного "знатока России" Марко Михкельсона к откровениям Андрея Заренкова. Разумеется, не смог промолчать и Харри Лесмент. Вообще следует отметить, что уровень его сочинений в последнее время изрядно повысился: широта энциклопедического кругозора, обилие цитат из российских "авторитетов", и т.д. Следует признать, что он единственный из эстонских авторов, кто не боится открыто полемизировать на исторические темы в русскоязычной прессе.

По мнению Лесмента, солидаризировавшегося с Михкельсоном и Заренковым, нет весомых аргументов против "празднования" круглой даты, но только не в Эстонии, а в России. Если Михкельсон ложно утверждал, что подобных прецедентов (празднований) в Эстонии еще не было, то Лесмент привел "убедительный" пример из истории Британской империи:

"Ведь никто из бывших великих держав (в частности Британия, некогда правившая четвертью земной суши) даже и не помышляет ныне праздновать их захват, а тем более организовывать празднование в бывших колониях, а ныне свободных государствах".

Фраза корявая, но вполне доступная для понимания. Если Михкельсон "позабыл" о торжественном праздновании обретения датчанами национального флага под стенами Вышгорода и юбилее эстляндского рыцарства, отмеченных при участии первых лиц эстонского государства, то Лесмент умудрился не заметить т.н. Британское содружество наций, а ныне просто Содружество (Commonwealth). Правовое положение Содружества определено Вестминстерским статутом 1931 года, уточненным в 1947 году. Ежегодно проводятся конференции стран Содружества. Существует Секретариат Содружества, а в самой Великобритании в составе правительства имеется должность министра по делам Содружества. Входящие в содружество страны (бывшие доминионы и колонии) признают главой государства британского монарха и ежегодно торжественно празднуют дни рождения королевы Елизаветы.

Информационная война

В иных обстоятельствах я бы назвал измышления Лесмента и Михкельсона наглой ложью, но, как говорят китайцы, война как вода не имеет формы. В информационных войнах любые средства хороши, тем более что Женевские конвенции на них не распространяются. Вот и любимый мной автор (не полевой командир, бери выше — бригадный генерал от истории!) Март Лаар недавно заявил, что Россия скоро зайдет в тупик в попытках оправдания коммунизма, поскольку за основу национальной идентичности взята победа во Второй мировой войне.

Март Лаар намеренно сужает рамки российской национальной идентичности до размеров русского народа: Россия — это русские. Он игнорирует сам факт существования многонационального российского народа, объединенного общей судьбой на общей территории, включающего в себя и финно-угров в том числе. Россия не пытается оправдать коммунизм, поскольку никогда не знала, что же это такое и с чем его едят. Лаар смешивает два понятия — философию коммунизма и практику российского большевизма (в интерпретации "бригадного генерала", сравнение мягкого места с указательным пальцем). Большевизм никак не может быть основой национальной идентичности русских, по той простой причине, что в его основе лежит интернационализм. Мировая революция есть конечный продукт интернационализма, а не пароксизм русских имперских настроений. Мировая революция и Российская империя вещи, несовместимые во времени и пространстве. Посему обвинения Лаара в адрес русских, якобы погрязших в коммунизме, еще и в имперских амбициях смехотворны.

Информационная война вошла в затяжную вялотекущую окопную фазу. Какое-то время стороны будут обмениваться малоэффективными выпадами. В Эстонии достаточно памятников времен "советской оккупации", но не осталось ни одного столь же значимого, как "бронзовый солдат". Похоже, что следующий результативный шаг за Россией, и это чутко уловило руководство местных российских соотечественников. Именно по этой причине Андрей Заренков (кстати, бывший шоумэн) предлагает "праздник 300-летия" — как бы залп тяжелых орудий по эстонским штабам, а, по сути, мелкую дежурную провокацию.

Эстонская история против истории Эстонии

Нелепая на первый взгляд 300-летняя дата это удобный повод к поискам компромисса: признанию сторонами информационного конфликта совместной российско-эстонской истории. Сверхзадача есть прекращение информационной войны и признание общей совместной истории взамен двух отдельно взятых историй, пересекающихся в точках "завоевания" и "оккупаций". Давно пришла пора обсудить важнейшие вехи в истории Эстонии вне контекста "эстонской истории" по Марту Лаару и Харри Лесменту. В этой совместной истории Тартуский мирный договор не является ни главной, ни единственной вехой. Гораздо интереснее и важнее те события, которые предшествовали его подписанию.

Весьма любопытно было бы обсудить историю Эстонского учредительного собрания в мае 1919 года (заметьте, отнюдь не 24 февраля 1918 года!) принявшего декларацию о независимости Эстонской Республики. Любопытно было бы обсудить попытку Эстонской Республики в мае-июне 1919 года принять участие в Парижской мирной конференции, положившей начало Лиге наций.

