”Папа трогал меня”: ребенок рассказал, что отец делал с ним страшные вещи, но доказать это не удалось

 (59)
”Папа трогал меня”: ребенок рассказал, что отец делал с ним страшные вещи, но доказать это не удалось
Foto: MK Estonia

Жительница Таллинна Мария (здесь и далее все имена изменены — прим. ред.) уже несколько лет борется за ребенка и подозревает бывшего мужа в педофилии. Но, несмотря на все ее заверения, что отец совершал с мальчиком ненадлежащие действия сексуального характера, полиция закрыла дело за недоказанностью вины, а суд в итоге вообще отдал ребенка отцу. Эксперты сочли, что мать слишком уж часто водит ребенка к докторам, и это ненормально.

Мария и Александр познакомились в 2011 году. Вскоре родился и их сын, которого назвали в честь отца. Но жизнь не заладилась, пишет "МК Эстония".

”Последней каплей стало то, что когда мы пришли в гости поздравить ребенка с днем рождения, он ударил меня, — жалуется Наталья, бабушка мальчика и мама Марии. — Он не любил гостей и требовал, чтобы дочь предупреждала его каждый раз, когда кто-то собирается прийти. И приходил домой с работы, чтобы присутствовать. В этот раз он не пускал ребенка ко мне, хотя я пришла поздравить именно ребенка с днем рождения, а потом и вообще применил физическое насилие”.

Это подтверждается и документами: было возбуждено уголовное дело, и в итоге Александра, который согласился с тем, что он это совершил, признали виновным и обязали выплатить штраф в размере 500 евро.

Не хватило доказательств

”После этого дочь забрала ребенка и ушла от него, — рассказывает бабушка мальчика. — И подала в суд на развод и прекращение совместной опеки. А он подал в суд на установление порядка общения. Требовал, чтобы мальчик оставался у него с ночевками”.

Мама и бабушка были категорически против.

”После того, как они разошлись, он несколько раз брал к себе ребенка. После этого внук стал говорить слова ”пися” и ”попа”, рассказывал про всякие непотребности, которые вытворял с ним отец, — рассказывает бабушка. — Также ребенок постоянно поправлял трусики и штанишки, ему все время что-то в той области мешало. Едет в автобусе и нараспев: ”Пи-и-ся, пи-и-ся”. Люди смотрят, мы не знаем уже, как отвлечь”.

Наталья добавляет, что ребенок после визитов к отцу также не мог больше умываться — как только на него попадали брызги, он впадал в истерику. После расспросов он признался: ”Папа писал на меня капельками!”

Мария и Наталья побежали в полицию, где написали заявление с просьбой проверить, что на самом деле происходило между отцом и сыном.
”И, разумеется, мы были против дальнейших их встреч, — категорически говорит бабушка. — Ведь неизвестно, что он там с ребенком вытворял”.
Тем не менее, по словам Натальи, папа как-то пришел к сыну в садик и стал ему угрожать.

”Мол, если ты будешь рассказывать кому-то, что было в квартире, я тебя увезу в лес и выброшу в речку, — передает она слова. — И маму с бабушкой тоже убью. После этого ребенок во время тихого часа в садике описался, а потом и вовсе отказался в садик ходить — боялся, что папа снова туда придет”.

Тем временем полиция возбудила уголовное дело и вызвала маму с Сашей на допрос.

”После допроса следователь вышла вся белая и сказала, что да, ребенок все подтвердил и на кукле показал, и она будет звонить прокурору”, — описывает ситуацию бабушка мальчика.

Мария заплакала. Ребенок был признан потерпевшим и в рамках программы помощи жертвам посещал песочную терапию.

Допросили потом бабушку и маму, но затем что-то пошло не так.

”Саша стал рассказывать новые подробности, — говорит бабушка. — Но когда следователь его второй раз вызвала на допрос, она не смогла его нормально разговорить, и он на многие вопросы отвечал, что не помнит. В итоге они не нашли ничего лучшего, как закрыть дело. Мол, вина мало доказана, все сомнения трактуются в пользу подозреваемого. Но почему не в пользу ребенка?”

