На самом деле артист отметил круглую дату в прошлом году, но из-за трагических событий в Русском театре нормальные и радостные события отошли на второй план, и спустя год, выдержав приличествующий траур, затеяли юбилей.

Окунев — актер достойный, не рвущийся к славе. Оказалось, что в интернете информации о нем почти никакой нет. Многочисленных интервью он не раздавал, в блогах не отмечался. Правда, он сыграл принадлежащего к свите Воланда Коровьева у гениального Романа Виктюка в третьей в СССР постановке ”Мастера и Маргариты”. Кажется, что для любого актера такой роли у такого режиссера более чем достаточно.

А дебют на сцене Русского театра у Окунева состоялся в 1972 году, когда он был учащимся четвертого класса 26-й средней школы: сыграл в пьесе ”Человек со стороны”.

- Вам никогда не хотелось попробовать себя в России?

- Возможности уехать были в 1990 году. Художественный руководитель театра Ленсовета Игорь Владимиров предложил мне попробоваться у него. В ту пору я работал в театре ”У виадука” и как раз собирался уходить. Время стало быстро меняться, да и жизнь на колесах мне надоела — наш театр существовал на хозрасчете, и мы колесили с гастролями по Союзу. Я приехал к Владимирову, мы поговорили, он сказал: ”Жду тебя через неделю. Я тебе ничего не обещаю, жилье — комната в общежитии в лучшем случае”. Мне уже под тридцать было. Я вернулся в Таллинн, пришел в Русский театр, руководил которым тогда ныне покойный Григорий Михайлов, ученик Товстоногова, мы с ним поговорили, и он взял меня без показов. Я здесь родился, здесь мои корни, моя семья, к которой я был очень привязан, намечались изменения и в личной жизни. Это и стало решающим.

- А амбиции? В России ведь больше условий для реализации творческой личности?

- Сложный вопрос. Давайте вспомним 90-е годы прошлого века: распад Союза, повсеместные задержки зарплат, расстрел Белого Дома в Москве, повсюду творилось настоящее безумие, кино не снималось, никто не знал, чего ожидать. И я сделал выбор в пользу Таллинна.

Параллельно занимался бизнесом — открыл несколько продуктовых магазинчиков на рынках и 12 лет занимался торговлей, совмещая с работой в театре. Но в один момент понял: надо или расширяться и уходить с головой в бизнес, или прекращать. Я к тому времени успел обеспечить семью самым необходимым, что называется, прикрыть тылы, потому что на актерскую зарплату прожить нормально невозможно.

- Жалеете, что не попробовали себя в России?

- Бывает. Я мог в 2001 году оказаться у Юрия Еремина в Центральном академическом театре Армии в Москве. Наверное, стоило уйти, но не решился. Менять надо было многое в жизни, гражданство в том числе, бросать дом и семью, мне такой шаг казался безответственным. А потом ехать — куда? В съемную комнату? Я реалист. Мне ж не 17 лет уже было. Должен сказать, что мне грех жаловаться на свою актерскую судьбу здесь. Я много играл, был востребованным артистом. У меня хороший репертуар, есть возможность подсняться в кино.

- Денег хватает?

- Денег никогда не будет хватать, но, по крайней мере, хватает на поддержку штанов. Я считаю трагедией, что 30 актеров Русского театра работают за такие оклады.

- Есть роль, которую мечтаете сыграть?

- Возраст уже не тот. Мечтал в свое время… Сейчас уже — что Бог даст. Театр — коллективное творчество, профессия очень зависимая, ты зависишь от массы людей, от режиссера, от его таланта, его распределения ролей. Мечтать можешь сколько угодно, а режиссеру видится так. Помню, сыграл роль Телятьева в ”Бешеных деньгах”. Коллега мне говорит, мол, какой ты Телятьев? Потом роль оказалась моей удачей. Так что ты не знаешь, где найдешь, где потеряешь.