"Германию захлестнула волна протестов". Под таким заголовком российские СМИ рассказывают то о шествиях, организованных правопопулистским движением Pegida, то об акциях ксенофобов у общежитий для беженцев, то о контрдемонстрациях левых группировок, то о беспорядках при проведении саммита G20 в Гамбурге.

Сейчас "волной протестов" они называют проходящие в различных городах Германии предупредительные забастовки служащих, получающих зарплату из бюджетов федеральных земель. Протестами эти забастовки можно назвать с очень большой натяжкой. Немецкие служащие отстаивают свои экономические интересы строго в соответствии с установленными правилами.

Право на забастовку следует из немецкой конституции, допускающей такую форму борьбы за улучшение условий труда и повышение заработной платы, а урегулировано оно в целом ряде решений судов, в том числе, Конституционного и Федерального по трудовым спорам.

Но правомочной считается только такая забастовка, которая организована профсоюзом и только после того, как исчерпаны все прочие средства разрешения трудовых споров. Кроме того, масштаб забастовки должен быть адекватным поставленным целям.

Вряд ли адекватной суд признает парализующую водоснабжение всего Берлина забастовку работников водопроводного хозяйства, поясняет профессор Свободного университета Берлина Лена Рудковски (Lena Rudkowski), но, скорее всего, не станет возражать против забастовки почтальонов, если они решат на несколько дней приостановить доставку на дом писем и пакетов.

Есть и другие ограничения. Нельзя, в частности, бастовать в период действия заключенного ранее на определенный срок (это, как правило, от года до трех лет) тарифного соглашения между профсоюзами и работодателями, будь то хозяева промышленных предприятий или, как сейчас, власти федеральных земель. Если же переговоры о заключении следующего тарифного соглашения идут с трудом или оказываются на грани срыва, то правомочной считается предупредительная забастовка.

От полномасштабной она отличается тем, что, во-первых, для ее объявления не требуется согласия трех четвертей членов профсоюза, а, во-вторых, работу прекращают не все занятые в отрасли, а только работники отдельных предприятий.

Так, на этой неделе предупредительные забастовки в день-два проводят в разных городах Германии и в разные дни учителя некоторых средних школ и воспитатели детских садов, сотрудники городских библиотек, преподаватели отдельных университетов и профтехучилищ, персонал больниц. Во вторник, 26 февраля, прошли также организованные профсоюзом служащих митинги в Дюссельдорфе, Мюнхене и Саарбрюккене.

Профсоюз требует для всех примерно 800 тысяч земельных служащих повышения зарплат на шесть процентов, но не менее чем на 200 евро в месяц, увеличения всех ступеней тарифной ставки для медсестер и медбратьев на 300, а практикантов и учеников — на 100 евро.

Два предыдущих раунда переговоров между профсоюзными лидерами и делегацией работодателей, которую возглавляет берлинский сенатор по вопросам финансов Маттиас Коллац-Анен (Matthias Kollatz-Ahnen), пока результата не дали.

В четверг, 28 февраля, начнется третий раунд, который может продлиться до следующих выходных. Предупредительными забастовками профсоюз хочет подтвердить серьезность своих намерений и готовность идти до конца, то есть, объявить настоящую забастовку.

Прежде, правда, полагается предпринять попытку уладить трудовой конфликт в ходе согласительной процедуры. Стороны приглашают независимого арбитра — третейского судью, в роли которого в Германии часто выступает отошедший от дел уважаемый всеми политик или общественный деятель.

Но его компромиссное предложение не обязательно надо принимать. Если стороны это предложение отвергают, то срок действия прежнего тарифного соглашения считается истекшим, что снимает запрет с проведения полномасштабной забастовки.

Безработица немецким служащим, принимающим участие в забастовках, не грозит. По трудовому законодательству Германии бастующего работника — или позднее за его участие в забастовке — вообще не разрешается увольнять.

Правда, и платить ему зарплату в то время, пока он не работает, тоже не надо. Бастующие получают деньги из профсоюзной казны, для чего, собственно, главным образом и взимаются профсоюзные взносы. Выплаты составляют в день сумму, в 2-2,5 раза превышающую ежемесячный взнос данного члена профсоюза.

Работодатели в Германии то и дело предпринимают попытки через суд добиться объявления забастовки противозаконной. Но если речь не идет о стихийном прекращении работы без участия профсоюзов, забастовке солидарности или с политическими требованиями, то их шансы невелики. Во всех остальных случаях, отмечает Лена Рудковски, немецкие суды по трудовым спорам, как правило, встают на сторону профсоюзов.