Суд начался: директор нарвского детсада категорически не признает себя виновной

 (25)
Многие хотели эстонского директора для эстонского садика
Суд начался: директор нарвского детсада категорически не признает себя виновной
Татьяна Корелина и Александр ГамазинRoman Vikulov, Delfi

Сегодня в Нарвском доме Вируского суда началось рассмотрение дела директора нарвского детского сада Татьяны Корелиной, которую обвиняют в том, что она передала в городской Отдел культуры несоответствующую действительности таблицу рабочего времени, на основании которой ряду работников детсада были произведены выплаты за день, в который они фактически не работали. Подозрения в том, что директор подделала подписи работников, не подтвердились на стадии досудебного расследования, а защитник Корелиной убежден в том, что рассматриваемая в суде ситуация была инициирована теми, кто жаждет ее смещения с поста директора.

В самом начале заседания окружной прокурор Лийна Пикма заявила о том, что судебный переводчик не должен переводить на эстонский и слова защитника, которым в данном деле выступает известный нарвский юрист Александр Гамазин, так как закон не устанавливает такой обязанности.

”Если защитнику нужна помощь переводчика, он должен взять его с собой”, — сказала Пикма, отметив, что использование в таком случае судебного переводчика приводит к увеличению процессуальных расходов, а также призвав ”поберечь” штатного работника.

Александр Гамазин в свою очередь заявил, что не дело прокурора высказывать мнение об организации судебного процесса, так как только суд отвечает за соблюдение прав обвиняемого. Гамазин также указал на то, что ни о какой экономии и ”сбережении” судебного переводчика речь идти не может, так как, выступай он на эстонском, переводчику опять же пришлось бы переводить его слова — уже на русский, являющийся родным языком Татьяны Корелиной, посчитавшей, что перевод в ходе судебного заседания ей необходим.

Судья Иннокентий Меньшиков согласился, что судебный переводчик должен переводить и то, что говорит защитник.

19 ноября 2016 года 11 педагогов и помощников педагогов ”Красной шапочки”, работающие по программе языкового погружения, должны были отправиться на ”Полярную мызу” Кукрузе, где планировалась экскурсия на эстонском на тему истории уезда.

Поездку стоимостью 300 евро оплачивал образовательный фонд Innova. За пару дней до назначенной на субботу поездки от нее отказалось абсолютное большинство педагогов, вошедших в первоначальный список. Директор предложила поучаствовать в ней желающим, в том числе техническим работникам, на добровольной основе, и набралось 14 человек. Они побывали на мызе, но список участников изменен не был, и поехавшие подписались напротив фамилий оставшихся дома коллег, получив свидетельства об участии в мероприятии не на свое имя, сочтя, что это простая формальность.

Отдел культуры заплатил организатору мероприятия предоставленными Innova средствами. По версии Корелиной, именно бухгалтеры обратили внимание на то, что мероприятие прошло в субботу, сочтя, что участникам поездки нужно оплатить рабочие часы в этот день, затребовав все необходимые для этого документы. Таким образом ”работа” в тот день была оплачена тем, кто в поездке не участвовал, а те, кто съездил добровольно, денег не получили.

Татьяну Корелину обвиняют в том, что она ввела в заблуждение нарвский Отдел культуры, представив ему таблицу рабочего времени, на основании которой ряду работников детсада была выплачена зарплата за 19 ноября 2016 года, когда они, якобы, находились на обучении — фактически на нем отсутствовали. А также в том, что подписала и подала отчет об учебной поездке, отметив в качестве участников входивших в первоначальный список и получивших свидетельства от организующей обучение фирмы людей, что не соответствовало действительности.

”Виновной себя абсолютно не признаю”, — ответила директор детсада на соответствующий вопрос судьи.

В деле более 20 свидетелей. После выступления первых из них, Александр Гамазин предложил отказаться от вызова остальных, так как бухгалтеры Отдела культуры уже дали показания, а работники детсада еще на стадии досудебного расследования все как один подтвердили, что их подписи подделаны не были, хотя прокуратура изначально заявляла именно об этом. Отказ от допроса свидетелей судья посчитал абсолютно невозможным, так как сторона обвинения считает важным их участие в судебном процессе.

