Близорукий прагматизм

 (49)

На прошлой неделе журналист Каарел Таранд на страницах Eesti Päevaleht выступил с идеей сместить в эстонских школах акценты в изучении иностранных языков, отодвинув в последние годы все более популярный русский на дальний план. Вполне возможно, в рассуждениях Таранда, как он пишет, нет никакой русофобии, и присутствует лишь трезвый прагматизм. Есть в его доводах определенная логика. Однако логика человека с довольно спорными исходными позициями.

Таранд, противореча воле местных властей, а главное — родителей, которые советуют своим чадам изучать в первую или во вторую (обычно после английского) очередь русский язык, ссылаясь на тесные культурные и экономические связи эстонцев с финнами, предлагает исключить изучение русского языка из государственной программы основных общеобразовательных школ и гимназий и заменить его финским языком. Решающими аргументами против русского языка как одного из ведущих в школе он называет снижение его роли в мире и то, что российские бизнесмены неплохо владеют английским, который вполне может выступать языком общения в деловой среде.

Спору нет, влияние русского языка и русской культуры в последние годы в мире заметно снизилось. Пока что все говорит о том, что будет снижаться и в дальнейшем. Повторяю: пока что. Однако значение России в мире во всех отношениях в обозримые десятилетия неизбежно будет выше, чем влияние Финляндии, ее языка и культуры. Даже если оправдаются самые мрачные прогнозы демографов, русских и русскоязычных в мире и через 50 лет будет в десятки раз больше, чем финнов.

Одно только наличие богатых природных ресурсов всегда позволит России поддерживать сносный уровень жизни в стране и более или менее подпитывать культуру, сохраняя заметное присутствие на мировой арене, пусть и не среди лидеров первого разряда, таких как США, Евросоюз, Китай, Индия. Особенно ощутимо российское влияние будет на ближайших соседей, в том числе, на Эстонию.

Политико-экономические перспективы России до сих пор несколько туманны, прослеживается тенденция к авторитаризму и некоторой отрешенности от остального мира. Тем не менее, последние внешнеполитические шаги, направленные на вступление во Всемирную торговую организацию, сотрудничество с ЕС и НАТО, говорят о том, что российское руководство не видит перспектив в полной изоляции от остального человечества. А раз изоляции не будет, Эстония обречена на роль одного из мостов между Европой и Россией. Со всеми вытекающими последствиями.

Таранд не совсем прав, когда утверждает, что российские бизнесмены владеют английским. Не все, далеко не все. И ситуация эта в обозримом будущем существенно не изменится. Просто потому, что в любой крупной стране народ слабо владеет иностранными языками. Нет такой острой необходимости в постоянном деловом общении с внешним миром, как у малых стран, где обычно свыше половины экономики работает на экспорт. Следовательно, на российском направлении дополнительное преимущество всегда будет иметь тот, кто владеет русским языком.

Кстати, уж кто-кто, а финские бизнесмены, да и финны в целом куда в большей степени подкованы в деловом международном. Так что с ними-то как раз можно общаться и по-английски. И делать выводы, глядя на то, как все больше финнов учат русский.

Финский язык эстонцам намного проще для изучения, нежели русский. Просто потому, что он родственный. Следовательно, куда больше оснований для того, чтобы финский изучать в эстонских школах факультативно, а русскому, как более сложному, уделять больше внимания.

Растущее значение для Эстонии приобретает туризм из стран СНГ, прежде всего, России. Это значит, что для персонала отелей, транспортных компаний, банков, ресторанов, торговых сетей и многих других структур необходимость владения русским будет нарастать.

А теперь главное. В статье Таранда нет упоминания о местных русскоязычных, которые составляют около трети населения страны, и о том, что эстонцы могут тяготеть к изучению русского и потому, что многие из них постоянно сталкиваются со своими русскоязычными клиентами, друзьями, коллегами, соседями, ведут с ними совместный бизнес.

Конечно, все большее число местных русских овладевают эстонским языком, однако простой прагматизм подсказывает, что русскоязычные клиенты охотнее будут иметь дело с теми фирмами, где с ними способны изъясняться и по-русски. Сфера услуг, где обычно и происходит общение — это примерно половина рабочих мест в эстонской экономике. А сотни тысяч местных русских и растущая армия туристов из-за Наровы — такая армия потенциальных клиентов, не принимать в расчет которую нельзя. Почему об этом не думает господин Таранд? Похоже, будущее русских в Эстонии он видит в ассимиляции. Но это уже другая тема…

На мой взгляд, разумнее всего было бы ничего не навязывать. Люди сами разберутся, какие языки нужны их детям прежде всего. В каждой семье свои уникальные жизненные обстоятельства, которые и определяют выбор.