Сегодня государствам угрожают не столько оружием, сколько — и зачастую это более эффективно — бесконтактными, в том числе психологическими, методами. Применительно к Эстонии можно четко разделить действия, направленные на подрыв нашего международного имиджа, и действия, цель которых — раздувание внутренних страхов и противоречий, ослабление государственного самосознания.

В последнее время кажутся участившимися именно попытки подорвать внутреннюю стабильность общества Эстонии. Метод, который используют как в более широком публичном пространстве, так и при непосредственных контактах, одинаков: сея чувство бесперспективности и страх, постараться углубить противоречия в обществе и спровоцировать выступления представителей разных крайних позиций.

Зададимся вопросом: случайна ли дошедшая до Эстонии прежде всего из русскоязычных источников информация о том, как наши союзники продают нас, как эстонское государство экономически и культурно несостоятельно, а наши язык и народ обречены на вымирание? Или речь идет о скоординированной попытке спровоцировать противоречия в обществе и посеять неуверенность? Если мы не имеем дела с потрясающим совпадением многих случайностей, то тогда — с наглядным примером внешнего влияния.

Если нам и о нас транслируют скоординированные сведения, то свою информацию должны продумать и мы. В этом основная суть главы о психологической защите, которая содержится в стратегии гособороны, одобренной правительством два года назад. Мы не можем позволить, чтобы в свободном инфопространстве Эстонии беспрепятственно действовали силы, настроенные против эстонской государственности.

Чтобы установить, стоят ли за психологическим влиянием извне враждебные спецслужбы, и лучше понимать цели, методы и средства их деятельности, мы должны систематически отслеживать происходящее вокруг, используя для этого все законные средства.

Во-вторых, мы должны организовать и свою контрдеятельность. Ложные обвинения, распространяемые о нас за рубежом, должны опровергаться как в публичном пространстве, так и при дипломатическом общении; разжигание внутригосударственной вражды должно выявляться и преследоваться по закону.

Защита Эстонии не бессмысленна и в том случае, если кому-то из нас термин "психологическая защита" не нравится.

Защита демократического государства не имеет ничего общего с ограничением свободы слова или натягиванием намордника на свободную прессу. Наоборот: только в свободном государстве, где отсутствует государственный контроль над СМИ, государство должно обращать внимание на свою открытую и единую коммуникацию, чтобы при необходимости своей информацией препятствовать распространению лжи.

Психологическая защита Эстонии зиждется, несмотря на размер нашего государства и ограниченность ресурсов, на твердом основании — правде. Опровержение лжи может быть сложной, но в долгосрочной перспективе уж точно более успешной стратегией, чем ее распространение.

Материал опубликован в Eesti Päevaleht.