— Тема нашего разговора понятна – российские граждане, бегущие от российской мобилизации через КПП Верхний Ларс в Грузию. Какая сейчас ситуация на границе, и можно ли ее назвать гуманитарной катастрофой? Так её назвали в ряде российских телеграм-каналов.

— Ситуация та же, картина не меняется – едут колонны автомобилей. Их стало еще больше, и также добавился пешеходный поток. Да, это гуманитарная катастрофа. Сегодня мы уже наблюдали, как те россияне, которые уже несколько месяцев находятся в Грузии, живут в Тбилиси или в Батуми, стали организовывать помощь своим соотечественникам. Они несут на границу воду, продукты питания, продукты гигиены. Интересно, что со стороны грузинских властей мы ничего подобного не наблюдаем. Более того, грузинские власти до сих пор пытаются делать вид, что ничего не происходит, что это своего рода поток в Грузию, ведь мы его наблюдали и в августе, когда был „высокий сезон“. Такое отношение.

Вы сказали, что россияне, которые уже живут здесь некоторое время, начинают оказывать гуманитарную помощь. То же самое происходит в Казахстане. Но местное население, если говорить о Казахстане, начинает запускать антироссийские флэшмобы в Tik-Tok. Или блогеры с камерой подходят к людям, которые пересекли границу и оказались на территории Казахстана, и спрашивают: чей Крым? В Грузии со стороны местного населения тоже есть подобные тенденции? Вчера довелось увидеть, что активисты движения „ДРОА“ попытались устроить пикет на приграничной территории.

— По моей информации уже на границе пограничники исполняют свой гражданский долг. Никакой, конечно, официальной позиции нет, это личная инициатива. Все они задают контрольные вопросы: чей Крым, где Абхазия и Южная Осетия и что это. Мы все видим уже известный чат „Верхний Ларс“, где люди уже с первого дня предупреждают, что будут вопросы: чей Крым, и (чьи) Абхазия и Южная Осетия? Здесь люди впервые узнают, что была война между Россией и Грузией. Много интересных открытий у россиян в связи с этой мобилизацией и эвакуацией из собственного государства.

Что же касается настроений в Тбилиси, то лента моего Facebook забита статусами: „я сижу в кафе и мне кажется, что я в Москве“. Моя знакомая пишет: „я вчера заснула на Палиашвили — это центр Тбилиси, а утром проснулась в Москве“. Действительно, людей пугает происходящее, какая-то неопределенность и тревожность. Не очень хорошие ассоциации у этой страны, и её населения с Россией.

Несколько напугали фото и видео, когда там где стоят огромные очереди на границе, появился российский БТР ФСБ с людьми в камуфляжной форме? Нет ли у Грузии опасений, ведь сразу возникли ассоциации с 2008 годом?

— Да, сразу вспомнилось, но нашу власть почему-то не „откинуло“, и мы заявлений на эту тему так и не услышали. Происходят странные вещи. Население не может не напрягать то, что от 50 до 70 тысяч молодых мужчин, теоретически способных воевать, направляются на территорию твоей страны. И это граждане той страны, с которой у тебя „всю сознательную жизнь и еще два века“ - война. Война разного типа – „холодная“, „замороженная“, аннексия – любая. Факт то, что это противостояние.

И у нас на оккупированных территориях стоят российские военные базы и вот эта новая „живая сила“. Это непросто, есть неприятные ассоциации – по соцсетям гуляла картинка, где по Рокскому туннелю направляется российская военная техника в 2008 году, и рядом вот эта колонна у Верхнего Ларса. У людей очень живые ассоциации, живая реакция на все это. Насколько мы защищены? Я не могу утверждать со стопроцентной уверенностью, что, мол, все нормально, не паникуйте. Больше грузин беспокоит то, что уровень доверия к собственным властям не очень высокий, и граждане не очень-то уверены в том, насколько хорош фильтр, с точки зрения госбезопасности, (который) проходят эти люди на границе. Кто они? ГРУшники, ФСБшники? Что они здесь будут делать? За чем следить, куда смотреть? Кто эти айтишники?

Много вопросов и, к сожалению, официальный Тбилиси сегодня дать внятные ответы и успокоить грузинское население не в состоянии. Поэтому люди реагируют по-разному. Некоторые выходят с плакатами „Привет дезертирам“, другие с плакатами „Русский военный корабль“, третьи просто ходят по улице и с осуждением смотрят на любых людей славянской внешности, не зная, кто они. Сложно определить кто это - украинцы, белорусы, или русские. В общем такая напряженная ситуация у нас сейчас, люди очень нервно на все реагируют. И мне кажется, что какая-то кульминация обязательно будет. Будут какие-то бытовые скандалы – этого, к сожалению, не избежать.

— В нашей студии два дня назад был в гостях Максим Кац, и он говорил, что те, кто сейчас бежит из России, это в основном его аудитория – антипутински настроенные люди. Есть ли у Вас, Марта, такие же ощущения? Приходилось ли Вам сталкиваться с теми, кто уже пересек границу или, как минимум, Ваши знакомые с ними сталкивались?

— Это уже вторая волна россиян, бегущих из своей страны. Первая пошла после 24 февраля, когда вступил в силу „закон о фейках“. И либералы, и антипутинисты, и критики власти, они тоже приехали в Грузию. Но мне кажется, это была не такая многочисленная масса. И какая-то часть их осела в Грузии. После того, как ты сталкиваешься с этими людьми и начинаешь общаться, то понимаешь, что они разделяют с тобой какие-то ценности и политические взгляды. Никаких особых проблем не было. Имели место отдельные стычки, чего не избежать. А вот сейчас мы немного напряжены. Потому что возникает вопрос: эти люди семь месяцев жили в России и никаких проблем в связи с военными действиями в Украине у них не было. И сейчас они приехали сюда. Мы наблюдали за чатом, где они между собой общались, и насколько мы понимаем, они только сейчас узнали про Абхазию и Южную Осетию. И возможно, это, скорее всего, лояльные к путинской власти люди. Конечно, таким людям здесь совершенно не рады. И, не дай бог, у кого-то из них осталась случайная наклейка на машине с „Z“, или „На Берлин!“, или какую-то другую ерунду найдут. Мне кажется, что наверняка будут какие-то стычки. Наверняка.

