Еще немного о "допактовских" временах

 (97)
Вспоминая эти времена — до 23 августа 1939 года — (И.Павловский, DELFI 22.09.2008), даже опираясь на неоспоримые факты, но уводящие от событий в Прибалтике 1939 — 1940-х годов, легко заболтать их суть. Впрочем, в советско-российской историографии не нова попытка свалить на Мюнхен все беды, постигшие народы Балтии в 40-х годах ХХ столетия.

Как и для главного виновника тех бед, потрясших мир — Гитлера. Накануне своего самоубийства он писал: "Неверно, будто я или кто-либо другой в Германии хотел войны в 1939 году. Ее хотели и спровоцировали исключительно иностранные государственные деятели — сами евреи или люди, действовавшие в интересах евреев… Вряд ли можно обвинить меня, т.к. Англия и Франция согласились в Мюнхене со всеми моими требованиями… Они уступили по всем пунктам как трусы… пошли на все наши требования". (Последнее весьма напоминает аргументацию некоторых историков в отношении поведения стран Балтии в 1940 году!). Впрочем, короче, как говорили в бывшей Российской империи: "Англичанка гадит!". (Сейчас — "американка"?! А своя-то голова тогда зачем?)

Мюнхен создал атмосферу, в которой стали возможны эти события, но не суть идеологии великодержавности. Для Гитлера — это задача "возвысить германский народ до подобающего ему места в мире". А отсюда и необходимость в "жизненном пространстве" для этого. Для сталинской империи, "являющейся во всех основных чертах духовной продолжательницей дела империи Петра Великого" (А.Гитлер — "Завещание Гитлера", Альманах исторических сенсаций. М.: Раритет,1993), — это "восстановление страны — как считал Иосиф Сталин, — в границах территории Российской империи". К которому он, кстати, начал подготовку, "впервые неосторожно затронув эту тему в своем выступлении перед выпускниками военных академий в августе 1936 года", — отмечает бывший генерал-майор Главного разведывательного управления Минобороны СССР Владимир Родин (Черно-белая история, Вести недели №45-49, 2004).

И на совещании в Кремле 12 сентября 1938 года Сталин уже предложил конкретно "обсудить два варианта реализации этого плана. Первый. В странах-целях удается поднять народ против власти и без применения силы сменить ее. Второе. Взять страны силой и заменить власть".

После года размышлений, 18 августа 1939 года, на совещании у Сталина при обсуждении "вопроса переворота в Эстонии, Латвии и Литве, Жданов обещал поднять там восстания с помощью местных коммунистов. Сталин резко его оборвал: "Политическая наивность. Нет там коммунистических партий, способных поднять народ. (Надо отдать ему должное, — в Эстонии, например, коммунистов насчитывалось тогда в пределах 100 человек — Х.Л.). Мы должны работать с властью этих стран, — продолжил он. — Всеми методами. До подкупа, до угрозы".

Не устраивало Сталина и военное решение проблемы: "В Советский Союз вступают добровольно". Как осуществляется "добровольность" по советскому образцу, народы Балтии узнали вскоре — летом 1940-го.

Так что, как видим, утверждение И.Павловского, что "Вплоть до этого пакта (Молотова-Риббентропа) СССР вынужден был наблюдать, как "западные демократии" — Великобритания и Франция — "умиротворяют агрессора", только "наблюдать" — мягко говоря, не совсем точны. Наблюдал, примеривался и, получив карт-бланш — в секретных приложениях к пакту, СССР приступил к исполнению своих давно вынашивавшихся планов-намерений.

Между тем, ни выигрыша во времени, на что надеялся Сталин, ни улучшения стратегического положения на Западе от захвата части территории Польши и Прибалтики, как показало время, СССР не получил. Советские войска оказались на территории с враждебно настроенным к нему населением. Обустроить, укрепить новую границу не успели, а укрепления на старой границе были заброшена и частично демонтированы. Используя все это и разветвленную, хорошо обустроенную как шоссейную, так и железнодорожную сети Германии и Польши, германские войска молниеносно вытеснили Красную Армию на советскую территорию, где, по планам германского рейхсвера, по словам Гитлера, "мы могли разгромить ее… в болотах, на огромных топких пространствах".

Если уж говорить о более далеких, даже домюнхенских временах, "Мало кто знает (или, во всяком случае, старается об этом не "помнить" — Х.Л.) , что германский рейхсвер в обход версальских запретов с 1920-го по 1933 год набирал силу на советской земле. В СССР в тайне от всего мира создавались совместные военные производства и объекты ведения химической войны, полигоны и школы. Здесь обучался цвет фашистской армии. (Пожалуй, стоит напомнить несколько известных фамилий — Модель, Гудериан, Браухич, Кейтель, Манштейн и многие другие — Х.Л.).

Возрождение германских вооруженных сил в Советской России остается одной из самых поразительных глав современной истории. Именно в СССР были в значительной степени заложены основы будущих наступательных сил Германии, ставших в 1939 году ужасом для Европы, а в 1941-м обрушившихся на нашу страну", — пишут российские историки — кандидат исторических наук Т.С. Бушуева и доктор исторических наук Ю.Л. Дьяков в предисловии к подборке документов об этом. (Рейхсвер и Советы — тайный союз. Ж-л "Октябрь" №12 — 1991).

13 мая 1933 года, после прихода к власти в Германии фашистов, на приеме у германского посла в Москве известный советский военачальник М. Тухачевский сделал вожделенную, надо думать, для обоих режимов наметку будущих взаимоотношений: "…вы и мы, Германия и СССР, можем диктовать свои условия всему миру, если будем вместе". Идею объединения, к сожалению, удалось осуществить (увы, уже без маршала-прожектера!) 23 августа 1939 года. Опять же, к сожалению, во что это обошлось миру — нам известно.