Для эмигрантов это означает, что какие-то важные куски жизни исчезают или трансформируются. Например, известный в своей стране профессионал на пике карьеры после переезда не может ни восстановить ее, ни оставить и заняться чем-то другим. Или типичная история для итальянцев — отсутствие „правильного“ кофе и ежеутреннего социального ритуала со встречей „своих“ в „своем“ месте. Сюда же относятся: ограниченность круга друзей; другой выбор занятий в свободное время; невозможность следовать привычным традициям; другие критерии для социального роста; отрицание ценности ранее полученного образования и квалификации — это только самые очевидные элементы социального умирания.

Независимо от веры в лучшее и затраченных усилий через социальную смерть проходит до 88% эмигрантов, даже если технически они сразу попадают в число хорошо оплачиваемых профессионалов или успешных инвесторов.

Сигнализируют о социальной смерти не только факты (“хочу быть своим среди соседей в деревне, но меня никуда не зовут“), но и спектр негативных состояний — злость, неуверенность, сожаления об эмиграции, депрессии.

Построенные в одной реальности планы, основанные на обретенных в той же реальности навыках и опыте, нередко разбиваются в новой культуре. Мария, 42 года, бывший финансовый юрист: „При переезде был план работать в русском лондонском офисе, который не реализовался. Оказалось, что язык недостаточен для конкуренции с выпускниками Оксфорда. Решение перезапустить свою карьеру в другой области в таких условиях тоже оказалось трудновыполнимой задачей, хотя я всегда легко осваивала профессиональные вершины. Нереалистично я оценила и сроки освоения профессии в новой стране. В результате я получила пару нервных срывов, чтобы смириться с реальностью и пересмотреть стратегию развития“.

Закладка
Поделиться
Комментарии