Кто и почему мог убить комбата "Сомали" Гиви
![](https://images.delfi.ee/media-api-image-cropper/v1/9e234dc0-b88f-11eb-aead-c722e2d019d7.jpg?noup&w=1200&h=711&ch=0.7109&cw=1&cx=0&cy=0.079&r=16:9)
Рано утром в среду в пригороде Донецка был убит Михаил Толстых, командир батальона донбасских сепаратистов "Сомали", известный по прозвищу Гиви. В его кабинет на базе батальона выстрелили из реактивного пехотного огнемета "Шмель". Русская служба Би-би-си попросила прокомментировать это убийство, которое власти самопровозглашенной ДНР уже назвали терактом, журналистов, работавших на востоке Украины.
За последние два года в Донбассе был убит целый ряд видных полевых командиров вооруженных формирований. Ни один из них не погиб в ходе боев с украинскими военными.
В так называемом "министерстве обороны" самопровозглашенной "Донецкой народной республики" уже сказали, что к убийству Толстых-Гиви причастны власти Украины и возложили ответственность на советника главы украинского МВД Зоряна Шкиряка. "Обращаюсь ко всем украинским властям и военнослужащим. Всех вы нас не перестреляете!", — заявил глава ДНР Александр Захарченко.
"В начале 2017 года: Михаил Толстых, Олег Анащенко, Валерий Болотов присоединились к своим террористическим собратьям, уничтоженным кремлевскими хозяевами в 2016 и 2015 году. Битые карты", — написал, в свою очередь, в "Фейсбуке" Артем Шевченко, глава департамента коммуникаций МВД Украины.
Кто такой Михаил Толстых-Гиви, как он стал участником вооруженного конфликта на востоке Украины, кто мог его убить и каковы могут быть последствия этого убийства? Эти вопросы Русская служба Би-би-си задала двум журналистам, работавшим в Донбассе.
Илья Барабанов, специальный корреспондент ИД "Коммерсант":
Михаил Толстых, как и Арсений Павлов (позывной "Моторола", командовал батальоном донбасских сепаратистов "Спарта", погиб при взрыве в октябре 2016 года) прославился, получил известность во время боев за аэропорт Донецка, которые шли до января 2015 года. Они выступали как основные спикеры, лица этой войны для официальных российских медиа. У каждого была понятная роль, амплуа.
Павлов — образец ополченца, человека от земли, который приехал помогать братскому народу Донбасса. Гиви — выходец из местных, коренной дончанин (хотя насколько коренной — надо еще разбираться). Защищает свою землю и свой народ.
Пока шла активная фаза боевых действий, эти люди были нужны. Но после второго Минска надобность в ярких командирах резко отпала — бюрократия и яркость вещи несовместимые. Стало ясно, что шансы выжить есть только у тех, кто будет менее ярким. Так в ЛНР исчезли Дремов [Павел Дремов, позывной Бат", погиб 12 декабря 2015 года при взрыве автомобиля по пути на свою свадьбу], Бэтмэн [Александр Беднов, бывший министр обороны самопровозглашенной ЛНР, убит 1 января во время расстрела колонны], Мозговой [Алексей Мозговой, командир батальона "Призрак", погиб в ходе обстрела его автомобиля 23 мая 2015 года] — они не хотели встраиваться в вертикаль.
В Донецке предпочитали договариваться. Отпала надобность в Стрелкове [Игорь Гиркин, бывший "министр обороны" ДНР, сейчас живет в Москве], Безлере [Игорь Безлер, позывной Бес, бывший командующий "народным ополчением Донбасса"] — их вывозили, выводили из игры. Сейчас выводить особо некого. Важно вспомнить, что после взрыва, при котором погиб Павлов, Толстых хотел сбежать и вывезти семью в Приднестровье.
Вопрос, почему от него решили избавиться именно сейчас, что случилось? Понятно, что это не украинская диверсионная группа — они вообще не имеют отношения к гибелям командиров в ДНР. Есть бизнес, имущественные дела. Есть слухи, что он "допиливал" завод в Горловке — на цветмет, и продавал в Россию.
Поскольку мы наблюдаем обострение ситуации, может быть, это внутренний конфликт. Кто-то мог решить использовать ситуацию, оказать давление на российские власти.
В любом случае на этом, если мне не изменяет память, череду убийств командиров можно заканчивать. В Донецке остается только бывший командир "Востока" Ходаковский [Александр Ходаковский, бывший секретарь "совбеза ДНР", позже объявивший об уходе в оппозицию]. Индивидуальностей, по большому счету, больше нет. На его месте я бы подумал о том, чтобы из Донецка побыстрее уехать.
С одной стороны, мы постоянно слышим от официальных [российских] пропагандистов о том, что танки ДНР скоро будут в Киеве, а политолог [Сергей] Марков рассказывает, как монгольский университет называл армию Донбасса одной из сильнейших в мире. Потом эти же люди рассказывают нам о таинственной диверсионной группе, и это ни у кого почему-то не вызывает диссонанса.
Но мы находимся в зоне турбулентности, учитывая напряженную обстановку вокруг Авдеевки, на мариупольском направлении. Вторым минским соглашениям скоро два года. Стало очевидно, что выполнить их не удастся, даже пункт об обмене пленными. Неисполнимость рано или должны будут признать и официальные политики, но альтернативой мирным соглашениям может быть только новый виток боевых действий.
Те, кто устранил Михаила Толстых, именно к этому, возможно, и хотят привести ситуацию.
Александр Сладков, специальный корреспондент ВГТРК:
Гиви был известным командиром, который начинал свой путь из недр донецких событий. Высокий, смуглый, работоспособный, подтянутый. Любимые виды спорта — бокс, футбол. Его дед, участвовавший в Великой Отечественной войне, имел прозвище Гиви; это же прозвище он взял в качестве позывного здесь, во время войны. Сам по себе — подвижный, резкий, дерзкий, высказывающий все в глаза человек, который интересовался последние три года идеями "Донбасской народной республики" и военным делом.
Сначала он командовал ротой, затем танковым батальоном и закончил свою жизнь в должности командира мотострелкового батальона. Его смерть связана с попаданием термобарического снаряда реактивного пехотного огнемета "Шмель", объемный взрыв которого сжигает все живое в течение 0,4 секунды.
Так как он воевал против вооруженных сил Украины, прежде всего его смерть могла быть выгодна вооруженным силам Украины как противнику "Донецкой народной республики". В первую очередь заинтересованы они.
Моя же точка зрения — тезисы могут лежать вокруг украинских диверсионных групп, которые действуют в Донецке. Если это так, то сделано это филигранно в профессиональном плане и чисто — сделали и ушли.
Борьба за власть здесь происходит постоянно: были праймериз, были выборы — выборы мэров муниципальных образований. Борьба-то, она продолжается, это везде, это легитимный процесс. Я не думаю, что смерть Гиви связана с такой борьбой за власть. Это все продолжение войны, которую ни Запад, ни Восток никак не остановят. Все это война, а все остальное — это уже следствие этого явления.
На самом деле процессы очень острые, и они, естественно, должны насторожить не только жителей Донецка или Украины, но и жителей Европы и Российской Федерации, потому что если будет диверсионная война, она будет убивать людей, которые защищают ту или иную идею и на Западе, и в России, и в СНГ. Это очень опасное явление, которое может очень быстро и негативно сказаться на жизни простых людей.
Я не думаю, что смерть Гиви связана с недавней эскалацией в регионе. Нельзя просто так выскочить, как черт из табакерки, пустить термобарический снаряд и уйти. Все эти вещи — они готовятся тщательно, не один месяц.