Страницы истории: эстонские красноармейцы против латышских эсэсовцев, битва в Курляндии

 (138)
Страницы истории: эстонские красноармейцы против латышских эсэсовцев, битва в Курляндии
Танковый десант Эстонского стрелкового корпуса.

Из года в год, вот уже больше 20 лет, в марте в Эстонии активно и масштабно отмечают только две исторические даты: депортацию 1949-го и бомбардировку Таллина в 1944-м. Наши латвийские соседи — в марте же — поминают День латвийского легионера. Давно пора бы уже предложить еще одну: День памяти сражений Эстонского и Латвийского стрелковых корпусов Красной Армии за освобождение западной Латвии в марте 1945 года.

Мы здесь ограничимся действиями 8-го Эстонского стрелкового корпуса Красной Армии — не будем отнимать хлеб у соседей, которые, несомненно, лучше способны описать боевой путь своего 130-го Латышского СК той же самой Красной Армии, пишет "МК-Эстония".

Загон вместо фронта

Итак, март 1945 года: бои уже давно идут на имперской территории Германии, в Чехословакии, Венгрии, Италии… Финляндия, Румыния и прочие союзники Рейха уже успели не только капитулировать, но и повернуть оружие против бывшего сюзерена. 20-я эстонская гренадерская дивизия СС защищает в ныне польской Силезии в составе 1-й танковой армии группы армий "Центр" неизвестно что, но уж явно не Эстонию…

А в Прибалтике, в северо-западной части Латвии, на Курляндском полуострове, уже с октября 1944 года сидит отрезанная от имперской территории и запертая в углу немецкая группа армий "Курляндия". Немецкие солдаты называют все это "Курляндским мешком", "Курляндским котлом" и "Курляндским загоном".

Командование вермахта настаивает на использовании (под страхом наказания) официального наименования: "Курляндский фронт" или "Курляндский плацдарм". И не то чтобы маленькие силы у этих полуокруженных армий, имеющих с Рейхом связь по морю и воздуху. Вот, скажем, даже 9 мая, при капитуляции ГА "Курляндия" после шести жестоких сражений с Красной Армией, эвакуации многих соединений и отдельных солдат и офицеров группы в Германию победители насчитали пленными 42 генерала, 8038 офицеров, 181 032 унтер-офицера и солдата (потом по лесам поймали еще несколько тысяч, включая и всяческих "фрайвиллиге" — добровольных помощников, так что в итоге в плен взяли более 200 000 человек). А еще трофеями взяли 145 000 винтовок и автоматов, 7000 пулеметов, 930 минометов, 2450 орудий, 478 танков и САУ, 269 бронетранспортеров и бронемашин, 153 самолета и прочая, и прочая…

Красная Армия предпринимала несколько попыток разгромить эту группировку еще до завершения войны, впрочем, не очень настойчиво и не очень крупными силами (достаточно сказать, что превосходство в живой силе было всего лишь двукратным — при общеизвестном трехкратном минимуме, требуемом для успеха наступления). Не будем сейчас вдаваться и в подробные рассуждения о том, стоило ли вообще стараться — есть разные мнения по этому поводу, и у каждой стороны есть свои достойные аргументы.

Парни из корпуса

Итак, 10 марта 1945 года 8-й Эстонский стрелковый корпус (командир — генерал-лейтенант Лембит Пярн) сосредоточился в Латвии, в окрестностях Ауце. Состав двух стрелковых дивизий корпуса был следующим: в 7-й дивизии (командир — генерал-майор Карл Алликас) в строю был 9051 человек, а в 249-й (командир — генерал-майор Йохан Ломбак) — 8996 человек.

Надо сказать, что после освобождения островов Хийумаа и Сааремаа, то есть после полного изгнания оккупантов с территории Эстонской ССР, корпус выделил из своих рядов порядка 2000 человек (включая 300 офицеров) для нужд народного хозяйства Эстонии (не секрет, что "korpuse poised" — "парни из корпуса" — все годы советской власти занимали руководящие и ведущие посты во всех областях жизни Эстонской ССР). Тем не менее, получив пополнение в освобожденной Эстонии, корпус практически соответствовал штатной численности.

К 13 марта корпус вошел в состав 42-й армии 2-го Прибалтийского фронта, которая должна была провести частную наступательную операцию, чтобы сковать силы противника и не дать ему возможности нанести фланговый удар по советским войскам в Восточной Пруссии. 42-я армия наступала на Салдус с юго-востока и востока силами 130-го Латышского и 8-го Эстонского стрелковых корпусов. Эти корпуса составляли ударную группировку армии, наступая на ее правом фланге. Эстонский корпус был усилен танками и артиллерией. Ширина полосы прорыва корпуса составляла 2,5 км, что давало плотность артиллерии в 211 орудий и минометов на километр.