ТОП

Татьяна Корелина стала директором ”Красной шапочки” той же осенью 2016 года, выиграв соответствующий конкурс, итоги которого распоряжением горуправы были утверждены 21 сентября. Корелина вошла в конфронтацию с нарвскими властями в 2014 году, являясь тогда директором детсада Kuldkallake и возглавив борьбу за сохранение этого учебного заведения. В конце концов, детский сад объединили с другим дошкольным учреждением, а большинство сотрудников, в том числе и Татьяну Корелину, сократили.

Приход Корелиной на директорское кресло ”Красной шапочки” вызвал противодействие некоторых представителей городским властей, части педагогов, а также отдельных родителей воспитанников детсада, считавших, что единственный эстонский детский сад в Нарве должен возглавлять именно эстонец.

Защитник Татьяна Корелиной в суде Александр Гамазин утверждает, что судебное дело — результат этого противостояния.

”Все началось с пикетов, участники которых говорили, что эстонскому детскому саду нужен эстонский директор. Потом было оспаривание в суде решения конкурсной комиссии, инициированное одной из участниц конкурса. Для этого суда были нужны материалы, компрометирующие Корелину как директора: собрали десятки жалоб — от родителей, учителей. Корелиной напрямую говорили, что она зря сунулась в этот садик и еще пожалеет об этом, — говорит Гамазин. — В декабре одна из педагогов подняла шум, обнаружив, что ей были выплачены командировочные расходы за поездку, в которой она не участвовала. Потом выяснилось, что напротив фамилий стоят совсем другие подписи. Тогда эта педагог обратилась в прокуратуру с заявлением о подделке подписей. Было открыто дело. И я бы открыл, скажу как бывший следователь — ситуация серьезная. Вскоре выяснилось, что подписи не поддельные. Причем, когда свидетельства привезли из Кукрузе и раздали всем — никаких вопросов это вообще не вызвало. По сути это была поощрительная поездка — она не входила в программу обучения”.

Гамазин считает, что на этом дело следовало закрыть, так как факт подделки не подтвердился.

”Но так как поездка была в субботу, у Корелиной затребовали уточняющий табель, в котором нужно было указать, что это был рабочий день для участников поездки. Она издала соответствующий приказ и подала уточняющий табель, приведя все в соответствие. У нее была дилемма — или аннулировать свидетельства, представленные в Отдел культуры, не оплачивать счет, вызывать скандал, или выполнить распоряжение бухгалтеров, — поясняет Александр Гамазин. — Корелина считала, что это уже не учебная поездка, а просто экскурсия. За день до нее из первоначального списка почти все отказались, и были набраны те, кто вообще был готов послушать про исторические места на эстонском языке. Все остались довольны, и, конечно, не требовали себе никакой оплаты за приятную и полезную поездку”.

Александр Гамазин подчеркивает, что Татьяна Корелина находилась в очень сложной ситуации.

”В Кодексе о наказаниях есть норма о том, что преступлением не является ситуация, когда должностное лицо находилось в положении коллизии — между необходимостью исполнения должностных обязанностей и возможностью причинения какого-то вреда. "Деяние, совершением которого нарушается юридическая обязанность, не является противоправным, если лицо должно одновременно выполнять несколько юридических обязанностей и не имеет возможности выполнить все обязанности, но делает все от него зависящее для выполнения обязанности, которая является не менее существенной, чем нарушаемая обязанность”, — говорится в 30 статье кодекса. Могло получиться, что вред был бы причинен больший, когда люди отправились бы в поездку, но, увидев не свои фамилий и отказавшись подписываться за других вернулись бы назад — субботний отдых был бы испорчен. Пересоставлять список и готовить новые свидетельства также было невозможно, хотя бы потому, что наверняка не у всех были удостоверения личности с собой. Да и стал бы кто-то этим заниматься в субботу? Опять вероятность скандала, недовольства”, — рассуждает Гамазин.

Защитник указывает на то, что к делу не были приобщены материалы, свидетельствующие о наличии конфликта между Татьяной Корелиной и теми, кто желал бы ее устранения с места директора, что, по его мнению, может помещать суду разобраться в настоящей подоплеке дела.

Судебное решение будет на принято не скоро — прения сторон назначены на 7 июня. Заседания суда по делу Корелиной пройдут в эти четверг и пятницу, на следующей неделе — в понедельник, вторник, среду.

Tallinn Hockey weekend
Оставить комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами
Транслит
Читать комментарии Читать комментарии