Не менее любопытно понять, почему в самый разгар борьбы за независимость от "насильнической большевицкой России" Эстонская Республика затевает карательную экспедицию в Латвию "воевать Железную дивизию" (местный ландесвер, на две трети состоявший не из немцев, но из латышей). Почему эстонцы освобождались от России, а День победы празднуют над немцами в Латвии?

Не менее любопытно было бы понять и оценить роль Великобритании в становлении независимости Эстонии, поскольку Великобритания состояла в тот исторический период в военном союзе с Российской Республикой. Какова была роль британской военной миссии в формировании незаконного правительства Северо-запада России? Исходя из каких союзнических побуждений, Великобритания предприняла активные действия по расчленению государственной территории своего союзника — Российской Республики? В каких формах и как долго осуществлялось сотрудничество Британской военной миссии с большевистским правительством Ульянова (Ленина)? Наконец, что лежало в основе столь противоестественной дружбы?

Почему сгноили Северо-западную русскую армию? Возможно, СЗА не была желанным партнером для Эстонии, но кто взял на себя право решить ее судьбу в обход союзнических соглашений? Почему вместо активной помощи северозападникам, "правительство" Эстонии пошло на поводу у эстонских большевиков, агитировавших за мир с российскими большевиками? И почему теперь решающая роль эстонских большевиков в заключении Тартуского мирного договора мягко говоря замалчивается?

Кстати, об эстонских большевиках, о них чуть ниже.

Спираль молчания

Русскоязычная пресса, не говоря уже о т.н. русских политиках, никогда не реагирует на сигналы с эстонской стороны. Вот, например, профессор Тартуского университета Марью Лауристин подает сигнал:

"Я могу вам точно сказать, что никакой ассимиляции не происходит. Нигде не видно, чтобы русские совсем сошлись с эстонцами. Даже те, кто живет в эстонской среде, сохраняют свою идентичность. Сейчас и в Европе стали говорить не об интеграции, а межкультурном диалоге, общественных связях. Чтобы люди нормально общались, а не щурились друг на друга".

Это не первый случай, когда профессор, чья семья без преувеличения кровью вписана в историю Эстонии, пытается наладить контакт с вменяемой частью русской общины. Такое впечатление, что ни адекватных, ни вменяемых у нас нет. Вот и профессор Лауристин о том же:

"И здесь у меня возникает вопрос к русским газетам: почему до их читателей не доходит эта информация? Почему на их страницах нет споров, общения, обмена мнениями. Там эта спираль молчания гораздо фундаментальнее, чем в эстонской прессе".

Марью Лауристин, к сожалению, права: в печатной русскоязычной прессе немыслимы диалоги и общение вне контекста "эстонской истории", и не потому, что эстонцы виноваты, а потому, что русских историков нет. Те, кто когда-то были — наученные горьким опытом, сидят тише воды и ниже травы. Те, кто есть, либо усвоили местный обычай благодарно лизать палку в руке хозяина, либо умеют лишь грязно ругаться в адрес младших братьев по разуму.

Два народа — сколько Эстоний?

Вот еще один характерный пример, как теперь выражаются, от профессора социальной коммуникации Тартуского университета Марью Лауристин:

"Эстонцы, сражавшиеся в Синимяэ, независимо от того, были ли на них надеты немецкие или советские мундиры, желали лишь того, чтобы Эстония стала свободной…Данные нашего исследования показывают, что в каждой эстонской семье был кто-то, кто воевал на той или иной стороне. Среди эстонцев более или менее равное количество тех, кто говорит, что его отец, дяди, деды носили советский мундир, и тех, кто говорит, что их родственники были в немецких мундирах".

Тот, кто не только читать умеет, но еще и понимает прочитанный текст, должен был бы принять подачу: эстонское общество далеко от единства. Еще совсем недавно оно почти поровну делилось на "красных" (большевиков) и "синечернобелых". По сути, это два народа, два носителя одного и того же языка, разделенные непримиримой идеологией. И это не вопрос хорошего или плохого отношения к русским, это вопрос неизжитых и не переваренных классовых отношений. Сегодня отнюдь не русские тревожат новоиспеченного эстонского буржуя, а свои — как будто обладающие всей полнотой прав эстонского гражданства. Эта "вторая Эстония" для буржуя гораздо опаснее бесправных и разобщенных инородцев.

В 1919 году победили "синечернобелые", в 1940 и 1944 годах победа осталась за "красными". В конце 90-х годов прошлого века верх вновь одержали "синечернобелые", однако мы должны понимать, что "красные" не вымерли и на Луну не переселились. Поголовье уменьшилось, конечно, но они все еще составляют внушительную силу, с которой "синечернобелые" пока еще вынуждены считаться. Должны считаться и мы. Большая ошибка стричь нынешнего эстонца под одну "демократическую" гребенку.

Я бы не рискнул вот так сразу записать вторую Эстонию в союзники русской общины на Восточном фронте информационной войны. На фронте пока без перемен, потому что у второй Эстонии мы тоже числимся в должниках. Однако голод не тетка, и голодранцы из второй Эстонии могут оказаться благоразумнее эстонского буржуя.