Мы и вы

 (350)

Почему общество Эстонии не просто разделено на два не сообщающихся между собой сосуда — вопрос сродни гамлетовскому "быть или не быть". Жить или не жить нам вместе, решать ли нам проблемы сообща? На эту тему рассуждают два диаметрально по-разному мыслящих человека.

Маргус. Не могу я похвастаться своими глубокими познаниями загадочной эстонской души и не менее загадочной души славянской. Для меня положение в Эстонии на сегодня — данность. Советское время — это время доисторическое, окутанное флером таинственности.

Основные легенды: всесильный КГБ, продукты по талонам в переломные 90-е годы, очереди за водкой, "музыкальный спирт" "Рояль" в зеленых бутылках, челноки. Народный фронт, который курировал все тот же КГБ, Партия национальной независимости, пакт Молотова-Риббентропа, ГКЧП.

Из нового времени — Бронзовый солдат и дикари-грабители-мародеры-вандалы. Беспомощная полиция и D-терминал, который то ли был, то ли придуман. Группа русских думцев, в аэропорту заявившая о требовании отставки нашего правительства.

Вот именно этот последний момент стал водоразделом. Не все перечисленное, а заявление наподобие ультиматума 1940 года, высказанное бывшим председателем ФСБ Ковалевым: смените плохое правительство на нужное нам.

Тогда эстонское общество ожидало, что первой назовут фамилию Сависаара, наподобие Вареса.

Наверное, с того момента и эстонское общество тоже разделилось. Мало осталось сторонников из числа рядовых избирателей у Носорога. За его контакты с "Единороссами" Сависаара подвергли остракизму. Сейчас он у власти в Таллинне только благодаря русским избирателям, но главные посты занимают эстонцы. Платные партийцы. Вот такое у нас деление.

Да, конечно, нас называют убогими, чухной, тормозами, называют не стесняясь. Но на оскорбления горазда обычно малообразованная публика, у которой нет никакого представления, чем живут эстонцы, что их волнует и интересует, почему у них есть работа и они переносят кризис легче, доверяют правительству.

Почему они хорошо относятся к США, другим европейским странам, в частности, к Германии. Это тоже раздражитель для другой части народа Эстонии.

Ведь США надо ненавидеть, потому что это США. Германия — фашики и нацики, и вообще — "сегодня под мостом поймали Гитлера с хвостом", и "немец-перец-колбаса".

Еще про США. Прежде говорили в СССР, а потом и в России чуть что: "А у вас зато негров бьют!" Американцы спрашивали удивленно: "За что?!" — "Зато у вас их бьют!" — отвечали им, удивляясь тупости американцев. Наконец избран темнокожий президент. Его сразу обозвали самыми отвратительными эпитетами, которые в Штатах влекут уголовное наказание. Обзвали те самые защитники избиваемых афроамериканцев.

Никак нельзя понять и принять такую мораль. И двойная, и наизнанку. И когда она используется и внутри страны, то отпадает охота и дискутировать, и объяснять, и идти на сближение.

Эстонцы просто провели в своем сердце границу. Они как бы вывели за скобки русских. И причина еще и в так называемых (называющих себя!) лидерах русских, оголтелых нациках, иначе их назвать нельзя, которым ненавистно все эстонское, но жить они остаются здесь.

Пусть живут. Пусть делают что хотят в рамках законов, но не пытаются еще и руководить жизнью эстонцев и диктовать им свои условия. Пусть живут в своем вчера. Они слишком крикливы и надоедливы со своими политическими спорами. Эстонца мало интересует политика на завтрак, обед и ужин. Иногда хочется и нормальной пищи для ума — шуток, смеха, общения, работы и любви. Мы никому не запрещаем жить здесь, мы просим не дестабилизировать и уважать чужую жизнь, даже жизнь ваших русских же соседей по дому.

Мы даже не просим вас учить наш язык. Это дело добровольное, не то что колхозы. Потеряли актуальность и мифические извинения за депортации и расстрелы без суда после начала войны в тюрьмах Эстонии. Потомки не могут извиняться с чистой душой за грехи дедов.
Это было бы с нашей стороны нечестно — требовать извинений, а с их стороны — неискренне просить прощения за дела предков. Сын за отца не в ответе, тут Иосиф Сталин сказал правильно, хотя сам поступал иначе.

