"Не нравятся наши дороги — сдайте ребёнка в интернат". Или как одна беда России справляется с другой

 (69)

Петербуржцам, рискнувшим переехать за 180 км от города, предложили отдать второклассника в интернат. Так чиновники отреагировали на просьбу починить путь до школы, пишет 47News.

Жители деревни Баландино Пашского сельского поселения Волховского района Ленинградской области, что в 180 километрах от Санкт-Петербурга, в отличие от горожан с опаской ждут сообщений синоптиков о первых признаках весны. Как растает снег, в жижу превратится их единственная дорога до административного центра — деревни Паша. С тем, что будет сложно добраться до цивилизации, местные уже смирились. Но одной из семей предписано расставанье с ребёнком.

39-летний Алексей Кологреев с осени прошлого года пытается убедить местных чиновников организовать перевозку его девятилетнего сына до школы. Находится она в восьми километрах от их дома и, как и за большинством учеников региона, за ним мог бы заезжать специальный автобус. Такая программа существует в Ленобласти несколько лет, но нашим горожанам известна, конечно, по американским фильмам.

Заместитель главы администрации Волховского района по социальным вопросам Светлана Конева вникла в суть дела и сообщила отцу, что состояние дороги настолько неудовлетворительное, что государственный транспорт доковыляет до образовательного места за 1 час 20 минут. Это превышает санитарно-эпидемиологические нормы в два раза. Проследить за самим путешествием можно благодаря видео, снятому Кологреевым с видеорегистратора.

Поскольку ремонта трассы не планируется ранее лета 2020 года, выхода у родителей два. Во-первых, ребёнка можно перевести на заочную форму образования "с использованием дистанционных образовательных технологий". Во-вторых, сдать его в интернат на "очное обучение с круглосуточным пребыванием". Всё, естественно, является идеей не самой Коневой, а уложено в соответствующее федеральное законодательство.

От таких предложений супруги Кологреевы чуть оторопели. По словам Алексея Кологреева, он с женой и сыном переехал в Волховский район пять лет назад, полтора года назад прописались. У них есть квартира в Приморском районе Петербурга, но тяга к природе взяла своё. "Здесь грибы, здесь ягоды", — объясняет своеобразный дауншифтинг он.

На странице в социальной сети можно увидеть радостные фотографии совместных поездок на снегоходах, походов на рыбалку. В самой деревне, к слову, жителей почти нет. Их пятнадцать человек.

Таких, как они, семей с детьми, в округе ещё две, да и те живут чуть дальше, в Тайбольском. Одному из двух пап нужно каждое утро ездить в Пашу, у него есть УАЗик и он, кроме своего ребёнка, попутно забирает соседского. "Иначе им придётся переплывать через реку или переходить по льду, так короче. Если на колёсах, то вариант только с машиной. Минус — на службу мужчина едет рано, ребят поднимают в шесть утра. Я не готов к таким упражнениям", — говорит Алексей Кологреев.

В администрации Волховского района не стали отказываться от своих слов. Светлана Конева ответила 47news, что государство в ее и лицах других коллег произвело расчёты. Поскольку дорога муниципальная, из местного бюджета нужно выделить 30 миллионов рублей. Это притом, что доходная часть главной сметы — 40 миллионов, если иметь в виду нынешний год.

Уточнять, о какой семье заводит речь журналист, Коневой не нужно, но у неё есть и своё, частное мнение. По её словам, Кологреевы, переезжая из Северной столицы, должны были понимать, куда везут сына.

"Они просто не оценили реальность. Приехали сюда со своим питерским менталитетом, будто им все должны. Другие же как-то справляются, нашли выход с соседом на УАЗике. Его мы тоже знаем, он в администрации Паши работает. Могли чем-то пожертвовать, вставал бы ребёнок чуть раньше", — добавляет она.

В той самой реальности, куда пришлось окунуться понаехавшим, сдавать ребёнка в интернат для получения образования ещё десяток лет назад было нормой. В Пашской школе насчитывается 330 учеников, двести из них сегодня привозят на автобусах. Причём справляются силами нескольких автобусов, делающих не по одному рейсу за утро. До появления специальной программы, недалеко от места получения знаний находились те самые общежития, если можно так назвать, для детей. В будни они были на обеспечении государства, на выходные возвращались домой.

