Отличались ли шведские девяностые от эстонских? Рецензия на фильм „Белая дрянь“
![](https://images.delfi.ee/media-api-image-cropper/v1/abfe6570-ee16-11ec-80d6-db48d550ad4d.jpg?noup&w=1200&h=711)
Кинокритик П.И.Филимонов написал рецензию на новый шведский фильм „Белая дрянь“. О чем фильм и стоит ли его смотреть тем, кто ностальгирует по эпохе девяностых? Ответ - в тексте.
„Белым мусором“, „белой дрянью“ и прочими неприятными словами в американской культуре принято называть белых, которые находятся по своему социальному статусу, типа, ниже тех чёрных, которые находятся по своему статусу очень низко (если вы понимаете, о чём я). Термин, понятное дело, довольно по своей сути расистский, потому что интуитивно кажется, что „белый мусор“ предполагает наличие а) белого „немусора“ и б) мусора чёрного. Короче, люмпены, гопники, парни с нашего района, вот это всё. Впрочем, название фильма может, конечно, отсылать и к наркотикам, о которых там тоже идёт какая-то речь.
Тем более, что в фильме Тобиаса Нордквиста никакой речи о расовых столкновениях не идёт, потому что речь про шведскую реальность, где расовые столкновения, возможно, и стали несколько более актуальны с притоком мигрантов и беженцев, но всё ещё остаются довольно гипотетическими. В фильме рассказывается довольно неясная история про жизнь криминальной части шведского общества в неназываемые годы. Например, это могут быть и наши дни, но отчего-то волей-неволей кажется, что речь идёт о так называемых „лихих“ девяностых (глядя на которые из дня сегодняшнего прямо так даже и мечтается об их возвращении), в которые, как известно „убивали людей, и все бегали абсолютно голые“.
Шведские девяностые в этом смысле ничуть не отличаются от девяностых в наших краях, во всяком случае, это следует из фильма. Фильм, надо сказать, тоже немножко похож на пост-советское кино девяностых или вот на так называемое американское независимое кино, вся независимость которого заключается исключительно в отсутствии денег на съёмки. Протагонист фильма едет неизвестно куда неизвестно откуда – такой беспечный ездок, последний бойскаут и одинокий ковбой в одном флаконе, и то ли случайно, то ли специально – его не поймёшь, он особенно много не разговаривает – встревает в не менее мутную, чем сюжет фильма, историю с наркотрафиком.
Тут же непременно оказывается и красивая девушка с трудной судьбой (украшение этого фильма Ида Энгволл), которую, понятно, тоже завёртывает в ту же карусель.
И вот когда у авторов заканчиваются силы на экспозицию и завязку, кино вдруг становится смотрибельным. Тут есть всё, что мы так любили в малобюджетных боевиках – уже упомянутый одинокий герой романтического толка с тревожными воспоминаниями (немножко фрейдизма нам подсовывают авторы, хотя с мотивационной точки зрения он там и не совсем нужен), харизматичный злодей, коррелирующий с воспоминаниями героя, довольно колоритные пособники главного злодея. Людей – убивают, голыми – не все, но бегают, кровища льётся в изобилии, жестокости в кадре хватает, сцены драк и прочей поножовщины реалистичны местами до натуралистичности. В таких фильмах изначальная история довольно скоро становится неважна, просто с азартом следишь за перестрелками и выбираешь себе сторону, за которую болеть – точнее, авторы фильма сами нам её явно подсовывают. Вся разница только в том, ждёт ли нас счастливый конец или нет.
Фильм всё-таки европейский, поэтому, как модно говорить по другому поводу, всё не так однозначно. Одно могу сказать наверняка – если вы когда-то ходили в видеопрокаты и выбирали там из кассет третьего уже ряда те боевики или там гангстерские фильмы, которых вы ещё пока не видели, и выбор ваш становился всё труднее, а вы всё равно не сдавались, то заключительная часть „Белой дряни“ вам понравится.