Из решения прокуратуры о закрытии дела можно вычитать, что следователь пришла к выводу, что бабушка и мама якобы специально настраивают ребенка против отца, чтобы повлиять на исход судебного дела.

Справка справке рознь

Тем временем вовсю шел процесс в суде. Бывший муж Марии решил забрать ребенка себе.

ТОП

”И суд встал на его сторону! — возмущается Наталья. — Назначили ребенку, отцу и дочери экспертизу, чтобы выяснить, были ли совершены преступления сексуального характера по отношению к ребенку. А вместо этого эксперты заявили, что у дочери — паранойя по отношению к бывшему мужу, она как бы делает из ребенка жертву и не видит его будущего!”
Бабушка не понимает, что значит ”мать не видит будущего ребенка”? И показывает справки из подготовительной школы, где педагоги рассказывают об успехах мальчика, бумаги из футбольного клуба, где ребенок занимается с трех лет, характеристику из детского сада, где хвалят его способности.

Как выясняется из заключения, немаловажную роль сыграла и обеспокоенность Марии по поводу своего ребенка. Из документов следует, что ребенок часто болел и Мария обращалась с ним к врачу. Также у него время от времени, как следует из выписки, преимущественно после встреч с отцом, возникал нервный тик и другие нарушения, свидетельствующие о стрессе и психологическом напряжении. Так вот, эксперты сочли, что мать слишком уж часто обращается по поводу здоровья к врачу. И в заключении говорится, что она таким образом ”делает из него жертву”.

”Что же касается отца, то специалисты, просто побеседовав с ним, пришли к выводу, что он ”не мог совершать действий сексуального характера по отношению к своему сыну!” — возмущается бабушка. — То есть беседы достаточно, чтобы одной поставить диагнозы ”паранойя” и ”синдром Мюнхгаузена”, а второго — полностью обелить…”

Она показывает и справку от психиатра, к которому Мария сходила после экспертизы. В справке черным по белому указано, что отклонений у нее не выявлено.

”Тем не менее, суд не принял это во внимание, хотя этот известный психиатр с именем был готов прийти в суд и давать показания, — возмущается Наталья. — То есть одно заключение специалистов суд принимает во внимание, а другое — нет? Но это же противоречит закону, согласно которому суд должен уделять одинаковое внимание всем доказательствам и не отдавать предпочтение тому или иному”.

Она приводит еще один пример, который ее крайне возмущает.

”После того, как полиция закрыла уголовное дело, видеозапись, где ребенок рассказывает все, что сотворил с ним отец, посмотрела психолог с многолетним стажем Юлле Кальвик. И пришла к заключению, что ребенок описывает все то, что с ним действительно происходило, — говорит бабушка. — Что ребенка действительно домогался его отец, а мальчик был вынужден терпеть все эти домогательства на протяжении долгого времени. И в ближайшие два года не должно быть категорически никаких встреч с ним, а потом — только в присутствии мамы. Иначе он потеряет доверие и к маме”.

Тем не менее, суд не принял эту бумагу во внимание, мол, она лишь смотрела видео, а не встречалась с ребенком лично.

”И когда она встретилась с ним, то вообще была в ужасе от того, что малыш пережил. Написала заключение, однако это вообще не повлияло на исход дела — как будто его и не было”, — возмущается бабушка.

Неожиданный поворот

Отец ребенка, узнав, что заключение составляла Кальвик, написал ей письмо, в котором просил ее, как только Мария еще раз придет к ней на прием, немедленно уведомить его об этом.

”Он пытается все контролировать, — говорит бабушка. — И, по мнению Кальвик, педофилы всячески отрицают то, что они ведут себя ненормально, а также пытаются воздействовать на свидетелей”.

В итоге назначили экспертизу, на основании которой было внезапно решено, что Мария ведет себя не нормально по отношению к ребенку и его отцу, и суд принял решение отдать ребенка на проживание папе.

