Сергей Михеев: Эстония — уже не первый приоритет России, но мы не собираемся забывать, что в Эстонии живет много русских

 (91)
интервью Delfi
Sergei Mihhejev
Sergei MihhejevFoto: Tiit Blaat

Директор Центра политической конъюнктуры России Сергей Михеев приехал в Таллинн из Вильнюса, сегодня он выступит в Международном медиаклубе ”Импрессум”. По дороге в Эстонию случилось небольшое приключение. ”Я ехал с шофером на машине с российскими номерами, нас остановила эстонская полиция, причем она проехала навстречу мимо нас, развернулась и догнала. Меня больше всего поразил вопрос — а как вы собираетесь покинуть территорию Эстонии? Я ответил — вот видишь колеса, на них и уеду”.

Российский гость дал интервью Delfi.

Не могу не начать с Украины. С вашей точки зрения, как можно охарактеризовать то, что там происходит? Чего ждать Эстонии и Евросоюзу в целом?

Эстонии, наверно, ничего не ждать, потому что ее эта история напрямую мало касается, а что до Евросоюза в целом, то лично я считаю, что он виноват в обострении ситуации, потому что навязал Украине именно такое соглашение, в таком виде, которое отличается от всех других стандартных соглашений с другими странами и несет в себе совершенно конкретный военно-политический аспект. Именно это стало камнем преткновения в отношениях с Россией, это же стало проблемой в экономическом плане.

Евросоюз поддерживает, на мой взгляд, абсолютно маргинальных политиков. Предположим, да, есть Кличко, которого любят в Германии, есть Яценюк, который разговаривает на английском, но на самом деле сейчас далеко не они задают там тон. Задают его откровенно неонацистские радикальные группы, а европейские политики делают вид, что этого не замечают, что все нормально. Раз неонацисты борются за демократию, то пусть это будут неонацисты, ничего, мол, страшного. 

Европе, думаю, следует ждать того, что в результате ее политики ситуация на Украине будет все хуже и хуже. То, что мы видим, это кризис украинской государственности как таковой. В значительной степени она была выдумана с самого начала, потому что в таких границах Украина никогда в жизни не существовала, это исключительно советское изобретение.

И рано или поздно должно было жахнуть?

Да. Украина была обречена на то, что конфликты вылезут на поверхность. Точнее, вот как: у них было двадцать лет на то, чтобы эти конфликты загладить, чтобы купировать разрывающие тенденции, но они, к сожалению, ничего в этом направлении не сделали. Они проедали запасы того, что осталось, а стимулировали тенденции, которые разрывали их на две части. Националистическое радикальное движение подкармливали и развивали с самого начала, и даже Янукович ничего не сделал для того, чтобы остановить это развитие. Сегодня на Украине идет фактически разрушение государственного проекта, и даже те, кто считают себя патриотами Украины, на самом деле разрушают сейчас собственную государственность.

Поговорим о России и Эстонии. Что нас сближает и что разделяет?

Сближают объективные вещи. Во-первых, мы — соседи. Во-вторых, в плане геоэкономики Эстония — это выход к Балтийскому морю и потенциально удобные транзитные пути. Третье, что сближает, это историческое прошлое, можно как угодно его оценивать, но оно было и никуда не денется, как и русскоязычное население.

Разделяет нас простая вещь: Эстония входит в военно-политический блок НАТО, который, к сожалению, до сих пор считает Россию своим противником.

Но НАТО нигде не говорит об этом…

Надо разделять слова и действия. Одно дело говорить, что мы за все хорошее против всего плохого, другое — действия, а они, на мой взгляд, показывают, что так или иначе НАТО продолжает считать Россию потенциальным противником и тон здесь задают американцы. К сожалению, ряд стран НАТО, и в том числе страны Балтии, присоединяются именно к этому крылу в НАТО, которое склонно поддерживать линию конфронтации. А она ни к чему хорошему привести не может. 

