Любовь к музыке у будущего барабанщика появилась еще в детстве. Огромное впечатление на маленького Юру, поклонника группы ”Кино”, оказал Rock Summer. С 1988 года он является его фанатом — следил за каждым фестивалем.

- Могу предположить, что первые фестивали в силу возраста ты слушал дома. Насколько был мощным звук и до каких районов долетал?

- Я жил на Калевипоя пыйк — это где-то полтора километра от Певческого поля. Слышно было настолько четко, как будто дома играет магнитофон. Ездил к родственникам на Кивила (это около пяти километров), и шум доносился даже туда. Децибелы тогда не глушили, и ”красная деревня” была окружена настолько мощным звуком, что даже было трудно говорить. Это был кошмар для представителей более зрелого поколения и настоящий праздник для молодежи.

- Последующие годы ты бывал на Rock Summer'е за забором, вместе с другими подростками из близлежащего Ласнамяэ. Как тебя отпускали родители? Там, наверное, и выпивали, и потасовки были?

- Конечно, выпивали. Но тогда не было такой паранойи, как сейчас, когда все помешаны на безопасности. На велосипедах ездили без шлемов, а дети гуляли после 23:00. Когда на ”певчем” не было никаких концертов, то мы практически там жили. Какие у нас в Ласнамяэ могли быть еще развлечения в те годы — ”канава” да Певческое поле.

Уже потом в какой-то российской газете я прочел, что якобы в 1994 году на фестивале кого-то изнасиловали. Но лично я ничего такого не знал. Драки, конечно, какие-то были, но незначительные. Полиция дежурила. Все сидели чинно на травке, и ничего тотально жесткого не происходило.

- Rock Summer стал одним из символов независимости. Не чувствовалось ли в 90-х, что это фестиваль — для эстонцев?

- Ну, было понятно, что это своего рода еще один Певческий праздник. Сами эстонцы все были на территории поля, а за забором их собственно и не было — только русские из Ласнамяэ. Но чувство, что происходит нечто большее, чем все национальные перипетии, затмевало любое неприятное ощущение.

- На первый билет тебе родители дали деньги?

- Да, мама. Она считала, что это духовное воспитание. В 95-м мне было уже 16 лет — взрослый, самостоятельный человек. Тем более лето. Заниматься не надо. И мама сочла, что сходить на столь значимое событие будет полезно для моего духовного развития.

- Алкоголь не пробовал приобрести на фестивале?

- Тогда нет, а вот в 97-м пиво уже пили. Ничего, конечно, крепкого, ничего криминального. Даже фотография есть, где я стою в обнимку с гитаристом группы ”Ва-БанкЪ”, и у нас в руках по бутылке пива.

- Как молодежь в 1994 году отнеслась к тому, что на фестиваль приехала Алла Борисовна Пугачева?

- Если бы она приехала в этом году — я бы только обрадовался, а тогда это казалось странным. На Rock Summer'е выступали многие зарубежные поп-исполнители (например, Haddaway или Саманта Фокс). Но это все были топовые артисты, которыми не брезгали и рокеры. А Пугачева казалась ни к селу ни к городу. Хотя сам организатор Юри Макаров вспоминает, что это был чуть ли не лучший концерт за всю историю фестиваля.

- Если сейчас твоему коллективу ”Ольгаклешъ” предложат играть на Rock Summer'е, но бесплатно, согласитесь?

- Да, конечно. Я даже больше скажу: мы подавали заявку. Наш коллектив исполняет кавер-версии на чужие хиты. Макаров ответил: очень плохо, что у вас нет своих песен. Надеюсь, только это было причиной отказа.

- Можно ли сказать, что группа PХ Band появилась на свет после посещения фестиваля Rock Summer?

- PХ Band как раз в 1997 году и появилась. Я был фанатом группы Руслана ”Стены”, и мы тогда вместе ходили на фестиваль, а в октябре он мне предложил с ним играть. Одно точно — Rock Summer повлиял на меня и как на личность, и как на музыканта. Так что, пользуясь случаем, еще раз хочу поблагодарить Юри Макарова за счастливое детство и юность.