— Несколько дней назад МВД публиковало официальные данные по прибывшим россиянам. Есть ли на сегодняшний день информация: сколько россиян пересекло границу? И сколько еще Грузия готова принять? Ведь ее возможность не безграничны.

— Новых данных пока у нас нет, есть только первоначальная цифра: от 50 до 70 тысяч. И, кстати, МВД утверждает, что большинство из них покинуло страну. И на территории Грузии на момент опубликования, 26 сентября, осталось 16 тысяч россиян. Я знаю, что подделать статистику очень сложно, особенно в Грузии, здесь все-таки не так все запущено. Но у меня возникает вопрос: почему мы не наблюдаем тех же очередей, того же столпотворения у других границ? Предположим, что эти люди заехали через Верхний Ларс и отправились в Турцию. Почему на Сарпи не стоит колонна машин с теми же российскими номерами? Почему в тбилисском международном аэропорту мы не видим толп россиян, пытающихся достать билеты, чтобы куда-то улететь? Нет аналогичной ситуации на границе с Азербайджаном. Мы видим только то, как они въезжают, а то, как они покидают страну – нет.

Грузия, хоть она и исторически транзитная перевалочная страна, и по своим функциям адаптирована, но, тем не менее, когда я в середине мая в невысокий сезон улетала из тбилисского аэропорта, там стояла огромная толпа, только потому что число экспатов увеличилось, не сильно, но все-таки. И пропустить этих людей в аэропорту было сложно. Почему так легко это происходит сейчас, почему мы не слышим, что везде заторы, что везде стоят люди? Мне не верится, что большинство россиян все-таки выехало. А если они не выехали, то где остаются, где будут работать? Арендная плата выросла от 70% до 110% в Тбилиси. Грузинским студентам негде жить, потому что снять квартиру даже в самых отдаленных районах стоит настолько дорого, что недавно по телевизору показывали рыдающих студентов, которые просто не знают, где им поселиться, чтобы учиться в университете. К сожалению, системы общежитий для студентов в Грузии нет, кампусов здесь нет.

— Хочу добавить Вам немного тревоги: в некоторых региональных чатах, где россияне, которые уезжают, массово обсуждают и делятся информацией и опытом. Особенно расспрашивают тех, кто уже попал либо на территорию Казахстана, либо на территорию Грузии. И много тех, кто попал в Казахстан, дальше планируют лететь в Грузию, чтобы уже там обосноваться. Такой момент тоже есть, и не стоит его сбрасывать со счетов.

Есть какая-то коммуникация между российскими и грузинскими пограничниками? Может быть, были факты, когда российские пограничники пытались выйти на грузинских коллег, чтобы не пропустить каких-то конкретных людей?

— Официально, конечно, об этом неизвестно, но уже несколько лет на границах Грузии работает такой негласный фильтр: Грузия не впускает на свою территорию жителей Северного Кавказа. И это очень настораживает. Это чеченцы, Дагестан, Ингушетия и – выборочно - другие представители Северного Кавказа. Подобные случаи стали происходить до Олимпиады в Сочи, когда Тбилиси и Москва впервые подписали соглашение о сотрудничестве в сфере безопасности. Тбилиси брал на себя обязательства помогать предоставлять России информацию о том, что происходит здесь, чтобы не сорвать Олимпиаду. Судя по всему, этот „фильтр“ сохранился, и почему до сих пор Тбилиси продолжает сотрудничество в этом направлении с Россией - нам непонятно. Мы многократно задавали эти вопросы и министру внутренних дел, и секретарю Совета Безопасности, но ответа нет.

Недавно был случай, когда в аэропорту Тбилиси развернули этнических чеченцев – граждан Евросоюза. Они летели из Австрии.

Тут такой вариант – это мои догадки. Скорее всего, это такая просьба Москвы, чтобы эти люди, нелояльные российской власти не уезжали воевать в Украину – этот „фильтр“ ужесточили после 24 февраля. И грузины не пропускают (и это уже логично) тех, у кого в российском паспорте написано: Южная Осетия, Абхазия, как отдельные республики, а также Крым, как часть России. Вот этих людей наши пограничники не пропускают.

Насчет того, коммуницируют ли они напрямую, если честно, я не берусь сказать. Такой информации у меня нет.

— Один из тех людей, у кого в паспорте теперь точно будет написано „Абхазия“, это Александр Лукашенко, который там находился с визитом. В связи с этим, правительство Грузии официально намерено ли предпринимать какие-то действия, кроме официальных осуждающих заявлений и ноты протеста, которую они вручили послу Беларуси в Грузии?

— Вначале все требовали выслать посла, но мы этого не увидели. Я не знаю, какие могут быть еще действия. Вряд ли какие-то санкции. Мы наблюдаем как „Грузинская мечта“ не жертвует экономической выгодой. На этом отношения с Россией и стоят: на торговле. Я даже больше скажу, в „Грузинской мечте“ видят в приезжающих на территорию Грузии людях не угрозу безопасности национальным интересам страны, а платежеспособную массу, которая принесет дополнительные деньги в страну.

Закладка
Поделиться
Комментарии