Июльским пятничным утром 2017 года Арья забрала свой велосипед из ремонта, вернулась домой и заварила кофе. Но еще до того как последние капли напитка упали в кувшин, она лежала на крыльце своего дома, вся в крови, еле дыша и пытаясь позвать на помощь. Потому что муж вонзил в нее филейный нож тридцать раз.

Это произошло в небольшом местечке Рауталампи, где проживает всего три тысячи человек. Об убийстве активно писали в средствах массовой информации — даже слишком активно, если спросить у родственников убитой. Общественности рассказали даже о том, что суд обязал мужа выплатить двум сестрам жертвы денежную компенсацию в размере нескольких тысяч евро.

Но ни в одной из статей не говорилось о том, что осужденный за убийство мужчина унаследовал имущество убитой им жены. В том числе родовое гнездо семьи, где Арья жила с мужем. Дом был продан, чтобы сёстры получили причитающуюся по суду компенсацию.

Рассказывая об этом, одна из сестер — Ойви Менсонен — даже не пытается скрыть свой гнев, печаль и подступающие слезы.

– Каждый день мне приходится проходить мимо дома Арьи. И каждый раз я прокручиваю в памяти, где я стояла, звоня в службу спасения, и что произошло после этого.

Последнее слово

В последний день жизни Арьи ее сестра Ойви была дома, пока муж отправился на прогулку с внуком. Они проходили мимо дома Арьи, мимо обрамлявших участок кустов и деревьев, и вдруг тишину нарушили крики о помощи.

Муж сестры первым делом набрал 112. Там ему сказали увести маленького ребенка в безопасное место. Он ринулся домой и сказал жене, что в доме Арьи что-то произошло.

– Я тут же побежала туда и увидела окровавленные ступени и сестру.

Помогите.

Это было последнее слово, которое Ойви услышала от сестры, прежде чем убежала от дома Арьи. Убийца был еще на свободе, и оставаться там было небезопасно. Вскоре на место прибыли вертолет спасательной службы и карета скорой помощи, за ними полицейские.

Дальше все было, как в кино. Убийцу задержали и погрузили в машину. Арью признали мертвой. Первые допросы и обследование места преступления.

В отчете полиции значилась оставшаяся невыключенной кофеварка.

На место приехали трое братьев и две сестры Арьи. Они смотрели на бывший родительский дом и не могли поверить в случившееся. Наконец им сказали неутешительную фразу:

”‎Теперь можете убрать следы”.

– Посреди крови и беспорядка, в котором была обнаружена наша сестра, была маленькая бумажка, на которой значилось exitus, летальный исход. Мы, мужчины, убрали место преступления. Не могли позволить сестрам участвовать в этом, — говорит Ари Вирта.

Тесная семья

Шестеро детей ветерана войны были очень дружны. Все праздники они проводили вместе, а у каждого уже были свои семьи. Иногда даже бронировали на рождество местный бассейн, потому что ни в одно другое место такой большой компанией не помещались.

Арья, Айра и Ойви жили неподалеку друг от друга. Общались они каждый день по многу раз и постоянно помогали друг другу по хозяйству.

Братья тоже жили в Рауталампи, хоть и подальше от домов сестер. Но все равно активно участвовали в жизни друг друга. Дом, где жили Арья с мужем, раньше был общим домом семьи.

Несмотря на то, что тесная связь и общность братьев и сестер Арьи не требует доказательств, в самый трагический момент ее поставили под сомнение. Сестрам и братьям жертвы убийства автоматически не полагается компенсации за страдания, но ее могут назначить с учетом характера их связи с убитым. И этот близкий характер отношений необходимо доказать в суде. Простого каждодневного общения при этом недостаточно.

Поскольку детей у Арьи не было, ее самыми близкими родственниками, на которых легли все бюрократические дела, были братья и сестры. Адвокат сразу сказал, что в суде на компенсацию за страдания братьям даже не стоит подавать, потому что им ее вряд ли одобрят.

Допрос в суде, на котором нужно было детально описывать близкие отношения с убитой, был для сестер психологически крайне тяжелым. Во время заседания убийца сидел рядом, но они не решались на него смотреть. Братьям тоже пришлось свидетельствовать о близких отношениях Арьи с сестрами.

Ойви требовала 7000 евро в качестве компенсации, Айра — 6000. В итоге суд присудил им 5250 и 4500 евро соответственно. У Ойви сумма была больше, потому что она видела сестру непосредственно после ударов ножом.

26 апреля 2018 года 69-летнего мужа Айры признали виновным в убийстве, совершенном в невменяемом состоянии. В связи с этим ему не было назначено наказания.

После принудительного психиатрического обследования мужа проблемы появились и у семьи Арьи. Выяснилось, что дом стоял без электричества в лютые морозы из-за неоплаченных счетов. Энергокомпания долго не соглашалась разглашать родственникам сумму задолженности, потому что договор был заключен не на их имя. В итоге все же этот вопрос удалось уладить, и долг был погашен. Для покрытия всех расходов после смерти Арьи один из братьев взял кредит на 7000 евро.

Прецедент

Так как муж был признан невменяемым на момент убийства, он получил наследство Арьи. Прецедент этому решению суда был положен в 1989 году. Тогда сын убил своих родителей и унаследовал их имущество. Согласно трактовке суда, убийство не было совершено с умыслом, который необходим для потери права наследования. Сын в силу психического заболевания не отдавал отчет в своих действиях. Суды высшей инстанции тоже поддержали трактовку уездного суда. Решающим фактором служит умышленность преступления.

Специалисты Союза адвокатов говорят, что подобные случаи происходят крайне редко. В первом параграфе 15 главы кодекса о наследстве говорится, что наследовать не должен тот, кто преднамеренно причинил смерть своими преступными деяниями. О случаях невменяемости в законодательстве не говорится, поэтому суды могут опираться только на прецедент.

Доверие к правовой системе

Убийца Арьи подал апелляцию. Он требовал переквалифицировать преступление в непреднамеренное убийство, совершенное в состоянии невменяемости, и отменить обязательство по выплате компенсации сестрам убитой. По его мнению, сестер нельзя считать достаточно близкими людьми в том смысле, в котором их подразумевает закон.

По словам сестер, муж Арьи долгое время проявлял ревность к тесным отношениям в их семье и ежедневному общению. Он постоянно требовал отчет в том, куда и когда ходит жена и с кем встречается вне дома.

Надворный суд оставил приговор суда первой инстанции без изменения. Убийце не было назначено тюремного наказания, и его направили на принудительное психиатрическое лечение в больницу Куопио. Компенсация осталась в силе, и сестры смогли получить ее только в 2020 году.

Родственники Арьи говорят, что их доверие к правовой системе серьезно пошатнулось. Они не могут понять, как убийца может унаследовать имущество того, кого он убил, и как на основании психиатрического заключения его могут оставить без наказания.

– Мы не можем представить себе тот день, когда он выйдет из лечебницы, — с грустью признается Ойви.