Понятно, что есть еще разные трактовки истории, вопросы отношения к русскоязычному населению, претензии со стороны Эстонии по каким-то другим вопросам, но я думаю, что это второстепенные вещи, последствия этой геополитической конкуренции.

Вы занимаетесь и проблемами интеграции на постсоветском пространстве. Русскоязычное население Эстонии в основной своей массе считает, что здесь идет не интеграция его, а ассимиляция. Можете ли сказать что-нибудь по этому поводу? И как противостоять ассимиляции, если люди действительно чувствуют, что их именно ассимилируют?

Что касается Эстонии, то каких-то точных рецептов я давать не готов. Что касается российской позиции, то она всегда была на стороне русскоязычного населения. Мы считаем, что граждане должны быть равноправны, иметь право на свою культурную автономию или как угодно это называйте, и как минимум эти вещи должны соответствовать европейским законам, хотя далеко не всегда соответствуют.

Что касается противостояния ассимиляции, то существуют способы гражданского сопротивления, я думаю, что их надо использовать, все. Путем самоорганизации.

Как на Украине?

Как на Украине, не надо, потому что там люди разрушают, они пока ничего не созидают. Боюсь, что они и не способны к созиданию. В этом проблема.

Во вторник Эстония и Россия наконец подписали договор о границе. Как политический аналитик что вы можете сказать по поводу возможных перемен в отношениях между нашими странами?

В межгосударственных отношениях подписание договора о границе обычно означает шаг вперед, потому что страны в этот момент признают, что у них нет никаких территориальных претензий и этот вопрос на государственном уровне уже никогда подниматься не будет. И это снимает целый ряд проблем. Особенно это актуально на постсоветском пространстве, где многие границы проводились, не глядя на реалии, от балды, что называется.

Может быть, это даст толчок в развитии отношений в других областях — экономике, культуре и пр. Думаю, что особо никаких сенсаций не будет, просто по большому счету нет для этого почвы, но, в принципе, это, конечно, стабилизирует отношения.

Какие приоритеты существуют у России в отношениях с окружающими ее государствами?

Зоной первостепенного приоритета является постсоветское пространство. Правда, что касается стран Балтии, то это особая статья, потому что они входят в Евросоюз и НАТО и живут в другой политической реальности. Они уже не первый приоритет, потому что не могут войти в какие-то интеграционные образования на постсоветском пространстве, так как связаны обязательствами в НАТО и Евросоюзе.

Однако в Эстонии бытует мнение, что по многим направлениям Россия втягивает страны Балтии в зону своего влияния. В частности, с помощью того же клуба ”Импрессум”…

Мне кажется, что это какая-то эмоция. Еще раз повторяю: с юридической точки зрения страны Балтии не могут войти в большинство наших проектов. Теоретически, наверно, можно было бы по этому поводу договориться с Евросоюзом, но пока все наши предложения о перекрестной интеграции не встречают понимания ни в Брюсселе, ни в Вашингтоне. 

Другое дело, что Россия не собирается забывать о том, что в Эстонии живет много людей, по-прежнему симпатизирующих ей, которые культурно привязаны к ней. Почему мы должны их бросать? Мы их и так бросили в 90-х годах, еще раз бросать было бы двойным предательством. Поэтому, да, средства массовой информации, да, общественные объединения — Россия будет их поддерживать по мере сил.

Полный провал внешней политики России 90-х годов пройден. Тогда Москва слушала только то, что ей скажут из Вашингтона. А он говорил простую вещь — мы за вас позанимаемся внешней политикой, а вы там копайтесь в своем дерьме, вот у вас чеченская война и т.д. В результате практически во всех странах бывшего Советского Союза российская внешняя политика была полностью провалена. И, между прочим, то, что мы видим на Украине, это тоже одно из следствий этого провала. Внятной политики какого-то влияния на Украину со стороны России не было как минимум лет 10-15. А сейчас спохватились — немножко поздновато, но тем не менее.