Российские войска в начале марта заняли Запорожскую атомную электростанцию — крупнейшую в Европе. С середины июля они начали вести огонь по Никополю и другим целям под прикрытием этого ядерного объекта, цитирует „Медуза“ газету The New York Times. Украинские официальные лица связывают изменившуюся тактику России с появившимися на поле боя американскими реактивными системами залпового огня HIMARS, отмечает издание.

Полковник ВСУ Сергей Шаталов, чье подразделение воюет на противоположном берегу Днепра, рассказал, что после нескольких недель ударов HIMARS российская артиллерия в основном затихла, кроме частей, расположенных на Запорожской АЭС. „Как мы можем ответить? Это ядерный объект“, — добавил он.

The New York Times пишет, ссылаясь на слова мэра города Энергодар Дмитрия Орлова, что в июле российские военные поставили свои РСЗО „Град“ между зданиями реакторов, чтобы защитить их от ответных ударов, а также разместили другую военную технику в машинном зале первого энергоблока.

При этом военный эксперт Олег Жданов уверяет, что бои около станции не представляют угрозы самому ядерному объекту. „Для атомной станции пока угрозы не существует: мы не стреляем по скрывающимся на территории АЭС российским войскам, а российские войска не ведут огонь с территории АЭС“, — заявил он.

В то же время NYT отмечает, что 22 июля ВСУ нанесли удар дроном-камикадзе по палаточному городку примерно в 150 метрах от реактора.

Боевые действия рядом с атомной электростанцией представляют большую угрозу для Украины и могут привести к последствиям, сопоставимым с аварией на Чернобыльской АЭС 1986 года. Дмитрий Орлов заявил, что существует два возможных сценария, которые могут привести к серьезной аварии и распространению радиации: прямое попадание снаряда непосредственно в реактор, а также попадание в высокорадиоактивное отработанное топливо, хранящееся в бетонных контейнерах.

Закладка
Поделиться
Комментарии