Полезно перечитывать на досуге труды отечественных классиков, а особенно в преддверии выборов в Европейский парламент. Многим вообще не понятно: какую роль в жизни страны и государства играет этот представительный европейский орган, и почему мы должны изо всех сил поддерживать его жизнеспособность? Может быть, он делает бедных богаче и счастливее, а богатых еще богаче и милосерднее?

Сталинизм справа и слева

Помню, как меня поразила мысль тартуского активиста Народного фронта Игоря Розенфельда о том, что сталинизму слева и справа в Эстонии противостояли только левые демократы — интеллигенты, идейные наследники шестидесятников времен "хрущовской оттепели", борцы за эстонский социализм с лицом Юрия Лотмана (в крайнем случае, с лицом Рафика Григоряна). Мне и в голову не приходило, что сталинизм как явление можно разнести по разные руки. Оказывается можно: сталинизм слева — это советская имперская идеология, сталинизм справа — идеология местного национал-радикализма. Горьки размышления Розенфельда о том, как левые "кремлевские" сталинисты "провалили" лево-демократических же русскоязычных сторонников эволюционной реформации социализма в Эстонии, и как национал-радикальные правосталинисты-победители не оценили вклад новошестидесятников в "поющую революцию".

Пожалуй, что на сегодняшний день сборник трудов левых демократов "Анатомия независимости" (Тарту, Санкт-Петербург, 2004) это единственная попытка оценить размеры "вклада" русскоязычной эстонской интеллигенции и тяжесть наступивших последствий. Сгинувшая Объединенная народная партия Эстонии не оставила после себя ни одного теоретического труда, ни единой попытки осмысления действительности и критической оценки своего вклада в оставленное нам "по самое не балуйся".

Тот же упрек мы отнесем и к Русской партии Эстонии под водительством Станислава Черепанова. За полным отсутствием современного "креатива" лидер партии безуспешно пытается реанимировать мертворожденную "культурную автономию". Вместо того чтобы нести идею автономии в широкие народные массы, он ходит по судам — поведение, без сомнения, цивилизованное, отвечающее образовательному статусу лидера, но в болоте, каковое представляет из себя нынешняя русская община, совершенно бесперспективное.

Отсутствие левых демократов во власти привело к тому, что политический ландшафт Эстонской Республики основательно запутался. Советская интеллигенция и раньше плохо ориентировалась в "сене-соломе", так что теперь однозначно сказать, кто у нас левые, а кто правые сталинисты, новошестидесятники затрудняются. У них осталась обида на тех и на других, а нам остались интеллигентские "непонятки" с сеном и соломой. Между тем, если следовать классификации Розенфельда, то обнаружится, что вредных сталинстов левого и правого толка в Европарламенте — как сельдей в бочке. Поскольку левых сталинистов мы у себя практически вывели, то стоит ли прилагать усилия к тому, чтобы в Европарламенте множились сталинисты правые?

Наши лидеры

Оглянемся вокруг себя: признанных лидеров в русской общине придется пересчитывать по пальцам одной руки, да и то останутся вакансии.

В самом деле, не можем же мы признать лидером общины "комиссара" Сирыка? Эта, с позволения сказать, длинноволосая дурашка с серьгой в ухе, едва ступив на перрон Ленинградского вокзала в Москве, тут же объявила личную войну правительству Эстонии. А что: красть, так миллион, иметь, так королеву, валить, так сразу правительство! На меньшее "комиссар" не согласен. Представьте себе, что плоскогубцы, с помощью которых некто пытается выдернуть упрямый шуруп из твердой породы дерева, вдруг возомнят себя вершителем шуруповых судеб в масштабах всей страны? И хотя комиссарство в Европейском парламенте является нормой, оно не про Сирыка.

Вельман и Стальнухин? Центристы, и этим все сказано. Хотя у Михаила Стальнухина и есть многообещающий потенциал лидера общины, но в рядах этой партии он не может быть реализован. Вот если бы мы имели на Северо-Востоке региональную партию, тогда иное дело. Лидера такой партии можно было бы поддержать всей общиной.

