Держа антифашистское население страны в постоянных угрозах относительно свержения памятника, прославляющего победу над фашизмом, политики всё-таки добиваются своего. Это напряжение заставляет негативно относиться к обществу (и к нации в целом), на территории которого происходит это надругательство. Это и есть цель неонацистов.

Именно эти настроения используются для подогрева нацистской политики. Отнюдь не события 60-летней давности являются причиной сегодняшней "борьбы" за свободу. На примере резких действий, готовых выступить против законов, принимаемых в стране, одновременно пытаются "показать" лицо нынешнего врага.

Разделяя людей по национальному признаку, недвусмысленно указывают на корень проблемы — присутствие русских (как видите, опасных до сих пор…) в свободном государстве.

Нацистский взгляд на эту проблему рассматривает Свободу государства не иначе, как право принимать любые законы — ожидая беспрекословного их исполнения от желающих остаться жить в ИХ государстве. Так и напрашивается фраза: "от желающих остаться в живых". Так фашистская Германия призывала к послушанию народы оккупированных территорий.

Аппетит неудержим. Убедившись в безнаказанности за лишение (не дать — значит лишить) гражданства четверти страны — дальнейшее продвижение анти-русского движения смело двинулось на историческое наследие и культуру (образование) русского народа в "СВОЕЙ" стране.

Можно наблюдать, как любые попытки защиты пресекаются обвинениями в незнании государственного языка, предложением покинуть страну и угрозой наказания за разжигание межнациональной вражды. Точно так же фашистская Германия предъявляла угрозы за неподчинение фюреру всем вступавшим в борьбу с нацистским режимом Германии, которая в свою очередь представлялась как "единственно верная политика по отношению к людям неарийской нации". Правда, наказания были другими…

Но если присмотреться внимательней к наказаниям, используемым в виртуальной оккупации, то нетрудно заметить, что для отдельно взятого государства отчетливо просматривается "победа" над национальными меньшинствами. Искоренение их из государства — гарантировано.

Виртуальная оккупация русскоязычных людей, живущих в бывших союзных республиках — очевидна. Им запрещено голосовать (сопротивляться) как негражданам. Нет возможности без знания государственного языка (который не являлся родным на момент восстановления независимости этих стран) проявлять свою волю в политике, образовании и культуре этих государств. То есть присутствует факт насилия над личностью в выборе — раз выбора нет.

К тому же полностью исключён так называемый человеческий фактор — знание иностранного языка обуславливается индивидуальными способностями. Насильное навязывание языка возможно лишь в суровых требованиях (как в фашистской Германии), но, не имея возможности вести себя так в современном обществе, используется сила "выживания" — во всех смыслах этого слова.

Понятно, что те, кто хотел или мог — уже уехал. На что рассчитывают оставшиеся люди? На то, что они остались жить в демократическом, свободном государстве, где права человека кто-нибудь защищает. На то, что их государство принадлежит и им, так как они строили в нём будущее для своих детей в равной мере с коренным населением страны. Они вложили силы и знания, ум и старания в жизнь своей Родины.

Пора ставить с головы на ноги происходящее. В XXI веке появилось новое, нуждающееся в защите, социальное явление. Люди, которым государство в один миг изменило свой язык, историю, культуру.

Это и есть оккупация! Без боя… К примеру, СССР, взяв под свою власть Эстонию, не изменяло ни языка, ни культуры — только политическую власть. Напротив, фашистская Германия оккупировала занимаемые территории со всеми выше указанными последствиями.

Ныне существующие законы о правах человека — не имеют законов, защищающих подобные изменения. Это новое — ещё не изученное явление. В сфере этой проблемы находятся все национальные меньшинства постсоветского пространства. И речь идёт не о нациях. Их в Советском союзе было значительно больше, чем 15 союзных республик. Речь идёт о людях, говорящих на русском языке, так как именно этот язык был государственным на территории всего СССР. Эти люди, воспитанные в русской культуре, не желающие менять свою национальную принадлежность, живущие в традициях русского народа — нуждаются в защите прав, а не в "выдворении" в Россию, с политикой которой многие из них, к слову сказать — не согласны.

Для поддержания языкового и культурного единения не обязательно интегрироваться в страны мест проживания (а для многих и рождения). Но необходимо иметь возможность сохранить свою самобытность, иметь правовой орган, защищающий интересы этих так называемых "национальных меньшинств", и участие этих оккупированных на сегодня русскоговорящих людей в политической жизни страны. Чтобы иметь возможность давать свой голос и для принятия решений, касающихся будущего государства, которое является их Родиной, и для защиты своих интересов на сегодняшний день.

Причём, учитывая численное меньшинство — голоса этих граждан и неграждан должны быть представлены пропорционально голосам национального большинства.

Заняться этой проблемой не берётся ни ЕС, ни эти государства, ни "рупор мировой демократии" — США.

Пример нежелания Белого дома браться за решение этой проблемы — мексиканские поселения. Имея весьма внушительное количественное меньшинство, мексиканцы уже открыто поднимают вопрос о принятии второго государственного языка в США. Понятно, что, решая подобную проблему меньшинств в мире, Америка открывает эту же возможность защиты прав и для своих жителей. Что само по себе не удовлетворяет политические интересы государства.

Что готов ответить на это ЕС?

Безнаказанность национально-озабоченных "патриотов" происходит из-за отсутствия правового органа, защищающего от этого нового явления, оккупации без боя. Но такой орган должен появиться, раз в этих странах создались предпосылки для реальной угрозы прав человека.

Закладка
Поделиться
Комментарии