По словам сотрудницы молодежной полиции Идаской префектуры Светланы Сафроновой, полиция в курсе происходящего и постоянно занимается этими детьми, но процесс затягивается из-за того, что речь идет о несовершеннолетних.

Светлана, вы как специалист, можете ответить на вопрос: что произошло, если малолетки, объединившись, начали бандитствовать?

Ну, это не случилось как-то так неожиданно. Дети подрастают до определенного возраста, который является критическим. Образуется компания, которую возглавляет отрицательный лидер. Ничего не поделаешь, это время от времени происходит.

Ничего не поделаешь? Известно, что некоторые люди, не верящие полиции, уже склонны устраивать нечто похожее на самосуд. И к чему может привести такая ”самодеятельность” в отношении несовершеннолетних? Например, папа одного из ”лидеров”, попавшего под горячую руку охранника магазина, пообещал, что устроит разборку, а, учитывая уголовное прошлое папы, охранник попросту сдрейфил. Другой пример, когда папаша хотел наказать своего отпрыска за участие в банде, тот заявил, что напишет на родителя заявление в полицию, если тот хотя бы к нему прикоснется. Тем не менее, родственник одной из продавщиц, которой угрожали малолетки, нашел их всех, установил фамилии, и, по некоторым данным, начал индивидуальные разборки. На эту продавщицу наезды прекратились. Но другие страдают и напуганы.

Те, кто хочет устраивать самосуд, должны понять: во-первых, это все равно не даст никакого результата, кроме отрицательного, во-вторых, они сами за это могут понести наказание.

А вы бы послушали, что говорят сами пострадавшие: мол, комиссия по делам несовершеннолетних ушла в коллективный отпуск; у полиции нет людей. А как вам такое высказывание: ”Учителям детьми некогда заниматься, их посадили за усиленное изучение эстонского языка. Полицейским тоже не до малолеток, им надо подтверждать знание эстонского, чтобы удержаться на работе”. Как вам?

У наших сотрудников с государственным языком все в порядке. А все материалы собираются, дело не в кадрах. Дело в том, что комиссия по делам несовершеннолетних начнет свою работу с сентября. Она и только она должна будет принять решение по этим детям. Потом материал комиссии пойдет в суд. А это займет время. Мы сами по закону не можем своим решением напрямую их направлять в суд. Сейчас же закон работает таким образом, — сказала Светлана Сафронова.

Прямая речь: как развлекаются детки

”Они меня в июне целый день пасли. Украли ящик фруктов, думая, что я сейчас погонюсь за вором, а в это время другие обчистят кассу. Это банда человек из двенадцати 11-14-летних грабителей обворовывает стоящий рядом автомат по приему бутылок. Придумали ноу-хау — на веревочке бутылку гоняют туда-сюда, получают чеки, несут их в магазин. На работника наехали с ножом, брызнули в лицо из газового баллончика. Мне, например, предложили выбрать, какой из пальчиков на руке больше всего мне нужен. Еще посоветовали оставить указательный, чтобы ковырять в носу, и средний, чтобы неприличный жест показывать. Остальные пообещали отрезать. И, между прочим, среди них появилась и девочка”…

”Обращались в полицию — там говорят, что они несовершеннолетние, ”занесены в Красную Книгу”, их трогать нельзя. Полицейский, который занимается несовершеннолетними, принимает раз в месяц. Пошли в комиссию по делам несовершеннолетних — она в коллективном отпуске. Один раз полицейский приехал, поймал одного, составил протокол, отпустил, и они уже через пятнадцать минут снова бутылочный автомат бомбили. Нет у нас государства, которое могло бы заниматься своими детьми. Или это не его дети?”…

Если полиция сделать ничего не может, то жители действительно могут вспомнить послереволюционный лозунг: ”Ответим на белый террор красным террором”... Как сказала сотрудник полиции Светлана Сафронова, ничего хорошего из этого не получится. Причем, она уточняет, что все это ”детишки” вытворяют не от голода, они также не являются наркозависимыми.

"Они просто ищут на свою голову приключений. Я сама видела их в центре Vironia, они сидели в углу и им было смертельно скучно. А чтобы занять их, требуются серьезные ресурсы, в том числе, и городу. Надо было организовывать действительно трудовой лагерь с серьезной направленностью. Такой опыт уже был, когда набрали подобных ”трудных” детей в лагерь, где они даже получали небольшую плату. Часть финансировал город, часть была выделена из международных проектов”, — напомнила Светлана Сафронова.