ТОП

Оборона противника в полосе наступления корпуса представляла собой часть тукумс-салдусской линии обороны "Фройенбургштеллунг", где оборонялись две немецкие пехотные дивизии, усиленные тяжелой артиллерией, танками, самоходными штурмовыми орудиями, а также бронепоездами. Разведчики корпуса установили, что на переднем крае обороны располагались старые знакомцы — 218-я пехотная дивизия вермахта, с которой эстонские бойцы уже сражались на острове Сааремаа.

17 марта, перейдя в наступление, 7-я Эстонская дивизия перерезала железную дорогу Елгава — Лиепая. У железнодорожного полотна гитлеровцы контратаковали при поддержке четырех танков. Орудие сержанта Альбрехта Вильба третьим выстрелом подожгло головной танк. Бронебойщики — ефрейтор Теодор Каазик и красноармеец Йоханнес Паан — огнем своих противотанковых ружей подбили второй. Остальные танки повернули обратно. Отбив еще одну контратаку противника, поддержанную огнем бронепоезда, части дивизии вклинились во вражескую оборону на глубину до трех километров. Железную дорогу первым перешел взвод лейтенанта Прийди Кириланда. 249-я Эстонская дивизия достигла озера Циецерес.

19 марта 300-й полк (командир — подполковник Ильмар Пауль) 7-й Эстонской дивизии освободил станцию Блидене. В тот же день населенный пункт Каулаци был взят 27-м полком дивизии (командир — полковник Эльмар Горн). К исходу этого дня 249-я Эстонская дивизия достигла шоссе Пакалны — Бринти. 21 марта соединения корпуса вышли на подступы к Викстраути в 9 километрах северо-восточнее Салдуса. Главная полоса обороны противника была прорвана.

Несмотря на сложные условия местности, сильную подготовленную оборону и фанатичное сопротивление гитлеровцев, эстонские части полностью выполнили поставленную задачу. Корпус прорвал к 21 марта две линии оборонительных позиций противника на фронте шириной около шести километров и глубиной около четырех. Были взяты господствующая высота с укрепленным пунктом Каулицас, участок дороги Ремте — Салдус и станция Блидене.

В бою при освобождении железнодорожной станции Блидене ранним утром 18 марта 1945 года совершил подвиг командир взвода 1-й роты 300-го полка 7-й Эстонской дивизии лейтенант Якоб Кундер, закрывший своим телом амбразуру вражеского дзота. Указом Президиума Верховного Совета СССР лейтенанту Якобу Кундеру посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Больше 7000 орденов и медалей

Цель частной армейской наступательной операции была достигнута: гитлеровцы уже не могли и думать о прорыве в Восточную Пруссию, а с 21 марта были вынуждены подтягивать в район наступления крупные силы с других участков курляндского фронта, в том числе 19-ю Латышскую гренадерскую дивизию СС.

Она столкнулась с 249-й Эстонской стрелковой дивизией, которая продолжала в это время бои в районе станции Блидене, во взаимодействии с 35-й гвардейской танковой бригадой. Бойцы 917-го стрелкового полка (командир — подполковник Пеэтер Лийвак) были посажены на танки в качестве десанта. Танки с десантным взводом лейтенанта Рудольфа Тонксона на броне ворвались в усадьбу Адас и разгромили батарею шестиствольных минометов "Небельверфер", десантники в рукопашной схватке уничтожили 14 солдат противника и взяли пленных.

7-я Эстонская дивизия также повоевала против латышских эсэсманов: у мызы Каулицас танкисты и десантники младшего лейтенанта Теодора Санга, во взаимодействии с первым батальоном 27-го полка 7-й дивизии, атаковали врага и к вечеру полностью очистили этот важный узел обороны противника. На поле боя враг оставил 125 убитых. Были взяты и пленные, среди которых оказался и адъютант командира 19-й Латышской гренадерской дивизии СС группенфюрера Бруно Штрекенбаха с оперативными картами.

В письме командиру 249-й дивизии генералу Йохану Ломбаку, командир 35-й гвардейской танковой бригады Д. Бурцев особо отметил младшего лейтенанта Артура Лийванга, младшего сержанта Освальда Кярнера, рядового Вольдемара Кангупа, снайпера Хяльмара Куперберга, пулеметчика Александра Тамма и других отважных эстонских бойцов, высоко оценив действия десантников: "Эстонские воины проявили себя как парни выносливые и дисциплинированные".

24 марта Эстонский корпус получил приказ закрепиться на достигнутых рубежах и перейти к обороне. За период наступления эстонские части уничтожили до 2500 вражеских солдат и офицеров, 13 танков, 7 штурмовых орудий, 5 бронетранспортеров, около 50 орудий и минометов, 222 пулемета, 26 дзотов и 201 открытую огневую точку. Было взято 105 пленных, в качестве трофеев захвачены 3 танка, 2 штурмовых орудия, 5 бронетранспортеров, 27 орудий и минометов, 6 огнеметов и много другой боевой техники. За бои в Курляндии 7045 воинов Эстонского стрелкового корпуса были награждены орденами и медалями.

Так что и помимо заунывных стенаний по поводу траурно-мрачных мартовских дат эстонскому народу есть чем гордиться и что отмечать в марте.