Канцлер права сознательно ввязывается в политику

 (52)
Olga Ivanova
Olga IvanovaFoto: Pressifoto

В конце марта на свою должность заступила новый канцлер права Юлле Мадизе, и зная ее рассудительность и взвешенность как юриста, ученого и преподавателя, многие порадовались ее назначению. Однако выступление канцлера перед учителями Северо-Востока опять доказало, что чудес в жизни не бывает.

Напомню, что институт канцлера права предполагает объективность и аполитичность, целью его является оценка законодательных актов как государственного, так и местного уровня на предмет соответствия Конституции ЭР. Мнение же, что ”чтобы эстонская и русская молодежь получила одинаковую стартовую позицию, школы в Эстонии могли бы быть в ведении государства и с обучением на эстонском языке” нельзя назвать объективной, так как не отражает точки зрения тысяч родителей и учеников, кто выбрал для себя образование на русском языке.

Какое счастье, что в нашей стране еще сохраняются некоторые принципы автономии местного самоуправления, когда вопросы местной жизни решаются на местах без долгих согласований с центральной властью! В последние годы у нас принято считать, что сфера образования на русском языке, политизирована. Что ж, пока те или иные вопросы здесь решаются политиками, от этого никуда не деться и надо играть по существующим правилам. Которые, кстати, и без того не соблюдаются — см. эпопею столичных и нарвских гимназий, безуспешно добивающихся от правительства положенного им права сохранить русский язык в качестве основного.

Юлле Мадизе аргументирует свою позицию, как типичный бюрократ, исходящий из оптимизации всего и вся, не глядя на нюансы и детали. Например, низкая успеваемость учеников русских школ в условиях обучения на неродном языке. Или тотальная нехватка педагогических кадров для такой унификации. Почему канцлер не говорит о маленькой зарплате учителей или отсутствии привлекательности у этой профессии для молодежи, а, как и политики, приходит к одним и тем же обсуждениям — как изжить русскую школу в Эстонии?

До тех пор, пока есть родители и дети, которые хотят получать среднее и гимназическое образование на русском языке, существующая система двух школ должна сохраняться. При этом образование на русском языке требует определенной модификации — формула 60/40 не достигает заявленной цели, а скорее является источником проблем как для педагогов, так и учеников, и их родителей.

Но выстраивание некой общей ”базовой платформы” в виде равного знания учениками эстонского языка должно вестись совершенно иными средствами — не показушными уроками географии на ломаном государственном языке, а бережным и ненасильственным его прививанием детям начиная с детского сада. Что, собственно, уже и происходит. Впрочем, лет через пять, учитывая нынешние темпы иммиграции в ЕС, боюсь, нам придется взглянуть на данную проблематику совсем с другой стороны!.. Тем не менее, еще раз хочу подчеркнуть, что канцлеру права негоже ввязываться в повседневную политику, тем более выступая перед столь уязвимым и, прямо скажем, ”подневольным” контингентом — нашими педагогами.