Недавно страна отметила день траура по депортированным в июне 1941 года. Тот, кто хотел — скорбел вместе с нами. Ничего не понявшие глумились. Многим было просто все равно. Я видел флаги на домах. И заметил, что на многих из них не было траурных лент. И люди спрашивали: "А какой сегодня праздник?"

Удивляться нечему, время идет, охотников читать или копаться в архивах вы уже отыщете мало, рассказы стариков нас почти не интересуют.

Народ Эстонии разделен. И так останется навсегда. Не мы его раскололи. Не нам и соединять масло и воду. Будем мирно сосуществовать, потому что не 1940-й на дворе, а уже двадцать первый век идет десять лет. У вас своя свадьба, у нас — своя. Будем дружить через забор. А что нам еще остается делать?..

…Не представляю, как можно заставить любить себя, схватив женщину за горло и бить ее об стену, приговаривая: "Люби меня, чухна, убогая сволочь! А то убью!"

Марина. Сказать, что мой оппонент неправ по отношению к женщине, оскорбляя пусть даже метафорически, — значит, ничего не сказать.

"Схватить за горло и бить об стену", — это вполне в духе национального менталитета молодых людей означенной страны.

Нормальному русскому в голову не придет хвтатать женщину и избивать ее с целью заставить полюбить себя. Каким извращенным воображением надо обладать…

Недавно ко мне приезжали в гости московские друзья. Они отметили сразу невежливость эстонского населения по отношению к русским. Например, они сидели на уличной площадке одного из ресторанов на улице Виру в Таллинне. Рядом, за соседним столом, веселилась компания, причем они разговаривали не по-русски. Мои гости сделали им замечание: невежливо в присутствии людей, не понимающих чужого языка, разговаривать на иностранном, ведь это мог быть разговор, оскорбительный для москвичей. Но эстонцы, а это были именно они, ответили, что они говорят на родном, а не иностранном языке.

Они не поняли сути: так как мои гости не владели местным наречием, то со стороны гуляк было бы простой данью вежливости и в согласии с правилами гостеприимства перейти на русский. Но они поступили по-хамски и продолжали свои разговоры не по-русски. Моим друзьям пришлось покинуть это заведение, где по отношению к ним был проявлен чванливый национализм.

Тем более, и официантка разговаривала с ними со скрытым вызовом и с явственным нарочитым акцентом.

Но это частный пример.

В чем я не могу согласиться с Маргусом, так это с тем, что русские депутаты не имели права требовать отставки в 2007 году правительства Ансипа. Разве Конституция Эстонии не гарантирует свободы слова и совести? Разве действия правительства не могут подвергаться критике?

О КГБ и депортациях.

Ах, какая благодатная почва для спекуляций на эту тему, как любят растравливать свои болячки местные жители. Мне довелось читать некоторые архивные дела, связанные с раскрытием заговора эстонских военных накануне войны. Эти военные поступили на службу в РККА. Но составили накануне войны заговор, были арестованы и расстреляны в Норильске.
Многие годы спустя один из потомков расстрелянных, некто Р., просил пересмотреть дело и реабилитировать его отца. И что же? Те свидетели-особисты, что считали арест и расстрел правильными — были эстонцы. А рассмотрением дела занимался русский капитан КГБ, который представил справку-ходатайство о реабилитации. Но руководство тогдашнего КГБ, которое возглавлял эстонец Порк, не удовлетворило ходатайство в отношении своих же соплеменников.

Что же касается мэра Таллинна и его партии, то тут возникает вопрос куда более серьезный. Как можно винить за сотрудничество с "Единой Россией" Эдгара Сависаара? Ведь "Единая Россия" более ни с кем не хочет в Эстонии иметь дела. Не Маргусу учить крупного политика, с кем тому иметь дело.

Да, остается жить по разные стороны. Но этот забор строили не мы. Его возвели объевшиеся властью представители коренной национальности. И делиться властью с нами они явно не собираются.