- Мы понимаем, это не лучшая мера. Но на том же Крайнем Севере люди так и живут, — говорит она.

Когда в беседе уточняю, что сравнивать с той же Якутией, где попробовали привозить в школу на вертолётах, а потом поняли, что пятидневка с проживанием — выгоднее для бюджета, не стоит. Всё же, от второй столицы России до Паши — два часа.

- Вы понимаете, что отдать домашнего мальчика на пятидневку — это то же самое для психики, что сдать его в детский дом? — задаю вопрос я.

Чиновница добродушно соглашается, мимолётом признаваясь, что как такового места для проживания Кологреева-младшего сегодня в Паше и нет. "Если родители примут такое решение, нам нужно будет найти место где-то, оборудовать комнату, душ и туалет, найти воспитателя, проживающего с ним днём и ночью, четырёхразовое питание", — рассуждает она.

В голове встают кадры из душевного советского фильма "Уроки французского". Там пацану, отправленному в школу из деревни, такие условия показались бы счастьем. Как и десяткам тысячам его реальных прототипов. Но всё же, снова проговариваем мы: послевоенное время давно закончилось.

- Не можем мы ради одного ребёнка тратить тридцать миллионов на дорогу. Менять маршрут рейсов тоже нельзя, ведь тогда остальные не будут приезжать вовремя, — отрезает Конева, ввинчивая, что за эти деньги можно закатать все проблемные дворы в приличный асфальт. И это правда.

В качестве аргумента собеседница вспоминает множество других случаев той же местности, когда детям приходилось, кому через лес, кому через реку, добираться до храма знаний. "Да я могу много примеров привести, когда дети, добирающиеся с трудом, заканчивали с золотой медалью, выигрывали олимпиады", — парирует она. Становится ясно, что слова о менталитете здесь реальны, а не случайны. Становится даже не по себе за вырванного пару лет назад из подобной среды мальчика Арсения, каждый день переплывающего реку на лодке.

В качестве выхода из положения может стать появление соответствующего решения суда, в котором администрацию обяжут сделать дорогу. "Тут уж мы никуда не денемся", — вроде как подсказывает она. Правда, прокуратура обращала внимание на плачевное состояние инфраструктуры ещё три года назад.

Тогда представитель надзорного ведомства прокатился по пути "Паша-Ручьи-Устеево-Баландино-Тобольское" и выяснил, что на всём протяжении, то есть на восьми километрах, присутствуют выбоины и просадки, из-за чего "движение транспорта затруднено". На асфальтовом покрытии длиной 3,5 километра проезд легкового транспорта возможен. На грунтовом покрытии в 5,5 километра движение транспорта затруднено. Также есть вероятность застрять посреди железнодорожных путей. Почему за это время представление прокуратуры, требовавшей принять меры по обеспечению транспортной доступности населённых пунктов, не выполнено, сегодня и не узнать, ведь в районе с тех пор постоянно менялась власть.

Отдавать ребёнка чета Кологреевых не собирается. Сегодня у них есть внедорожник Toyota Highlander. ”Если бы его не было, не знаю, как бы мы были. Легковая тут не проезжает. А что будет весной, даже и не знаю. Ни сотовой связи толком, трактор будет нужен", — напоминает отец семейства.

Пока мы готовили материал, с Кологреевым связались из местной администрации и предложили рассмотреть вариант организовать им такси. Глава администрации Алексей Брицун сообщил 47news, что провёл совещание с подчинёнными и высказал всё, что о них думает.

- У меня зла не хватает, честно говоря. Школа заключит договор с лицензированным такси, возить будут всех троих детей. Максимум, что мы потратим — 20 тысяч рублей в месяц. Главное, чтобы уложились в норматив доставки, сорок минут. Весной доделаем ямы, а потом уже будем думать о капитальном строительстве, — пообещал он.

Под конец произнёс: "Даже интересно, скольким семьям пришли подобные предложения?".