Реформистов Сергея Иванова и Татьяну Муравьеву предлагать в лидеры русской общины как-то неприлично. Оба "политика" давно исчерпали кредит доверия. Потолок Станислава Черепанова из РПЭ — лидер "культурной" автономии, да и то на бумаге.

Левая партия, объединившаяся с ошметками ОНПЭ, как вода в облацех темна. Не факт, что ее список на европарламентских выборах возглавит гениальный хозяйственник Георгий Быстров, хотя у него есть определенный потенциал, и он мог бы побороться за лидерство в общине.

Наконец, публицист и общественный деятель Димитрий Кленский. Сегодня он единственный, кто может быть условным большинством голосов объявлен лидером общины. Но и ему следует сменить пафос "жертвы правосудия" на пафос "лидера общины", если, конечно, общинное лидерство его вообще интересует.

Сухой остаток

В сухом остатке мы имеем двух почти реальных лидеров русской общины — Быстрова и Кленского.

Достоинства Георгия Быстрова — громадный опыт административно-хозяйственной работы, искушенность во внутрипартийных интригах, средства, минимально потребные для ведения избирательной кампании. На прошлые европарламентские выборы он шел под лозунгом "Да здравствует Европейский союз — союз национальных меньшинств и регионов!". Роль независимого парламентария Быстров видел в том, чтобы сотрудничать с любым парламентским большинством, подразумевая, что оно все же будет социал-демократическим.

Главные недостатки Быстрова — практически полное отсутствие настоящего политического опыта, членство в эстонской, хотя и в "левой" посткоммунистической партии, неумение свободно излагать свои мысли перед публикой, склонность к авторитаризму. Последнее замечание можно было бы отнести и к очевидным достоинствам, но "твердая рука" все же имеет смысл дома, а не в Брюсселе.

Главные достоинства Димитрия Кленского — ощутимая популярность в русской общине, владение словом, талант полемиста, репутация "возмутителя спокойствия", некоторый политический опыт и видение настоящих проблем русской общины. Главный недостаток — отсутствие минимально потребных средств на ведение независимой избирательной кампании вкупе с полнейшим отсутствием перспективы эти средства когда-нибудь собрать. К тому же, над ним все еще занесен меч эстонской Немезиды.

Если на выборы в Европейский парламент русская община пойдет с единым кандидатом Георгием Быстровым, каковым, благодаря интриге главного российского соотечественника Сергея Сергеева, он уже был однажды, то за его спиной неизбежно встанет тень "антифашиста" Андрея Заренкова. Об их тесных и отнюдь не дружеских отношениях судачат не только в городе Маарду.

Заренков накануне "бронзовых событий" засветился, если не больше, то уж во всяком случае не меньше, чем Дмитрий Линтер. У меня лично нет сомнений в том, что окажись Заренков пятым на скамье подсудимых, он был бы оправдан вместе с остальными. Вопрос в том, каким образом ему вообще удалось выскользнуть из рук эстонского правосудия. Подобного рода вопросы и сомнения могут сильно повредить имиджу Георгия Быстрова. Заренков в роли потенциального помощника и ближнего советника европарламентария Быстрова отпугнет от него многих избирателей.

Единый кандидат

В том, что русской общине нужен единый кандидат, предпочтительно беспартийный, знающий ее проблемы, имеющий представление о том, как эти проблемы исчерпать, не лезущий за словом в карман, умеющий отстоять свое мнение на любом уровне, и т.д. — нет никаких сомнений. Положительный опыт избрания единого кандидата у нас есть, хотя конечный результат и нельзя назвать впечатляющим.

Геннадий Сухов из Тарту предлагает незамедлительно собрать открытый совет русской общины, чтобы заблаговременно обсудить требования к кандидатуре европарламентария и выслушать притязания конкурентов. Видимо, сегодня это единственный приемлемый способ если не добиться представительства общины на европейском уровне, то, по крайней мере, найти лидера.

Русской общине не нужны ни "левые" демократы-пирожки, ни "правые" сталинисты-националисты. Общине нужен вменяемый лидер.

Закладка
Поделиться
Комментарии