”Это было ужасно! Я ребенка три года выхаживала после того, что он с ним делал, и ни полиция, ни суды не смогли малыша защитить. Как мы уговаривали его туда пойти… — рассказывает со слезами на глазах Наталья. — Он до этого и слышать не хотел ничего о папе, а тут нужно уговорить его пойти к нему! Мы сказали ему, что это на чуть-чуть, что вечером мы его заберем. Если бы он знал, что это навсегда, он бы никогда туда не пошел…”

В тот же вечер ребенок позвонил около полуночи маме и сказал: ”Мама, забери меня скорее отсюда!” Но когда Мария пришла в квартиру, где был бывший муж с ребенком, он ее даже не пустил на порог. Она вызвала полицию, чтобы все же увидеть сына и убедиться, что с ребенком все нормально.

”Когда прибыл патруль, он сказал, что офицер штаба. Те сразу сникли, — описывает Наталья. — Он всегда так: наденет форму, начинает говорить по-эстонски и сразу же располагает к себе. В общем, ситуация ужасная. Ночь на дворе, ребенок не спит, хочет к маме, а он его не пускает… Мы внуку дали и телефон, и планшет, но отец сменил номер, и после этого давал ему сказать только по телефону два-три слова, и связь обрывалась”.

Соцработник по месту жительства, по ее словам, встала в этой ситуации на сторону отца. Долгое время мать не видела своего ребенка. И только когда Мария написала напрямую старейшине, ей дали увидеть сына.

”Он был забитый, боялся слово лишнее сказать, все время оглядывался на отца, — описывает бабушка. — Худой, синяки под глазами, какой-то осунувшийся”.

В итоге Мария и Наталья потратили огромные суммы денег на суды, чтобы защитить своего ребенка от отца, который, по словам малыша, делал с ним страшные вещи, а в итоге мальчика отдали отцу, и они теперь его могут лишь изредка видеть.

”Ладно, пусть полиция и прокуратура не увидели в его действиях состава преступления… — говорит Наталья. — Но ребенок теперь постоянно живет в этих условиях, он полностью во власти отца, он может делать с ним теперь все это безнаказанно. Он же полностью лишит его детства! А суды встали на его сторону, и все попытки защитить мальчика и спасти его психику потерпели поражение…”

Она говорит, что дочь продала машину, что они обе работают только на адвокатов, однако все суды — на стороне отца.

Без комментариев!

Александр отказался комментировать ситуацию, заявив лишь, что все, что говорят бывшие жена и теща, не соответствует действительности.
”Звоните в управу, там есть сотрудник службы защиты детей, там и прокомментируют все”, — сказал он.

Если же почитать акт экспертизы, то выясняется, что мужчине даже думать противно о тех деяниях, которые ему приписывают бывшая жена и теща, и он считает, что они специально все это выдумывают, чтобы не давать ему общаться с сыном. Также он полагает, что нахождение ребенка в таких условиях, где на него постоянно оказывается психологическое давление, где его унижают, настраивают против отца и заставляют говорить всякие мерзости, просто опасно для психики малыша.

В управе по месту жительства семьи сказали, что есть решение суда. И если родители не могут договориться о порядке общения с ребенком, они могут обратиться к специалисту по защите детей, который поможет найти решение в интересах ребенка.

Тем не менее, после звонка ”МК-Эстонии” отцу ребенка и запроса в управу ситуация улучшилась, и отец разрешил маленькому Саше провести с мамой и бабушкой почти целую неделю.

”Да, сейчас он нам дает видеть ребенка, но как долго это все продлится — неизвестно, — констатирует бабушка. — Ребенок теперь все время, когда приходит к нам, говорит: ”Я не хочу с ним жить! Папа говорит, что закон такой, что я должен с ним жить. Но когда-нибудь будет другой закон?”.

Она добавляет, что ребенок явно хочет жить с мамой, каждый раз не хочет уходить, каждое утро, когда они расстаются, потому что надо вести его в садик, плачет. Но желание ребенка не учитывает пока что никто — ни суд, ни соцотдел.

Оставить комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами
Транслит
Читать комментарии Читать комментарии