У нас к месту и не к месту любят вспоминать, как президент Керсти Кальюлайд явилась в парламент в свитшоте с надписью ”Sõna on vaba” (”Слово свободно”). Выражение стало крылатым. Только вот вряд ли оно применимо к ситуации, когда каждый считает нормальным безнаказанно оскорбить, унизить или втоптать в грязь другого человека только потому, что у нас есть такая свобода. Расскажу о своем опыте борьбы с интернет-хамством и победы над ним, потому что уверена: свобода не означает вседозволенность.

Возможность анонимного комментирования на портале или регистрации в соцсети под вымышленным именем создает иллюзию безнаказанности. Но обидчика можно призвать к ответу. К счастью, я бы сказала.

Когда я начала активно писать статьи на злободневные темы и публиковать их, то предполагала, что придется столкнуться с волной негатива. Я не тешила себя иллюзиями, что мои мысли и идеи всем придутся по душе. Есть шутливая поговорка: когда встречаются два адвоката, рождается три мнения. Но то же самое можно сказать про что угодно. И если Юлия Тимербулатова опубликовала свое мнение на Delfi, то у двух комментаторов могут появиться еще три диаметрально противоположных точки зрения.

И это нормально! Ненормально другое — клевета и оскорбления. Вы можете по какой-то причине назвать меня слабым политиком, никудышным председателем квартирного товарищества, плохим водителем или — в конце концов — некрасивой женщиной. В зависимости от контекста это может показаться дерзостью, грубостью, проявлением невоспитанности, шовинизмом или очень даже аргументированным суждением, потому что вы можете это обосновать.

Но вы не можете на ровном месте обвинять кого-то в совершении неблаговидных поступков, которых никогда не было. Такого морального права не дано никому. Говоря, что человек брал взятки, сел за руль пьяным или бил жену, вы выдвигаете серьезные обвинения. Причем голословные. А ведь кто-то, прочитав, в это поверит!

Тайное становится явным

К одной из моих предыдущих статей комментарии были настолько ужасные и грязные, что чаша терпения переполнилась. Дело даже не во мне. Это задело моих близких. Друзья и родственники звонили и говорили: ”Ты видела, что про тебя написали? Это же кошмар!”.

Я обратилась в полицию, где мне посоветовали ознакомиться с сайтом laim.ee, после чего я пошла в адвокатское бюро EMERALDLEGAL. Снискавший себе славу как борец с оскорблениями в интернете присяжный адвокат Роберт Сарв взялся помочь.

Не вдаваясь в технические детали, скажу, что найти хама оказалось просто. После предъявленных ему фактических обстоятельств дела у него было не слишком много пространства для маневров. Итогом стало заключение внесудебного компромиссного соглашения, по которому он должен компенсировать мне все правовые расходы и моральный ущерб.

Я не могу, согласно подписанному соглашению, называть сумму или данные, позволяющие идентифицировать этого человека, поэтому не буду даже перечислять конкретные оскорбления. Но я хочу, чтобы те, кто позволяет себе подобное поведение, задумались, потому что тогда наше интернет-пространство станет чище, а уровень дискуссии — выше.

Совершенно незнакомый молодой человек на ровном месте написал мне такое, что язык не поворачивается повторить. И был за это наказан. Неужто кто-то осмелится заявить, что это попрание свободы слова, цензура или что-то подобное?

Разжигание розни — другая история

Предвижу логичный вопрос ко мне после всего написанного: а что ты, Юлия Тимербулатова, думаешь о криминализации разжигания розни? Ведь сейчас много копий ломают по поводу соответствующего законопроекта.

Уже больше десяти лет Эстония не выполняет требование Европейского союза наказывать за это в уголовном порядке, из-за чего нам даже могут назначить штраф. И когда вопросом наконец занялись вплотную, то получается, если отталкиваться от звучащих в СМИ обвинений, едва ли не из-за противодействия центристов все дело и стопорится.

Но тут надо понимать, что это совершенно разные вещи. Разжигание вражды в отношении определенных групп — вообще не то же самое, что оскорбление конкретного человека. Это раз.

Два: неверно утверждать, что это с центристами каши не сваришь. Наша партия как раз не делала категоричных заявлений на этот счет. В отличие от других политиков. Противостояние тут действительно сильное, многие против законопроекта по разным причинам.

Но самое главное в том, что он еще окончательно не готов. Министерство юстиции занимается этим документом, и вот когда он будет выставлен на всеобщее обсуждение, тогда можно будет говорить более детально.

Сами по себе анонимные комментарии — не плохи

Поймите правильно: описанный мною случай наказания одного человека за его комментарий — не крестовый поход против всех комментаторов. Я считаю, что каждый имеет полное право на выражение собственных мнений и суждений. Но — не на оскорбления других. Пусть комментируют, пусть анонимно, пусть ругают. Но чтоб за дело.

Если бы этот человек написал, что я глупая (пусть даже дурой назвал бы!), но пояснил бы, что считает так потому-то и потому-то, то — не скрою — мне было бы неприятно. Но я бы понимала, почему он так думает.

Или написал бы, что ему не нравится моя внешность (да хоть страшной назвал бы!), то — опять же не скрою — мне это не доставило бы удовольствия, но я бы понимала, что вкусы у всех разные, и только 500-евровые купюры наверняка нравятся всем.

Но если тебя на ровном месте публично называют девушкой легкого поведения или клевещут, приписывая тебе ужасные вещи, которые ты никогда в жизни не делал, то это не мнение. Это оскорбление. Причем нанесенное трусливо, исподтишка, под личиной анонимности, за которой люди привыкли чувствовать себя безнаказанными.

Разве это правильно? Нет, нет и еще раз нет. Анонимность эфемерна, и мой случай это в очередной раз доказал. А свободы попрали? Нет, конечно. Так и хочется добавить постскриптум: при подготовке данной статьи никакая свобода слова не пострадала.

Редакция может не разделять мнение автора.